списан в запас по контузии. Отличался особой агрессией, непримиримостью, отмечен острый ум и неординарность мышления при решении боевых задач. Он даже на частную военную компанию работал, но и там не прижился. Неуправляем после контузии, чрезмерно жесток.
В кабинете наступило молчание, Кирилл инстинктивно встал поближе к матери, словно пытаясь её защитить, Погорелов подобрал портрет Лавра и долго рассматривал лицо, смотревшее с листа бумаги.
— Ну, наверное, такого сюрприза, как его местонахождение, нет?
— Нет. Его тихо списали и дело положили в чулан. Он теперь обычный гражданский. Но мы уже запустили программу распознавания лиц, где-то да засветится. Он может учитывать все камеры, даже те, которые вмонтированы в дорожное покрытие, но знать обо всех невозможно. Это вопрос времени, а сейчас ребята запустили одну надёжную прогу для ускорения, и мы ждём результат.
— Хорошо. Тогда иди работай, — сухо сказала Лисицына. — А нам пора выдвигаться.
Вскоре с заднего двора Управления выехало четыре неприметных микроавтобуса, машины разъехались в разных направлениях и через некоторое время припарковались с нескольких сторон от завода, куда сейчас направлялся Погорелов.
— Анна Михайловна, — глянув на Лисицыну, сказал Ковбойкин, когда микрик, где они находились, остановился, — что мы хотим от этой операции, кроме бездумного уничтожения этого притона?
— Какие пессимистичные настроения перед такой сложной задачей, — сузив глаза, проговорила Анна.
— Вы даже себе не представляете, сколько раз за эти несколько дней меня послали во все разные места, когда я пытался доказать логику раскрытия такого жирного куска. А сотрудники отдела по борьбе с наркотиками в выражениях не стесняются.
— Мне вам посочувствовать? — спросила Лисицына.
— Анна Михайловна, вы сейчас руководствуетесь личными мотивами. Я всё больше убеждаюсь в этом. Сейчас я не могу остановить деятельность вашего отдела, но обязательно подам об этом рапорт. Раньше я думал, что вы более разумны.
— Задержав сейчас конкретно эту ячейку, мы можем получить ответы на свои вопросы. Даже если Журавлёв был засланным казачком, он всё-таки работал на благо ставшему ему недавно родным отдела. Хотя Нинель дала положительное заключение о том, что оперативный сотрудник давно находился в наркотической зависимости. Уровень конкретно этих барыг говорит, что их будет несложно расколоть и вытянуть какой-то кусок сети наружу, — Лисицына помолчала. — А вот для нас сведения, полученные от них, могут быть крайне ценными, потому что временной отрезок и связующее звено укладываются в рамки нашего расследования.
Рация Ковбойкина затрещала, помехи всколыхнули и без того напряжённое пространство, и послышался сбивчивый голос одного из оперативников.
— На объекте движение. Вижу другую группу. Работает СОБР.
Лисицына с Ковбойкиным переглянулись, Олег Семёнович быстро набрал сообщение и, получив ответ, тяжело вздохнул:
— Отбой операции. На месте будет работать ГУНК. Анна Михайловна, если мы сейчас полезем, могут пострадать даже свои, — он глянул на Лисицыну. — Я разберусь, что произошло.
— Олег Семёнович, видимо, вас очень качественно послали и вы молча дошли до места назначения.
Лисицына поднялась с места и вышла из машины. Отойдя за угол, она набрала номер Погорелова и кратко сказала:
— Сергей, уходи оттуда. Отбой операции.
Когда Лисицына нажала на кнопку отмены вызова, на экране высветилось сообщение: «Привет. Я соскучился. Жду в гости». В этот же момент рядом с Лисицыной резко затормозила машина, боковая дверь открылась, и женщине на шею ловко прилетела петля. Анна дёрнулась, но сильный рывок свалил её с ног. Лисицына ударилась головой о рваное железо прогнившего порога внедорожника, тело её обмякло, и двое выскочивших из машины мужчин быстро затолкали её в салон.
Глава 15
Несмотря на расцветшее солнцем утро, к полудню по небу побежали тучи, день стал хмуриться, и в сторону земли полетели первые капли дождя. Перегруженная мыслями Глаша вышла из здания управления, несколько секунд соображала, где её ждёт сопровождающий, потом покосилась на затянутый серой дымкой непогоды небосвод и медленно пошла по ступеням в сторону парковки. Приказа ездить на ненавистном внедорожнике никто не отменял, а так как на общественном транспорте добираться до посёлка было долго и неудобно, то Глаша достала из кармана ключи и села в машину. Идея с эвакуацией здания была очень удачной, потому что только так можно было изобразить подобие паники и уехать без машины, а уже потом специальные службы погрузили внедорожник на эвакуатор и проверили на наличие различных технических насекомых. Но, как Глафира и предполагала, никто и ничего не нашёл. Тому, кто вёл с ними отвратительную по сути и содержанию игру, было достаточно того, как он запугал людей, которые теперь его ищут.
— Доброе утро, Глафира, — на соседнее сиденье забрался словно вылепленный из пластмассы оперативник Ковбойкина в костюме, с которым, как казалось Глаше, он не расставался. — На вашей поедем? Вернули уже из ремонта?
— Да, — коротко ответила девушка, не вдаваясь в подробности.
— Мы сейчас куда?
— Туда, — невежливо отозвалась девушка. — Простите, не выспалась.
После вчерашнего кофейного марафона у Глаши была чугунная голова, в желудке изжога решила устроить отнюдь не детский утренник, приглашая в гости всевозможные физические недуги, а на душе постоянно скребли какие-то пришлые кошки, вселяя новые поводы для беспокойства.
— Мы, перед тем как туда, — молодой человек сделал ударение на последнем слове, — поедем, можем остановиться возле спортивного магазина? Я забыл для зала изотоник купить.
— Что? — Глаша перевела взгляд на мужчину.
— Спортивный напиток для зала.
С места Глафира тронулась с мыслями о том, что нормальный мир с походами по магазинам, весёлыми ужинами в ресторанах, концертами и изотониками остался далеко за границами её жизни.
Добравшись по запруженным машинами дорогам до посёлка, Глафира припарковалась возле первого адреса, где проживали родители одной из пропавших девушек.
— Подождёте меня здесь? — скривив губы, спросила девушка.
— Моя работа вас сопровождать, — чуть дёрнул плечами оперативник.
— Они на первом этаже живут, — Глаше отчаянно хотелось хоть немного побыть вдалеке от своей нынешней тени, как она называла сопровождающего. — Куда я денусь? А вот они могут официоза испугаться. Мне-то одной скорее всё расскажут.
— Но до подъезда я вас доведу.
— Вы не заметили, что здесь от силы шагов пять, — нервно сказала Глафира и вывалилась из машины.
Подойдя к заляпанной обрывками объявлений двери, Глафира дёрнула расшатанное деревянное полотно на себя и осталась стоять с ручкой в руке. Закатив глаза, девушка снова аккуратно вернула часть дверного механизма на место, нажала более плавно, и на этот раз всё получилось. Внутри парадной немного пахло сыростью, свежими пирогами, слышался обязательный для многоквартирных домов плач ребёнка и было прохладно.
— Кто там? — рявкнул мужской голос изнутри квартиры в ответ на звонок.
— Следственный комитет. Следователь Польская, — вяло отозвалась девушка, сквозь
