Этой ночью для него важнее всего определить, насколько, в самом деле, безумен Полуночный монстр.
Опустив обнаруженное им письмо в карман, Таддеус обошел кровать, чтобы она отделяла его от открытой двери. Конечно, матрас и стеганое одеяло не могли бы послужить существенной защитой против человека, способного видеть в темноте, который к тому же был стремителен, как хищник, и так же смертельно опасен.
Таддеус осторожно вынул из кармана пистолет и прицелился в серый прямоугольник открытой двери.
Тень в холле шевельнулась, но к двери никто не подошел. Так что едва ли он сможет покончить со всем этим одним быстрым счастливым выстрелом.
И тут человек в холле рассмеялся. Звук его смеха был слишком громким и, пожалуй, чересчур возбужденным, напоминающим скорее хихиканье. Казалось, в воздухе что-то затрещало, словно в нем образовалось какое-то странное электричество.
– Ты вооружен, Уэр, я в этом уверен! – выкрикнул Монстр. – Но ты же состоишь в обществе «Аркейн», так что должен понимать, что против человека с моим дарованием пистолет бессилен. – Раздался еще один взрыв странного смеха, походившего на хихиканье. – Видишь ли, я охотник. Скажи мне, каким даром обладаешь ты? Как-то я встретил еще одного охотника. Мы тут же раскусили друг друга. Кстати, теперь он мертв. Я оказался сильнее.
Итак, Монстру хотелось хвастаться. Более того, ему было нужно, чтобы его жертва оценила свои силы и испугалась его. Для Монстра было важно, чтобы жертва была напугана как можно больше. Да и кто лучше члена общества «Аркейн» может понять, насколько Монстр силен? Кто может больше уважать его за это?!
Это хорошо, что Монстру хочется разговаривать, подумал Таддеус. Между прочим, болтливость убийцы может стать для него, Уэра, единственной надеждой. Если повезет, из безумных выкриков Монстра он сможет понять, что заставляло этого хищника убивать. Такие знания могут помочь хорошему гипнотизеру.
– Так ты – тот самый человек, которого газеты прозвали Полуночным монстром, да? – спросил Таддеус. Он говорил, ни на секунду не отрывая взгляда от двери.
– Необычное прозвище, тебе не кажется? Меня им наградил корреспондент газеты «Летучий разведчик», – похвалился убийца. – Ты должен признать, что в этом что-то есть. Видел бы ты, какое выражение появлялось на лицах девчонок, когда они наконец понимали, кто я такой. Они же все читали обо мне в этих бульварных романах ужасов. Ох, они так прекрасны в своем страхе!
Когда Монстр произнес последнее предложение, его голос слегка дрогнул, в нем даже появились ласкательные нотки. На несколько мгновений потоки исходившей от него изменчивой энергии замерли. Похоже, воспоминания о страхе женщин были как-то связаны с этими потоками и успокаивали его. Монстр питался страхом!
– Но если они так прекрасны, зачем ты клал возле их трупов коробки с румянами? – спросил Таддеус.
– Потому что все они – дешевые шлюхи, а такие женщины обычно красятся. И всем это известно. Только проститутки пользуются косметикой.
Волны безумной энергии взмыли вверх, но быстро успокоились. Румяна связаны с его преступлениями, а как только Монстр начинает думать об убийствах, он обретает способность сосредотачиваться. Странная ирония заключалась в том, что его энергия начинала успокаиваться лишь тогда, когда его глубже всего засасывало в озеро безумия.
Однако возможно, ему хватит всего лишь несколько мгновений такого вот безумного спокойствия. Если разговор прекратится, он сделает всего один выстрел, и этот выстрел будет решающим. Просто ранить этого мерзавца мало – это его не остановит, во всяком случае, пока он находится в состоянии полного безумия.
– Ты еще не сказал мне, какого рода у тебя талант, – напомнил Монстр, голос которого вдруг зазвучал почти по-дружески, словно они болтали друг с другом где-нибудь в клубе.
– А ты не назвал мне своего настоящего имени, – спокойно проговорил Таддеус. Он помолчал. – Или друзья тоже называют тебя Монстром?
– Очень хорошо, Уэр, – вымолвил Полуночный монстр. – На меня производит впечатление тот факт, что ты даже в такой ситуации не теряешь чувства юмора. Мое имя Лансинг. Но не думаю, что ты когда-либо слышал его. Мы не знакомы.
– Очень странно! Ты дружишь с Делбриджем, а он посещает самые респектабельные клубы, у него светское окружение. Наверняка мы с тобой где-то когда-то встречались, – сказал Уэр.
– Не могли мы с тобой нигде встречаться, мы не принадлежим к одному кругу! – От ярости аура Лансинга запульсировала. – И я не принадлежу к кругу Делбриджа!
– Но он же пригласил тебя той ночью в гости, – вымолвил Таддеус.
– Ба! Иногда он терпит мое присутствие, – сказал Лансинг, в голосе которого зазвучала горечь. – Это его злит, но это его плата за мои услуги. – Монстр помолчал. – Ты ведь и есть тот самый человек, который нашел ее в ту ночь, не так ли?
– Молли Стабтон? – уточнил Таддеус. – Я узнал твою подпись убийцы – коробочку с румянами.
Энергия затрепетала.
– Какого дьявола ты все вспоминаешь об этих румянах? – воскликнул Лансинг.
– Это меня интригует. А что случилось с трупом? – поинтересовался Таддеус. – Мне это любопытно. После такого убийства пресса должна устроить настоящий скандал – в точности такой же, какие вспыхивали после других твоих убийств.
– Как только дождь перестал, я опустил ее тело в яму в лесу, – сообщил Лансинг. – Понятное дело, могилу я никак не отметил, так что никому ее не найти. Да и кто будет искать!
– Но в галерее ты все-таки оставил около тела коробочку с румянами, – напомнил Таддеус.
– Она была такой же дешевой шлюхой, как и другие.
– Не такой уж дешевой, насколько мне известно, – возразил Уэр. – Она же была любовницей Делбриджа.
– Мне наплевать, сколько бриллиантов и платьев он ей подарил! – возмутился Монстр. – Она была потаскухой, ничуть не лучше любой потаскухи. Вот я и убил ее как потаскуху.
– И Делбридж не возражал против этого?
Лансинг захихикал.
– Это он дал мне указание избавиться от нее, – сказал он. – Она была нужна для определенной цели и свое предназначение выполнила.
– Немного странно, что он захотел, чтобы ты убил ее в его доме, да еще в ночь, когда особняк был полон гостей, – заметил Таддеус.
– Он приказал мне привезти ее сюда после вечеринки и только тут сделать свое дело. Но я понял, что она что-то заподозрила, вот у меня и не осталось выбора, так что пришлось убить ее прямо в галерее.
– Должно быть, это разозлило Делбриджа.
Лансинг рассмеялся:
– Он был в ярости, однако он не настолько глуп, чтобы ссориться со мной. Мне доставило удовольствие смотреть, как он злится. Кстати, благодаря этой истории Делбридж наконец-то понял, что он мне не хозяин.
