как произошли отсюда впоследствии некоторые неудобства, то привожу ее здесь.
С приветствием ко всем, кто с настоящим документом ознакомится, извещаем, что мы, Уильям Брэдфорд, губернатор Плимута в Н. А., в Америке, Исаак Эллертон, Майлс Стэндиш, Уильям Брюстер и Эдвард Уинслоу, купцы, жители упомянутого Плимута, настоящим назначаем Джеймса Шерли, ювелира, и Джона Бичема, торговца солью, жителей города Лондона, законными нашими агентами, факторами, заместителями и представителями, как для приема и получения всех товаров, какие будут от нас или кого-либо из нас присланы указанным представителям нашим или кому-либо из них, в город Лондон или иное место Британского Королевства; равно как и для продажи или обмена товаров, какие могут в разное время быть посланы тому или иному лицу или лицам, в кредит или как-либо иначе, как это найдут нужным указанные агенты и факторы или кто-либо из них в отдельности. Далее уполномочиваем мы указанных заместителей и представителей наших, и каждого из них в отдельности, покупать для нас и за наш счет и посылать нам в Новую Англию здешние товары, как то найдут нужным указанные представители или кто-либо из них. А также любым способом требовать и получать для нас и от нашего имени все долги и денежные суммы, какие нам в настоящее время причитаются или будут причитаться в будущем; равно как и выплачивать все долги или денежные суммы, какие с нас или кого-либо из нас кому-либо причитаются или будут причитаться, а также входить по таковым долгам в соглашение с кредиторами. И совершать для нас и от нашего имени любые сделки, какие указанные представители наши или кто-либо из них сочтут нужными, также и на нашей территории, во всех отношениях так, как если бы мы или кто-либо из нас при сем присутствовал. И все, что сделают или о чем распорядятся указанные агенты и факторы наши, вместе или в отдельности, то мы и каждый из нас настоящим подтверждаем и утверждаем. В знак чего ставим наши подписи и печати.
Ноября 18-го, 1628.
Так утверждено было названными лицами и еще 4-мя из главных поселенцев, за их подписями и печатями; и документ вручен сторонам. М-р Эллертон и ранее имел подписанные нами полномочия на ведение прежних дел, на получение денег и др., и продолжал ими пользоваться, ибо поселенцы полностью доверяли ему и прочим друзьям своим, а потому подолгу не проверяли подписанные ими бумаги и не уделяли им внимания, что немалый причинило нам ущерб, как видно будет из дальнейшего.
Уладив столь успешно все дела, м-р Эллертон поспешил в начале весны вернуться с необходимыми для менового торга товарами (ибо рыболовы, с которыми прибыл он, выезжали обычно еще зимою, чтобы поспеть ко времени). Он привез немало товаров для поселения, и без тех высоких процентов, что были ранее; привез он и счета за проданные бобровые шкуры и за купленный на эти деньги товар, а также расписки, полученные при уплате долгов, ибо расплатился там со всеми, исключая м-ра Шерли, м-ра Бичема и м-ра Эндрюса, от которых привез счета на сумму не свыше 400 фунтов, и выдал на нее векселя. Сделал он и первый взнос за покупку на текущий год, а именно 200 фунтов и привез погашенное обязательство на него; так что теперь долги наши за океаном не превышали упомянутых 400 с небольшим фунтов и остававшихся ежегодных платежей. Были еще здешние долги, но те были без процентов и было чем уплатить их, когда подойдет им срок. Так помог господь устроить дела. М-р Эллертон привез также весть о том, что друзья, как упомянутые, так и некоторые другие, решившие присоединиться к договору о покупке, намерены послать за лейденцами и достаточное число их непременно в будущем году перевезти, если будет на то благословение божие. Привез он и патент на Кенебек, но столь неполный и неточно составленный, что пришлось его на следующий год возобновить и расширить, равно как и тот, что уже имелся. А это большие повлекло за собой расходы, как видно будет далее. До той поры м-р Эллертон служил нам честно и верно; если бы только он и продолжал так или же не посылали его более в Англию. Но подробнее скажу об этом позже.
Получив (как уже сказано) патент на Кенебек{68}, поселенцы выстроили выше по реке дом в наиболее, как им думалось, удобном для торговли месте; и запасли там на весь год не только маису, но и других товаров, какие продавали с рыболовецких судов, как-то: плащей, рубашек, покрывал, одеял, сухарей, гороху, чернослива и др.; чего не могли получить из Англии, то брали на рыболовецких судах, и так вели торговлю в меру сил своих.
В тот год голландцы снова прислали из своего поселения любезные письма, а также различные товары: сахар, полотно, сукно, голландские тонкие и более грубые ткани и др. Они приехали в своей лодке в Манамет, к тамошнему дому, в том числе и секретарь Разьер в сопровождении трубачей и другой свиты; и пожелал, чтобы за ним послали лодку, ибо не мог ехать так далеко по суше. Послали лодку в Манонскуссет и доставили в поселок его и некоторых сопровождавших его особ. Погостив несколько дней, вернулся он к своей лодке, а с ним несколько поселенцев, чтобы купить кое-что из его товаров. Так положено было начало, и после того часто встречались они в том же месте и несколько лет торговали; в том числе много продали табаку, а покупали полотно и другие ткани, с большой для себя выгодой, покуда поселок их не обнаружили виргинцы. Но наибольшей удачей стала со временем торговля вампумом, которого сперва купили у голландцев примерно на 50 фунтов; они сказали, какой это ходовой товар у них, в форте Орания, и убедили, что таков же будет он и в Кенебеке; так и оказалось, хотя сперва он не пошел, и прошло 2 года, пока удалось сбыть это малое количество, то есть пока не узнали о нем жители удаленных от моря мест; зато потом его не могли напастись, и так было много лет подряд. Этот и другие товары помогли перехватить всю торговлю у рыболовов и большую часть у соседних мелких поселений. И удивительные перемены произвел вампум всего за несколько лет среди самих индейцев; ибо здешние и массачусетские прежде почти его[56] не имели; разве только сахемы и другие важные особы носили несколько штук в виде украшения. А делали его одни лишь наригансеты
