скопления. В лучах светила наши скалистые террасы кажутся изумрудно-золотыми, и когда паришь над ними на крыльях, то дух захватывает от восторга. Может быть, поэтому мы очень любим свою планету. Однако я отвлеклась. В силу особенностей рельефа альциорцы предпочитают жить не семьями и уж тем более не одиночками, а общинами. Не то чтобы в этом есть какая-то необходимость… Как и всюду в Звездной Сфере, на Альциоре природа к нам исключительно добра и внимательна, и мы ни в чем не знаем нужды. Так что община нам нужна лишь для того, чтобы чувствовать себя единым народом. Нам нравится собираться вместе, делиться своими мыслями, обсуждать замыслы и идеи. Вернее, нравилось…
— Что-нибудь случилось? — насторожился Кастор.
— Случилось, — вздохнула Мира. — К нам прибыл гость. Вполне обычный с виду сферолюд. Его корабль опустился на одном из уступов, который мы и сами использовали для взлета и посадки наших кораблей. Гость назвался Нембусом. Мы приняли его как самого долгожданного друга. Нембус поначалу и вел себя как друг. Он охотно участвовал в наших посиделках. Рассказывал о своих путешествиях. Он много странствовал по Звездной Сфере. Как-то незаметно гость сделался самым уважаемым сферолюдом в нашей общине. Ему стали доверять свои маленькие секреты, делиться сокровенными мыслями. А потом… Потом среди нас начались разногласия. Если раньше мы с уважением относились к мнению друг друга, даже если не разделяли его, то теперь любая точка зрения, если она отличалась от твоей собственной, вызывала поначалу раздражение, а потом и резкое неприятие. На посиделках между нами начали вспыхивать яростные споры, и все они происходили при участии Нембуса. Он охотно брался рассудить спорщиков, но каждое его слово не только не примиряло, но еще сильнее отталкивало их друг от друга. Постепенно сферолюды нашей общины стали неохотно встречаться и разговаривать. Единственным сферолюдом, с кем было возможно доверительное общение, для каждого из нас остался Нембус.
— И для вас, Мира, тоже? — осторожно спросил ее Кастор.
— Да! — кивнула та. — Я сидела в своем доме, перебирая в памяти последние нелепые разговоры с соседями, которых прежде любила как родных, а теперь переходила от отчаяния к другому странному чувству, когда… Я не знаю, как сказать. Когда хочешь, чтобы других не было. Нембус вроде бы старался утешить меня, но слова подбирал такие, что они только растравляли во мне то другое чувство. Случайно от своей «собеседницы» я узнала, что здесь, на Оливии, братья-близнецы Кастор и Поллукс занимаются проблемой зла. Тогда я взяла корабль и прилетела сюда. Пришлось расспрашивать многих сферолюдов, прежде чем мне подсказали, где вы живете.
— Вы считаете, что главной причиной разлада в вашей общине стал Нембус?
— Да, он, — подтвердила Мира. — Покуда я искала вас, у меня было время все вспомнить и проанализировать. И я поняла, что с самого начала Нембус вносил раздор между нами. Одним он уделял больше внимания, другим меньше, и это вызывало у обделенных неприятные атавистические чувства зависти и ревности, тем самым толкая к нечестному соперничеству. И чем дальше, тем это соперничество становилось все менее благородным. Я боюсь, что, если нам не помочь, случится беда.
— Вы полагаете, что именно мы с братом сможем вам помочь?
— Кто же еще?
— Простите, но чем? Заставим этого вашего Нембуса покинуть Альциору?
— Его нужно разоблачить! — почти выкрикнула девушка. — Пусть все увидят, что Нембус — это… это… Я не знаю, как его назвать, но он то самое ЗЛО, против которого вы ставите повсюду свои фильтры.
— Я вас понимаю, — кивнул Кастор. — Над выявлением такого рода зла мы с братом сейчас и работаем. Скоро у нас будет портативный детектор, способный разоблачить таких вот Нембусов…
— Как скоро? — нетерпеливо уточнила Мира. — Я не уверена, что сферолюды моей общины смогут ждать!
— Терпение, уважаемая гостья, — попытался урезонить ее ученый. — Наука суеты не терпит.
— Наука?! — взъярилась девушка. — В моей общине живые сферолюды! Они страдают!
— Все верно, Мира. Зло потому так и называется, что причиняет страдания. Но… почему бы вашим соседям не взять себя в руки? Не вспомнить прежние времена, когда все было замечательно? По крайней мере, это позволит им продержаться некоторое время.
Его гостья печально покачала чернокудрой головкой.
— Боюсь, что уже поздно, — проговорила девушка. — Когда я улетала, наша община уже напоминала гнездо растревоженных насекомых. И если вы ничем не можете нам помочь, то… Тогда надеяться нам больше не на кого.
— Хорошо! — сказал вдруг Кастор. — Я постараюсь. В конце концов, какой смысл в нашей работе, если от нее никому нет пользы…
Мира вскочила и бросилась к нему на шею. Ученый не ожидал столь бурного проявления радости и был немного смущен. Горячее девичье тело прижималось к нему, и Кастор почувствовал, что еще мгновение, и он забудет обо всем на свете.
— Пока еще рано радоваться, — пробормотал он, отстраняясь. — Где ваш корабль?
— В другом полушарии, — откликнулась девушка. — Я позову его, и он прилетит.
— Зовите, — согласился ученый. — А я покуда свяжусь с братом и кое-что захвачу в дорогу.
Девушка кивнула и отошла к окну. Кастор, все еще разгоряченный случайным объятием, поневоле наблюдал за ней. У окна Мира вытянула перед собой руку раскрытой ладонью вверх и принялась что-то шептать. Над ладонью сформировалось сиреневое облачко, в котором то и дело вспыхивали алые искры. Через несколько мгновений они слились в быстро вращающееся кольцо и вдруг мгновенно погасли, а облачко, их породившее, растаяло. Ученый понял, что это был ключ, с помощью которого корабль можно вызвать откуда угодно, хоть с противоположного края скопления. Заставив себя отвернуться, Кастор направился в комнату, одна из стен которой служила для связи и передачи небольших предметов из дома в дом. Поллукс откликнулся на вызов не сразу. Видимо, уже лег спать.
— Мне нужно срочно покинуть планету, — без предисловий сообщил ему Кастор. — И, если позволишь, захвачу один из прототипов нашего детектора.
— Но ведь он еще толком не опробован, — попытался возразить Поллукс.
— Вот заодно и опробую.
— Хорошо, брат. Уверен, ты знаешь, что делаешь.
— Спасибо за доверие, брат, — откликнулся Кастор. — Тогда передай мне детектор. Он у тебя.
— Держи!
Через поле связи с трудом протиснулся довольно массивный с виду цилиндр. Это и был один из первых прототипов детектора негативной энергии, излучаемой злом. Оболочка детектора была металлической, а фиксирующая пленка просматривалась лишь через специальное прозрачное окошечко. И тем не менее Кастор был убежден, что, если Нембус и в самом деле заражен злом, прототип это покажет. Другой вопрос, что делать с этим дальше? Близнецы уже задумывались над устройством активной нейтрализации зла,
