Эрик продолжал ее грубо ласкать и шептал ей на ухо какая она продажная дрянь. Каждое его слово, каждое обвинение ножом полосовало по сердцу. Жестокость и несправедливость этих слов убивали ее. Ей хотелось кричать, что это не правда, но Кэт знала, он не поверит и разозлится еще больше. В этот момент она проклинала собственное тело, которое от каждого прикосновения мужчины, воспламенялось все сильнее. Его руки приносили одновременно наслаждение и боль. Эрик то нежно скользил по коже, то больно сжимал ее бедра, грудь и ягодицы, и Кэт чувствовала как его когти впиваются в ее плоть. Ей не нужно было видеть его лицо, чтобы понять как он сейчас выглядит.
Эрик подводил ее к самой грани, а потом оставлял ни с чем. И когда Кэт захлебываясь слезами унижения и презрения к себе, была готова взмолится о продолжении, она почувствовала, как он наполнил ее одним толчком. Ни слова и ни единого стона не сорвалось больше с губ мужчины. Он двигался быстро, ни чуть не заботясь, что может причинить ей боль. И когда Кэт была уже готова сорваться в бездну наслаждения, Эрик вышел из нее и несколько горячих струек обожгли ей спину.
Девушка задыхалась, не в силах пошевелится. Все тело болело от неудовлетворенного желания и она отчаянно отказывалась верить, что он так с ней поступит. Это слишком жестоко.
— Вытрись, — произнес Эрик, и кинул в нее простыней.
Наконец Кэт смогла повернуться и отшатнулась от триумфа в мятных глазах. Он презрительно скривился глядя на нее.
— Надо будет сказать, чтобы сводили тебя помыться, а то еще немного и твой запах отобьет все желание трахать тебя.
И снова унизительные слова. Боль в душе, начала брать верх над болезненными ощущениями в теле. Кэт смотрела на мужчину и будто не узнавала его. Это не ее Эрик. Этот больной ублюдок не может быть тем нежным и ласковым мужчиной, который дарил ей столько счастья. Или он просто сбросил маску благородства? Какой он, настоящий Эрик Эдвардс? Ответа на этот вопрос у Кэт не было. Но прямо сейчас, в этот момент, она ненавидела стоящего напротив брюнета. Ненавидела за его жестокость и не желание услышать ее. Ненавидела, за все боль и унижение, которые не заслужила.
— Ненавижу, — прошептала девушка опухшими от слез и поцелуев губами, и когда заметила как вспыхнули яростью глаза Эрика замерла. Зачем она это сказала? Зачем продлевает собственный Ад? Больше всего на свете, она хотела, чтобы он сейчас ушел, оставил ее в покое.
— Что? — зашипел он, схватив ее за шею. Пальцы мужчины сжались, перекрывая доступ кислорода и Кэт начала хватать ртом воздух, — Ты думаешь меня это волнует? Считаешь, имеешь право на ненависть?
Девушка увидела, как Эрик замахнулся для пощечины, но в последний момент передумал. Его задумчивый взгляд скользнул на нее.
— Как бы мне не хотелось подправить твою лживою мордашку, но придется подождать. Гости не поймут, если лицо прислуги будет покрыто синяками. Не хочу портить собственную свадьбу ненужными расспросами.
Слова Эрика медленно доходили до сознания Кэт. Свадьба? Он женится? Нет. Не может быть. Девушка отказывалась в это верить!
— Ты женишься? — еле слышно прошептала она.
— О да, — широко улыбнулся брюнет, — Через три дня. И ты будешь прислуживать на банкете. Я дам распоряжение, чтобы тебя привели в надлежащий вид.
Мужчина удалился, а Кэт как подкошенная рухнула на пол. Известие о женитьбе Эрика, стало для нее приговором. Затмило собой всю боль и унижения последних минут. Девушка почувствовала, как ее с головой накрывает отчаяние. Лучше бы он ее убил. Кэт была готова выдержать любые физические пытки, но смотреть, как любимый мужчина женится на другой… Быть прислугой на его свадьбе… Это не безумие. Это хуже Ада. Она не может, она не выдержит этого. Она сдохнет прямо на церемонии.
Истерика как цунами захлестнула Кэт. Не контролируемый коктейль чувств и эмоций, вылился в громкие и судорожные рыдания. Кэт выла как раненый зверь, чувствуя, как корчится в агонии ее душа, с ужасом понимая, самое страшное впереди.
***
Лили смотрела на золотистое вино в бокале, в ее настроение было хуже не куда. Уже не раз блондинка задумывалась, а не откусила ли она больше, чем может проглотить, ввязавшись в эту авантюру? Артур обещал ей Эрика на блюдечке с голубой каемочкой, но брюнет продолжал ее игнорировать. Девушка знала, что сегодня он ходил в резиденцию Совета, после чего должен был сделать ей предложение. Так опять же сказал Артур. Но ничего не произошло. Эрик вернулся домой злой как черт, и первым делом направился к этой смертной сучке. Все чаще Лили начала ловить себя на мысли, что сглупила и ее просто использовали. Сердце заходилось от страха, при одной только мысли, что Эрик узнает о ее участие в произошедших событиях. Девушка не сомневалась, он ее просто убьет без суда и следствия. Она до сих пор помнила горькое разочарование, когда даже пребывая в бешенстве, брюнет так и не смог отправить эту дрянь на тот свет. А она так надеялась! Но на счет себя Лили иллюзий не питала, ее Эрик не пощадит.
Когда она договаривалась о плане действий с Артуром, Лили была уверена, что поступает верно. В любви и на войне, как говорится. Но сейчас ее сомнения достигли своего апогея, и вампирша отчаянно желала выйти из игры, но понимала, назад дороги нет. Нужно продолжать играть свою партию и надеяться на лучшее.
— Вот ты где, — Лили вздрогнула, услышав ледяной тон. Во взгляде мужчины, девушка увидела массу презрения, ненависти и отвращения. Ей стало жутко, — Готовься. Через три дня мы поженимся, как ты и мечтала столько лет.
— Поженимся? — прошептала Лили, не в силах поверить в услышанное. Да, Артур ей говорил об этом, но она все рано не верила.
— Да, — рыкнул Эрик, — Ты же этого хотела? Только учти, посмеешь вмешиваться в мои дела или перейти мне дорогу, тебя не спасет статус жены.
Мужчина буквально вылетел из помещения на сверхскорости, а Лили так и осталась оцепенело хлопать глазами. Слова мужчины были пропитаны ядом и угрозой, и девушка не сомневалась, он ее в порошок сотрет в случае ошибки. Но тем не менее, она ликовала. Все идет по плану. Со временем, Эрик Эдвардс будет принадлежать ей во всех смыслах этого слова. Чтобы он не говорил, а статус его жены, дает ей очень и очень много. Откинувшись на спинку кресла, Лили сделала глоток вина и торжественно улыбнулась.
«Ты мой, Эрик, и всегда был моим. Пора тебе смириться с судьбой, теперь ты никуда от меня не денешься, любимый» — пронеслось в голове Лили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
