экономической продукции Германии и обеспечивает почти 60 % всех рабочих мест[316]. Это сообщество также имеет ярко выраженный международный характер. Немецкие малые и средние предприятия (МСП) проводят новаторскую долгосрочную кадровую политику профессионального образования, которая повышает их способность стать инновационными лидерами, о чем речь пойдет в этой главе далее. Среди двадцати восьми стран ЕС в рейтинге инноваций Европейской комиссии за 2015 год Германия заняла четвертое место, получив высокие оценки за «МСП с продуктовыми/процессными инновациями» и «МСП с маркетинговыми/организационными инновациями» [Hollanders et al. 2015; Kanerva 2015].
Германия проводит ряд мер по поддержке своего сообщества малого бизнеса Mittelstand, включая следующие, которые могут быть особенно полезны в Японии: (1) программа EXIST по предоставлению стартовых грантов для высокотехнологичных компаний, выходящих из академических кругов. Недавно эта программа была открыта для иностранных стартапов, которые хотят получить помощь от EXIST при создании бизнеса в Германии. Например, летом 2015 года был запущен пилотный проект с Израилем[317]; (2) программа «Немецкий акселератор», поддерживающая усилия немецких технологических стартапов по выходу на рынок США, включая Нью-Йорк, Кремниевую долину и Сан-Франциско. В рамках этой программы оказывается поддержка стартапам в секторах энергетики, ИКТ и экологически чистых технологий, что дает молодым немецким фирмам возможность получить опыт работы на американском рынке и построить профессиональные сети. В конце 2015 года в программу был включен сектор биологических наук Бостона[318]. Центральная инновационная программа для МСП (ZIM), основанная в 2008 году, поддерживает проекты исследований и разработок малого бизнеса, уделяя особое внимание трансграничному сотрудничеству. Компании, сотрудничающие с международными партнерами, получают к финансированию бонус в размере до 10 %[319].
В Сингапуре также существует целый ряд программ, поддерживающих начинающие компании на различных стадиях роста, в том числе: (1) Схема «бизнес-ангелов» предоставляет молодым инновационным сингапурским компаниям, заручившимся инвестиционными обязательствами предварительно одобренных инвесторов-«ангелов», возможность получить соответствующие инвестиции в размере до 2 млн сингапурских долларов; (2) Программа развития стартап-предприятий SPRING предоставляет молодым инновационным сингапурским компаниям возможность совместного финансирования на основе акций на сумму до 2 млн сингапурских долларов, плюс дополнительные инвестиции в размере не более 1 млн сингапурских долларов, в зависимости от реального прогресса компании; (3) Программа акселераторов для конкретных секторов выделила 70 млн долларов США для стимулирования создания и роста начинающих компаний в области медицины и чистых технологий; (4) Программа коммерциализации технологических предприятий, которая предоставляет финансирование для проверки концепции или доказательства ценности инновационных технологических идей[320]. Правительство Сингапура уделяет большое внимание переводу фундаментальных исследований в коммерческие продукты. В Японии эту функцию традиционно выполняли банки долгосрочного кредитования, общие торговые компании и кейрецу. Однако примерно с 2000 года она была скомпрометирована в результате краха банков долгосрочного кредитования и большинства кейрецу, а также эрозии традиционных неформальных функций оценки кредитов, которые традиционно выполняли эти учреждения.
Глобальная взаимосвязь. Японские компенсационные круги структурно настроены против транснациональных связей: трансграничных корпоративных альянсов и сетей, которые правительство Германии явно пытается развивать. Эта ситуация в некоторой степени меняется, особенно после прихода к власти премьер-министра Абэ, который в апреле 2015 года посетил Кремниевую долину в попытке начать создание инновационных транснациональных деловых сетей. Активное членство Японии в различных международных торговых соглашениях в ближайшие годы будет способствовать укреплению глобальных связей, так же как это сделала и центральная роль Германии в европейском союзе с конца 1950-х годов. Взаимосвязь, тем не менее, должна быть для Японии еще более последовательным приоритетом, учитывая типичный структурный предвзятый настрой кругов компенсации против аутсайдеров. На уровне общей политики одной из полезных парадигм является корейская национальная политика сегёхва (глобализации), принятая президентом Ким Ён Самом в 1993 году и немедленно направленная на создание двуязычной рабочей силы, способной обслуживать потребности все более глобального рынка[321]. Взаимодействие государственных и частных усилий породило иноязычное безумие, которое заставляет сегодня корейцев тратить 17 млрд долларов в год только на изучение английского языка, нанимать в качестве преподавателей 30 тысяч носителей английского языка и отправлять в США в три раза больше иностранных студентов, чем в Японию, хотя население Южной Кореи в два раза меньше населения последней[322].
Сингапур, являясь одним из самых космополитичных деловых и образовательных пространств в мире, также представляет собой для Японии важный ориентир в отношении глобальных связей. В интеллектуальной сфере его Национальный исследовательский фонд стратегически инвестирует огромные суммы в партнерство между местными сингапурскими высшими учебными заведениями и лидерами исследований по всему миру, включая Массачусетский технологический институт, Оксфорд, Калифорнийский университет в Беркли и Университет Циньхуа. Он также создает исследовательские парки, в которых университеты и корпорации со всего мира могут взаимодействовать напрямую, и работает над созданием предметных партнерств через свой Совет по экономическому планированию [Calder 2016].
Систематические усилия Сингапура по обеспечению глобальных связей также имеют более ощутимое физическое выражение — благодаря сочетанию инфраструктуры мирового класса и целенаправленной политики свободной торговли он превратился в мировой центр логистики, торговли и бизнеса. Сингапур может похвастаться аэропортом Чанги, имеющим самый высокий рейтинг в мире, и контейнерным портом, через который проходит одна седьмая часть мирового объема перевалки грузов[323]. Он стремится достичь синергии всемирного хаба с ультрасовременной инфраструктурой путем организации специальной экономической зоны, обширных складских помещений и низких ставок корпоративного налога.
Сингапур, Германия и Корея способствуют развитию глобальных связей, создавая международные социально-политические сети между своими гражданами и остальным миром так, как с выгодой для себя могла бы поступить Япония. Все вышеупомянутые страны имеют обширные, поддерживаемые правительством программы обмена иностранными стипендиями и персоналом. Каждая из них также стратегически спонсирует большое количество международных конференций, часто при государственной поддержке. Япония, безусловно, будет принимать саммит «большой семерки» в 2016 году и Олимпийские игры в 2020 году. Корея, однако, уже принимала саммит G20 (2010) и саммит по ядерной безопасности (2012), став в этом плане первой такой страной в Азии. Кроме того, с 2001 года она принимает ежегодный Форум Чеджу. Сингапур постоянно организует у себя множество международных мероприятий, как на техническом, так и на политическом уровне, а его привлекательность обеспечивается высококачественной инфраструктурой, включающей в себя самый высококлассный в мире аэропорт[324].
В сфере глобальных связей страны, выбранные нами для примера, подсказывают также пути расширения кругов компенсации Японии, чтобы сделать их более космополитичными, даже если их нереально ликвидировать. Один из подходов, например, может заключаться в предоставлении более существенной роли как иностранным инвестициям, так и отдельным иностранным бизнесменам — в качестве консультантов в корпоративном мире, особенно в банковской сфере, и даже в правительственных учреждениях. В Сингапуре, например, Роберт Зеллик, бывший торговый представитель
