он умудрился полностью истратить на собственные нужды, мне с трудом удалось у него выдрать еще пару штук. Его учеба шла со скрипом, но шла, что уже радовало, потому что я боялся, что в его возрасте каналы и источник большене подвержены трансформации. Но, как выяснилось, если потенциал есть, он будет раскрываться. Конечно, рано или поздно, ученик уткнется в потолок, но когда этот потолок возникнет, я бы не рискнул предсказывать. Сам Серый, обнаружив пользу от показанных методик, проводил за ними целыми днями, изредка прерываясь на нечастые заказы. Заказы он теперь брал неохотно, грезя о будущем величии и связанными с ним доходами. Поэтому приходилось его постоянно спускать с небес на землю, намекая, что его нынешняя жизнь не должна сильно отличаться от прежней, чтобы не вызывать подозрений у тех, кто непременно заинтересуется нашими накопителями.
Автоклав я проверял почти ежедневно, но только потому, что заходил к Серому, занимаясь его обучением. Времени катастрофически не хватало, поскольку на мне была еще и Полина. А тут у меня еще полностью закончились запасы зелья восприятия, и я решил совместить полезное с приятным: пополнить запас и научить сразу обоих учеников этому нужному рецепту. А то потребляли мы его теперь в три горла, а делал только я один.
Занятие решил провести на нейтральной территории, у нас в квартире, в полной уверенности, что все закончим до прихода мамы, и я успею не только всех выставить, но и убраться. Но судьба распорядилась так, как ей показалось забавнее.
Серый с Полиной сразу прониклись к друг другу неприязнью, поскольку каждый посчитал, что мое внимание должно принадлежать только ему. Слаженной работы не получилось, но из этого неожиданно выкристаллизовался положительный момент. Задействовал я только одну конфорку, поэтому готовили по очереди, старались изо всех сил, когда стояли над зельем, и ревниво подмечали все недочеты другого, когда были просто наблюдателями. Поэтому уже второй вариант приготовленного зелья что Серым, что Полиной был признан мной условно годным — хоть похуже, чем мое, но чисто по внешнему виду, потому что результативность была нормальная. Если, конечно, кто–то рискнул бы это принять внутрь.
— Ты уверен, что это можно пить? — с насмешкой спросил Серый, кивнув на емкость с зельем Полины. — Воняет так, что от одного запаха выворачивает.
— А от твоего выворачивает от вида, — вспыхнула Полина.
Да, с цветом и консистенцией у Серого получился прокол — его зелье выглядело как баночка с содержимым для анализов пациента с расстройством желудка. Разумеется, при взгляде на эту пакость не появлялось желания использовать по назначению. Но все это меркло перед вонючей субстанцией Полины, от запаха которой нельзя было отрешиться даже с закрытыми глазами. Так что вылили я оба и открыл форточку, чтобы проветрилось.
— В чем ошиблись, поняли? — уточнил я
— Да, — ответили они почти синхронно.
Спросить, будем ли делать еще одну попытку сегодня или перенесем на завтра, я не успел, потому что неожиданно вернулась мама. Прошла она сразу же на кухню, задергала носом и подозрительно спросила:
— А что это вы тут делаете?
— Магией занимаемся, — ответил я.
— О–о–о, — потрясенно выдохнула она и перенесла внимание на Сергея. — Получается, вы учитель? Но неужели имеет смысл с Ярославом заниматься? Мне сказали, что он неперспективный. И это, наверное, дорого?
— Смысл заниматься имеет всегда, — ответил я вместо растерявшегося Серого. — Сергей занимается с нами бесплатно, потому что брать деньги с учеников для настоящего мага неэтично.
— Почему тогда в магических школах столько запрашивают? — с явно выраженным скепсисом спросила мама.
— А там не настоящие маги, там торговцы от магии.
Похоже, мама не могла решить, как отнестись к моему довольно опасному увлечению, но запахи после нашего зелья ей точно не нравились.
— У этих торговцев от магии оборудованные места для занятий, а у меня тут всего лишь кухня.
— Извини, мам, это я предложил. У Сергея сейчас ремонт, а занятия не могут прерываться.
Одновременно со словами я наконец вспомнил о заклинании, нейтрализующем запахи, и отметил для себя, что учеников ему надо как можно скорее обучить. Во избежание, так сказать, рвотных позывов или чего похуже. Воздух очищался, от этого улучшалось не только настроение присутствующих, но и мозговая деятельность.
— Да, — отмер Сергей. — Следующее занятие будет у меня дома. Не переживайте, эээ…
— Вера Андреевна, — подсказал я.
— Не переживайте, Вера Андреевна, дальше занятия будут проходить у меня дома. Там тоже оборудованное место, а у вас хорошая вытяжка, поэтому я счел предложение Ярослава приемлемым.
— Извините, Сергей, я должна была вас поблагодарить, — чуть смутилась мама, — а вместо этого напала с обвинениями. Но мне очень не нравится, когда на моей кухне воняет.
— Мам, уже ничем не воняет, — намекнул я.
Она начала принюхиваться, а мои ученики быстро и слаженно отступили к прихожей.
— Действительно, давайте завтра у меня? — тихо предложил Серый. — У меня можно хоть завоняться, никто не заметит.
— Убирать не пробовал? — ехидно спросила Полина. — Как у тебя должно пахнуть, чтобы вонь от зелья не заметили?
— Твою вонь заметят, не переживай.
— Как правило, зелья имеют либо нейтральный запах, либо приятный, — заметил я пытаясь прекратить их спор или хотя бы сделать так, чтобы его суть не дошла до мамы, которая уже чем–то гремела на кухне. Проверяла, наверное, не использовали ли мы ее кастрюли. — И если ваши зелья не удовлетворяют этим требованиям, то что 0 тос сделано не так.
— Мое удовлетворяет, — гордо сказал Сергей.
— Да при взгляде на твое вонь представляется сама, — буркнула Полина и выскочила за дверь, оставив за собой последнее слово.
Серый ушел сразу после нее, и я с чистой совестью перешел к своим делам. Точнее, попытался, потому что ко мне прикопалась мама.
— Ярослав, мне не нравятся твои занятия, — сразу наехала она. — Твой учитель не производит впечатление ответственного и знающего человека.
— Иногда впечатление бывает обманчивым.
— Возможно, но я понять не могу, зачем ему учить вас бесплатно! — горячо сказала мама. — Тебя признали бесперспективным для обучения, и я проверяющему верю.
— А как же тогда ремонт машин? — не удержался я.
— Один удачный фокус ни о чем не говорит, — отмахнулась мама. — Тебе бы на учебе сконцентрироваться, а не отвлекаться на всякую ерунду. Глядишь, и добился бы чего–нибудь.
Я аж опешил от неожиданности. Мне, практически состоявшемуся магу, заявляют, что от моей магии нет прока. Посмотрим, что она запоет, когда я поступлю в магическую школу. Да
