В ночь с 9 на 10 мая на железной дороге Житомир — Новоград‑Волынский пущен под откос бронепоезд противника, в результате чего разбиты паровоз и 2 бронеплощадки, убито 4 немца, количество раненых не установлено. Движение на железной дороге было прекращено на сутки.
1 мая сего года группой ликвидированы комендант Коростышевского района Фогт Армин и 3 жандарма при следующих обстоятельствах. Установив, что Фогт находится на даче в селе Студеница, группа в 10 часов утра проникла в квартиру Фогта и там же расстреляла его. Операция была проведена публично, на глазах у населения. У убитых захвачены личные и служебные документы и оружие. По документам Фогта установлено, что он одновременно являлся также и сотрудником гестапо. В операции участвовали: Карапузов, Полешук, Кромский и Куприянов.
Кроме того, оперативной группой был подготовлен взрыв базы горючего. В момент слива железнодорожных цистерн заминированная цистерна была опорожнена и взорвалась через час вне территории базы. При взрыве было убито 2 немца.
Отрядом Медведева 19 и 20 мая сего года на железной дороге Сарны — Ракитно пущены под откос 2 эшелона противника с живой силой и техникой.
III. Орловская область
14 мая сего года в с. Творишино Гордеевского района, что в 30 км северо‑западнее города Клинцы, отряд Шемякина разогнал гарнизон и полицию, взорвал вновь построенный немцами спиртзавод, уничтожив 1 т спирта и, кроме того, сжег склад, где находилось до 80 т зерна.
16 мая сего года на дороге Салтановка — Святое, южнее Брянска, на поставленных ранее группой Соколова минах взорваны 2 автомашины, переполненные немцами.
IV. Калининская область
4 мая сего года на железной дороге Идрица — Пустошка, в 5 км восточнее станции Идрица, отрядом Прудникова пущен под откос эшелон противника. Разбиты паровоз, 22 вагона и 3 платформы с живой силой и лошадьми. Убито до 200, ранено до 400 немцев. Движение поездов на этом участке железной дороги было прекращено на 40 часов.
Начальник 8‑го отдела 4‑го Управления НКГБ СССР Федичкин» [71].
По мере приближения к решающей схватке на Курской дуге эффективность работы РДР возрастала. В тот период времени руководство 4‑го Управления требовало от своих резидентов основные усилия сосредоточить на срыве поставок живой силы и техники противника к линии фронта. С этой целью была осуществлена дополнительная заброска разведывательно‑дверсионных групп в глубокий тыл группы армий «Центр», и их численность возросла почти в два раза.
Накануне и во время Курской битвы РДР 4‑го Управления совместно с оперативными группами РУ ГШ Красной армии и партизанами развернули на транспортных коммуникациях противника настоящую рельсовую войну. Только одними диверсионными группами Управления в ходе стратегической операции «Концерт» (проведение диверсий на транспортных коммуникациях противника) было пущено под откос 1039 железнодорожных эшелонов с живой силой и боевой техникой, взорвано 220 железнодорожных и шоссейных мостов.
Ни днем, ни ночью гитлеровцы не знали покоя. Об эффективности диверсионной деятельности РДР и партизан красноречивее всего свидетельствует одно из многочисленных ежесуточных донесений чиновника Имперского управления путей сообщения в Главное управление «Восток», добытое оперативным путем в ноябре 1943 года. Его доклад из Минска в Берлин скорее напоминал крик отчаяния.
«Положение крайне напряженное!
Беспрерывно увеличивающаяся деятельность бандитов во всем районе достигла ко времени, указанному в донесении, угрожающих размеров…
Как днем, так и ночью число таких случаев велико. Иногда количество вспомогательных поездов недостаточно. Как днем, так и ночью оборона от бандитов и защита перегонов являются совершенно недостаточными и безрезультатными, так как нападения совершаются ежедневно на тех же самых перегонах. В случае, если не проводятся всеохватывающие мероприятия, которые приносили бы результат, то потерпит крушение весь ход дела на перегонах Минск — Жлобин — Гомель, Брест — Лунинец — Гомель, Жлобин — Могилёв и Орша — Кричев — Унеча…» [72]
И дальше иных знаков, кроме сплошных восклицательных, у потерявшего голову чиновника железнодорожного ведомства рейха, видимо, уже не оставалось.
С каждым новым месяцем разведывательно‑диверсионные резидентуры 4‑го Управления наращивали мощь своих ударов и расширяли географию действий. К декабрю 1943 года их количество достигло 125, а общая численность личного состава составила 7212 человек. С течением времени РДР «Победители», «Местные», «Олимп», «Охотники», «Соколы», возглавляемые Д. Медведевым, С. Ваупшасовым, В. Карасевым, Н. Прокопюком, К. Орловским, пополнившись местными патриотами, превратились в крупные войсковые соединения. Урон, который они наносили противнику, становился все более ощутим.
В отчете Управления «Об итогах агентурно‑оперативной и диверсионной работы на временно оккупированной советской территории за 1943 год» содержатся красноречивые цифры, подтверждающие ее эффективность и результативность.
«Диверсионная работа оперативных групп НКГБ СССР за 1943 год характеризуется следующими данными: пущено под откос 1039 железнодорожных эшелонов, в результате чего уничтожены 941 паровоз и 8671 железнодорожный вагон, взорвано 220 железнодорожных и шоссейных мостов.
При боевых столкновениях с подразделениями противника, карательными отрядами, в засадах и при крушении эшелонов оперативными группами в 1943 году убито и ранено около 53 700 солдат и офицеров германской армии и карательных отрядов…
Внедрением агентуры оперативных групп в различные разведывательные и контрразведывательные органы противника, административные и полицейские учреждения, а также допросами разоблаченных шпионов, произведенными на базах оперативных групп и частично доставленных на нашу территорию, выявлено свыше 15 000 немецких агентов и активных пособников оккупантов, находящихся на занятой врагом территории. Из этого числа оперативными группами захвачено и расстреляно 3040 человек.
Кроме того, оперативными группами выявлено более 1260 немецких агентов, заброшенных органами германской разведки в тыл Красной армии для диверсионной и разведывательной работы, из коих уже арестовано 751, а остальные разыскиваются…
За 1943 год всего получено 1768 разведывательных сообщений, из коих 687 направлено Разведывательному управлению Генерального штаба Красной армии…» [73]
В этой многоплановой работе Управления особое место занимают радиоигры, проводившиеся с гитлеровскими спецслужбами. Первая из них была начата еще в феврале 1942 года и получила кодовое название «Монастырь». Она и последовавшие вслед за ней радиоигры «Курьеры» и «Березино» носили стратегический характер и стали классикой советской разведки. Велись они Управлением в течение нескольких лет и завершились с окончанием войны. В ходе них были достигнуты выдающиеся результаты, которые не удалось превзойти ни ГУКР Смерш НКО СССР, ни какому‑то другому управлению наркоматов НКВД и НКГБ СССР.
По завершении этих операций, вне всякого сомнения, не имеющих аналогов в истории отечественных и зарубежных спецслужб, П. Судоплатов в специальном отчете министру госбезопасности СССР доложил кратко и сухо:
«Немцы совершили на нашу территорию 87 самолетовылетов тяжелой транспортной и бомбардировочной авиации. Эти самолеты сбросили 40 агентов (все арестованы) и 650 мест груза. В их числе оказались 8 кадровых работников германской разведки».
Но, пожалуй, главным итогом этих уникальных операций явилось то, что ни один гитлеровский патрон, ни один грамм взрывчатки не выстрелил и не сработал. Кроме того, в течение более чем трех лет, с февраля 1942 года до 5 мая 1945 года, разведчики Управления водили за нос асов из гитлеровских спецслужб. Те исправно глотали наживку — стратегическую дезинформацию политического и военного характера, которую готовили подчиненные П. Судоплатова вместе с офицерами Разведуправления Генерального штаба Красной армии.
Успех операции во многом был предопределен блестящим разведчиком Александром Демьяновым (оперативный псевдоним Гейне). Подставленный на вербовку гитлеровским спецслужбам, он успешно прошел все проверки, подвергся «расстрелу», и в марте 1942 года уже «агент» абвера Макс был доставлен самолетом в тыл советских войск со специальным разведывательным заданием. С помощью своих товарищей, кадровых работников органов государственной безопасности В. Ильина и М. Маклярского, Гейне его успешно выполнил. В абвере даже не могли предположить, что так тщательно отработанное спецзадание для своего «ценного» агента Макса лишь повторяло сценарий, ранее подготовленный в Управлении.
