Все эти действия привели только к одному — приказу из Москвы разогнать митинг силой.
Вот что вспоминал в 2001 году в своем интервью тогдашний командующий войсками ЗакВО генерал-полковник Игорь Родионов: [46] «Спереди шли 3 бронетранспортера, которые должны были вклиниться в толпу митингующих и разделить ее на части. За ними шла плотная цепь внутренних войск в бронежилетах, касках, со щитами и резиновыми дубинками. Мною был отдан приказ сдать боевое оружие и хранить его в боевых машинах десанта.
Позади вэвэшников, метрах в пятидесяти, шли десантники, за которыми следовала их боевая техника с оружием. Из средств защиты у них были лишь саперные лопатки. Я находился между внутренними войсками и десантниками.
В 4 утра внутренние войска пошли вперед. Сидевшие в БТР первыми ощутили на себе ярость толпы. Митингующие лупили их чем попало, прыгали сверху, загораживая обзор, чтобы те наехали на людей. Тем самым провокаторы хотели увеличить число жертв.
А вооруженные дубинками, арматурой, камнями, бутылками боевики вступили в схватку с почти безоружными солдатами. Они прикрывались женщинами и подростками. Также боевики, оцепив толпу, пытались не допустить ее отхода с площади.
В результате этого и произошла давка. Наиболее яростное сопротивление было оказано на лестнице, на ступенях дома Правительства. Причем тбилисская милиция вовсю помогала боевикам. Продвижение цепочки ВВ остановилось. Боевики разорвали ее, солдат стали избивать. Стало ясно, что одни ВВ с ситуацией не справляются.
Поэтому план операции пришлось менять на ходу и бросить на помощь вэвэшникам роту десантников, которые должны были оцепить площадь после вытеснения митингующих».
Тут же стоит процитировать и некоторые свидетельства участников митинга: «…Наши грузинские мужчины встали на защиту народа… и стали избивать солдат. В руках у нас были палки. Я лично разломал скамейку и с этим колом пошел «крушить» солдатские головы… Часть солдат была окружена нашими грузинскими ребятами, среди которых были спортсмены, занимающиеся каратэ, дзюдо, боксом. Эти ребята достаточно расправились с солдатами. Шла драка на смерть… Ребята отнимали дубинки, ломали щиты…»
«…Перед цепью солдат выстроились группы молодых спортсменов… разбили деревянные лавки и штакетники и палками стали быть солдат…»
«…Наши ребята оказали солдатам сопротивление, как полагается настоящим грузинским мужчинам. Мы «поддали» бы больше солдатам-извергам, но силы были неравны, и мальчики с боем и потерями отступали. У наших ребят были палки, камни, металлические штыри и кулаки…»
О наличии у демонстрантов орудий сопротивления объективно свидетельствует и то, что ими были разбиты и повреждены 251 пластиковый металлический щит, 39 бронежилетов и 5 касок. Были травмированы 189 военнослужащих.
Как установлено расследованием, а также из показаний военнослужащих, самих митингующих, очевидцев и по видеозаписям, при вытеснении демонстрантов с площади перед Домом правительства основная масса митингующих сосредоточивалась в районе лестницы, которая служила импровизированной трибуной.
Именно в этом месте произошла давка, которая постоянно усиливалась вследствие вооруженного сопротивления силам правопорядка, заранее подготовленного организаторами митинга, и притока к Дому правительства больших групп молодежи со стороны площади Республики.
До начала вытеснения и в ходе него проспект Руставели со стороны площади Республики оставался свободным для прохода. Митингующие также имели возможность уйти с площади и по другим улицам, которые не были блокированы.
Кроме того, во избежание травмирования митингующих в войсковых цепочках были организованы проходы, воспользоваться которыми в полной мере желающие не смогли из-за начавшегося сопротивления агрессивной части демонстрантов, препятствовавшей уходу митингующих с площади.
Согласно заключению следственной комиссии Верховного Совета Грузинской ССР по расследованию событий 9 апреля 1989 года, общее количество пострадавших составило 4035 человек.
Однако в то же время в Министерстве здравоохранения республики, представившем по запросу следственных органов списки обратившихся за медпомощью, содержатся сведения уже только о 3446 гражданах.
После проверки и систематизации полученных сведений выявлено общее количество обратившихся — 2919 человек. Столь значительная разница (в 527 человек) объясняется неоднократными обращениями в лечебные учреждения одних и тех же граждан.
Из выявленных следствием 2919 человек 243 обратились за врачебной помощью в связи с чисто механическими травмами либо в их сочетании с отравлением, 2676 — по поводу возможного отравления.
О травмах, полученных якобы во время митинга, заявили 186 участников митинга, в том числе 111 человек (90 мужчин и 21 женщина) военнослужащих. Объективно подтверждено наличие травм у 74 человек.
Однако самым страшным оказались человеческие жертвы: в давке у Дома правительства получили смертельные травмы 18 человек (16 женщин и 2 мужчин). По заключению комплексной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, их смерть наступила от «механической асфиксии вследствие сдавливания груди и живота в давке, а не от рубленых, резаных ран или избиения резиновыми палками».
Учитывая, что большинство погибших — женщины, эксперты отметили это как еще одно доказательство наступления их смерти от механической асфиксии, поскольку вследствие их возраста и телосложения они не были способны, как мужчины, противостоять давлению в толпе.
В ходе вытеснения митингующих с площади у Дома правительства и от здания Гостелерадио пострадало 167 человек — 154 демонстранта и 13 работников местной милиции. 13 демонстрантов получили легкое отравление, а 141 митингующий — телесные повреждения, в основном, легкие. При этом установлено, что непосредственно от действий военнослужащих пострадало 100 демонстрантов и 13 работников местной милиции. Остальные митингующие пострадали от действий самих демонстрантов. От противоправных действий боевиков и хулиганствующих групп молодежи пострадало 189 военнослужащих, защищенных бронежилетами, касками и щитами, то есть почти в 2 раза больше, чем пострадало митингующих, которые таких средств защиты не имели. При этом 12 военнослужащих получили колото-резаные раны, 10 — серьезные черепно-мозговые травмы, 67 — рвано-ушибленные раны, а остальные — ушибы и гематомы.
Это официальные данные. В заключении комиссии Собчака сказано буквально следующее: «По данным КГБ Грузинской ССР, повреждения от демонстрантов получили 22 военнослужащих; МВД СССР сообщает, что число получивших травмы составило 69, а в отчете комиссии Министра обороны приводятся данные о том, что всего было травмировано 152 военнослужащих (132 ВВ, 20 CА), из них 26 человек госпитализировано (22 ВВ, 4 СА)». [47]
Общий вывод комиссии МВД СССР был следующим: «Анализ организации и действий войск в операции, а также условий и порядка применения личным составом индивидуальных средств защиты и активной обороны, в том числе специальных средств «Черемуха», позволяет сделать вывод о том, что деятельность командиров по управлению силами и средствами, а также действия личного состава осуществлялись в рамках Устава ВС ВВ. Войска не превысили своих полномочий в ходе выполнения поставленных задач».
Тут же следует привести и выводы комиссии Собчака: «Таким образом, совокупный анализ реального хода операции по вытеснению митингующих позволяет достоверно утверждать, что только вследствие грубейших, граничащих с преступной халатностью нарушений действующего законодательства, Уставов, наставлений и инструкций, завершилась она трагически, и дело следствия разобраться в степени виновности как санкционировавших ее проведение руководителей, так и непосредственных исполнителей».
В целом стоит признать, что события 9 апреля резко отрицательно сказались на авторитете советской армии и окончательно подорвали доверие грузинского народа к республиканскому руководству. На волне народного негодования к власти пришел Звиад Гамсахурдия. Через 2 года возглавляемое им движение завоевало абсолютное большинство на парламентских выборах. Тбилисские события вызвали мощную волну сепаратизма, вбили клин между грузинами и русскими в республике, образовали непроходимую пропасть между Москвой и Тбилиси.
Так, траур по погибшим превратился в мощную акцию протеста, а на открывшемся вскоре I съезде народных депутатов СССР демократы добились создания комиссии по расследованию происшедшего во главе с Анатолием Собчаком, которая, как и следственная подкомиссия Верховного Совета Грузии во главе с Тенгизом Лилуашвили, сделала заключение не в пользу военных. Попытка возложить всю вину на лидеров экстремистов и сделать их «козлами отпущения» также сорвалась, на 40-й день заключения их выпустили на поруки, после чего они благополучно возобновили антисоветскую деятельность.
