Та неуверенно покачала головой. Но, подбадриваемая советским офицером, все же взяла кусочек.
Вдалеке послышался топот — видимо, одному из патрулей все же сообщили о выстреле.
На счастье Васильева, примчавшиеся солдаты были из советского контингента. Быстро объяснив им произошедшее, майор услышал, что это не первый случай за последнюю пару дней. Пообещав наведаться в комендатуру с утра, Леонид вернулся к напряженно стоящей девушке.
Подойдя к Одри, Васильев прикинул, что ее надо бы отвести домой, но он понятия не имел, как ее об этом спросить — голландские разговорники им еще не выдали, а знания иностранных языков Леонида ограничивались слабым английским и несколькими фразами на немецком…
— Вере ду ю лив?[5] — офицер все же решил попробовать английский. Европа как-никак. Может, знает…
По распахнувшимся глазам девочки Леонид понял, что английский она если и не знает, то уж понимает точно.
— Донт би скэрэ, ай джаст вонт ту хелп ю ту гоу хоум.[6]
Еще несколько секунд помолчав, девушка глубоко вздохнула и, словно решив что-то для себя, вдруг залопотала скороговоркой, в которой Васильев не понял даже и половины.
В конце концов разобравшись, Леонид доставил девушку домой, сдав на руки матери. Одри в двух словах рассказала той о произошедшем, после чего серевшая с каждым словом женщина рассыпалась в благодарностях к советскому офицеру и пригласила того поужинать с ними.
Догадываясь, что в еще недавно оккупированной немцами Голландии вряд ли царит продуктовый рай, Леонид отказался и уже собрался уйти, как встретил сразу два неожиданных препятствия. Первым было его собственное нежелание вот так просто уходить. С другой стороны, объедать совсем не барствующую семью тоже не особо-то и хотелось. Ну и второй проблемой было расстроенное выражение лица девушки, для которой появившийся из ночной тьмы спаситель явно представлялся кем-то вроде принца на белом коне. Да и мать Одри, госпожа Ван Хеемстра, решительно настаивала на том, чтобы «мэйджор Василэв» остался.
В конце концов, сдавшись совместному напору женщин и собственного подсознания, Леонид согласился.
Парой часов позже уходящий майор протянул Одри быстро набросанный на вырванном из блокнота листке адрес своей полевой почты.
— If something goes wrong… you understand. I always can try to help. — В этот раз, неожиданно даже для самого себя, офицер заговорил почти без акцента. — Or if you want to message me… It is no problem. Good?[7]
— Oh, thank you! — Госпожа Ван Хеемстра еще раз улыбнулась советскому офицеру. — Thank you very, very much, sir, for everything you've done for my Audrey. I will never forget this.[8]
Направляющийся в расположение батальона майор вдруг подумал, что ему хочется увидеть письмо от Одри.
«Балериной хочет стать, ну надо же. Дядю расстреляли, братьев вроде как тоже, а столько добра в девчонке. Просто фантастика». — Васильев улыбнулся. И если бы его в этот момент увидел бы Шимазин, то уверенность Терентия насчет срочной необходимости женщины для его друга была бы поколеблена…
Большая энциклопедия советской культуры, «Театр и кино». Научное издательство «Советская Энциклопедия». 1985 год.
Одри Васильева-Растон. Урожденная Одри К. Растон. (англ. Audrey К. Ruston; р. 4 мая 1929 г., Брюссель). Одна из известнейших балерин XX века, также известная актриса советского кинематографа, многократная обладательница советских и международных наград.
История одной из знаменитейших женщин Советского Союза и всего мира настолько невероятна и захватывающа, что стала основой для нескольких кинофильмов различных жанров. Наиболее известна и популярна драма «Танец судьбы» (режиссер С. Герасимов), 1970 г. Большие кассовые сборы были также и у комедии «Встреча» (режиссер. Э. Рязанов), 1977 г.
Школьные годы Одри В.-Р. провела в Арнеме (Голландия), где жила с матерью после развода родителей. Училась балету в Арнемской консерватории, но когда Нидерланды были захвачены войсками нацистской Германии, занятия пришлось прекратить. В то же самое время, боясь преследования из-за английской фамилии, берет фамилию по матери — Ван Хеемстра.
Учеба была продолжена лишь в конце сорок второго года, после освобождения Голландии советскими войсками.
Осенью же 1942 г. в жизни Одри В.-Р. произошло еще одно знаменательное событие — при весьма необычных обстоятельствах она познакомилась со своим будущим мужем — офицером Советской Армии, тогда еще майором Леонидом Васильевым (Л. А. Васильев, р. 1915 г., командующий Московским Военным округом в 1960–1976 гг. Подробнее см. Большую Военную Энциклопедию, Научное издательство «Советская Энциклопедия», 1982 год).
Окончила Арнемскую консерваторию в 1945 г.
В августе 1947 года потеряла мать во время бомбежек т. н. АДА (Альянс Демократической Атлантики, 1945–1949 гг., империалистический союз США, Великобритании и некоторых государств Европы, Америки и Азии. Подробнее см. Большую Военную Энциклопедию, Научное издательство «Советская Энциклопедия», 1982 год).
В результате физической травмы и сильнейшего стресса некоторое время (08.1947-06.1948, по другим данным, 08.1947-10.1948) страдала амнезией. Достоверные сведения о данном периоде жизни Одри В.-Р. отсутствуют.
Была найдена Л. А. Васильевым в госпитале города Энсхеме (Голландия) в мае 1948 г. Находилась на лечении в г. Москва с июня 1948 г.
По окончании лечения продолжила обучение в Московском хореографическом училище (ныне — Московская Академия хореографии), где брала уроки у О. В. Лепешинской и В. Ф. Нежинского. Уже в январе 1949 г. получает место в труппе Большого театра, к концу года становясь одной из его ярчайших звезд. На тот момент, согласно мемуарам А. Н. Поскребышева, была одной из любимых балерин И. В. Сталина.
В 1950 г. поступает во ВГИК, что открывает Одри В.-Р. дорогу в кино. В 1951 г. последовала роль в романтической комедии «Московские каникулы» с В. В. Тихоновым, где Одри В.-Р. играет роль дочери президента Франции. Фильм был исключительно тепло принят как критикой, так и публикой, получив множество премий и наград.
В дальнейшем продолжает сниматься в кино, не оставляя, однако, и балет, блистая в «Лебедином озере», «Красном маке», «Призраке», «Алых парусах», «Щелкунчике», «Золушке» и др.
Напряженнейший график и тяжелые роды приводят к рецидиву амнезии (07.1955-09.1955 г.). Несмотря на это, уже 27 декабря 1955 г. Одри В.-Р. выступает с балетом «Огненный шторм» в Театре Парижской оперы (Дворец Гарнье), впоследствии удостаиваясь награждения высшей степенью французского Ордена искусств и литературы (1.01.1957 г.)
Завершила балетную карьеру в 1965 г. Прямая трансляция последнего выступления Одри В.-Р. (балет «Прощание») до сих пор находится в пятерке по количеству просмотревших в отношении к количеству экранов. Музыка к балету была специально создана А. И. Хачатуряном. На данный момент балет считается одним из сложнейших.
В 1965 г. на экраны выходит эпопея «Война и мир» (режиссер — С. Бондарчук), где Одри В.-Р. играет роль Наташи Ростовой.
В 1967 г. играет одну из своих лучших ролей, завоевавшую наибольшее количество наград. В драме Ф. Феллини «Осень в Париже» она исполняет роль Рене — смертельно больной девушки, возлюбленной успешного ученого, сыгранного М. Мастроянни.
Также были успешными роли в фильмах «Завтра», «Вечер одного танца», «Освобождение» и мн. др.
С 1973 г. Одри В.-Р. практически не снимается в кино, посвятив себя семье.
5 октября 1942 года. Сибирь, город Будущее.Илья Петрович Кравченко поднял кружку с кофе и аккуратно отпил глоточек. Довольно зажмурился и откинулся в кресле. Жизнь явно налаживалась. Создание новых производств шло полным ходом, передача технологической информации из будущего была прекрасно организована, так что последние несколько дней Илья наконец смог нормально позаниматься одной из важнейших своих задач. А именно формированием советов по реорганизации системы… управления? Как точно назвать то, чем он занимался, молодой ученый не знал.
Зато он знал то, что решение вопроса вопросов — а именно то, как не допустить к власти идиота или подонка, — дело совершенно необходимое.
Да и проблема воспитания «хомо советикус» тоже простой не была. И для нее, в отличие от многочисленных технических вопросов, готовых решений не было.
Ведь по сути своей человек — понятие системное и, как любая система, стремится к состоянию покоя. Желательно на диване и перед телевизором. Последнее, конечно, необязательно, но ситуации это не меняет. Ведь основной проблемой построения коммунизма является не экономика — она, конечно, важна, но явно недостаточна.
Обеспечить основные потребности населения можно за пару десятков лет, а теперь, когда в распоряжении советских инженеров и ученых оказались многочисленные технологии далекого будущего, то, скорее всего, гораздо быстрее. Взять хотя бы несколько тысяч смартфонов и прочих мобильников, переделанных для решения математических и прочих задач — а стоящие в них процессоры позволяли и не такое. Тем более что запущенный недавно в Будущем первый «суперкомпьютер» настоящего — транзисторный монстр с кучей узлов на лампах — уже был на уровне года эдак шестидесятого. А то, может, и круче. Учитывая, что транзисторы становятся все лучше — еще лет через пять ЭВМ достигнут уровня года эдак девяностого…
