В январе 1943 года «Лейбштандарт СС „Адольф Гитлер“», еще летом 1942 года преобразованный из бригады в моторизованную дивизию, вернулся на Восточный фронт. Вместе с двумя другими эсэсовскими моторизованными дивизиями «Рейх» и «Мертвая голова» он вошел в состав 1-го танкового корпуса СС. В составе танкового полка дивизии «Лейбштандарт» была сформирована 4-я тяжелая танковая рота.
21 января 1943 года рота получила 10 танков «Тигр» и 15 Pz.HL Было сформировано три взвода, по три «тигра» и пять Pz.III в каждом. Кроме того, в составе роты имелся ремонтный взвод. Справедливости ради надо сказать, что штат тяжелой танковой роты, приводимый в различных изданиях, существенно различается. По еще одному варианту в роте имелось три взвода «тигров» по 4 танка в каждом и взвод поддержки, имевший 5 Pz.III Ausf.J. Еще два «Тигра» имелись в штабном взводе.
Части 1-го танкового корпуса СС начали прибывать под Харьков в первых числах февраля 1943 года, в разгар советского наступления. Первым «делом», прибывших частей стала контратака против правого фланга советской 3-й танковой армии генерал-лейтенанта П. С. Рыбалко. Она была осуществлена 5 февраля 3-м батальоном (на бронетранспортерах Sd.Kfz.251) моторизованного полка «Фюрер» дивизии «Лейбштандарт» при поддержке 1-го батальона танкового полка этой же дивизии. В этой атаке приняла участие и рота «тигров», включая взвод унтер-штурмфюрера СС Михаэля Витмана.
Вот тут начинается самое интересное — какой взвод? Если верить Куровски — взвод «тигров». В его книге как всегда очень живописно преподносится участие Витмана в боях за Харьков именно на «Тигре».
Один из «тигров» моторизованной дивизии СС «Лейбштандарт СС „Адольф Гитлер“» во время тренировочных занятий. Район Белгорода, май 1943 года
Однако, целый ряд других источников содержит совсем другую информацию. Причем в отличие от книги Куровски в них приводятся даты и другие факты, вызывающие доверие. Согласно этим источникам Витман действительно командовал взводом, но взводом средних танков Pz.III, а на «Тигр» пересел только в апреле 1943 года после того, как в роту прибыли еще пять тяжелых танков. Кстати, Куровски пишет, что в боях под Харьковом Витман командовал взводом из пяти танков, но в тот период в танковых взводах тяжелых танков имелось только четыре «тигра», а вот взвода «трешек» действительно состояли из пяти машин. Так что, все смешалось в голове у Куровски. Примерно аналогичная картина имеет место и в отношении участия Витмана в операции «Цитадель».
Еще до ее начала, в конце мая 1943 года, 4-я тяжелая танковая рота 1-го танкового полка «Лейбштандарт» была переименована в 13-ю тяжелую танковую роту, а 1-й танковый корпус СС с 1 июля 1943 года стал именоваться 2-м танковым корпусом СС. С действиями 13-й танковой роты и взвода Витмана в частности опять знакомит нас Франц Куровски.
Вместе с Витманом и его взводом сигнала к атаке на южном направлении ожидали 230 тысяч немецких солдат. Артиллерийская подготовка немцев началась в 03:30. Теперь могли двигаться и дивизии 2-го танкового корпуса СС, о которых генерал-лейтенант Чистяков, командовавший советской 6-й армией, говорил: «Будьте бдительны, товарищи! Перед вами стоит гвардия Гитлера. Нужно ожидать, что основная тяжесть немецкого наступления придется на этот участок».
300 танков и 120 самоходных орудий корпуса СС шли вперед. Для Витмана этот бой должен был стать непохожим ни на что. Этот бой потребует от него и от его солдат предельного напряжения усилий. Танки шли по полю клином. Внезапно по ним открыли огонь противотанковые орудия.
Танки устремились вперед. Справа Витман увидел, как с перебитой гусеницей остановился один из «тигров». Вдруг менее чем в ста метрах впереди блеснул выстрел противотанковой пушки. Почти тут же раздался удар и сильный треск, полыхнуло пламя, но Воль успел прицелиться по вражескому орудию. Он выстрелил, и снаряд поразил вражескую пушку. Киршнер повел танк дальше. Танки вышли к линии дотов, по которой за полчаса до этого отбомбились пикировщики. Из дотов не раздалось ни выстрела. Вместо этого появились танки.
13-я тяжелая танковая рота пошла в атаку. Гауптштурмфюрер Клинг хрипло выкрикнул приказ. Взвод Вендорфа повернул на северо-запад. Один из «тигров» получил снаряд в борт. Экипаж покинул машину. Витман руководил движением своих пяти танков. Они сосредоточили огонь на приближавшейся шеренге советских танков. «Тигры» Витмана быстро достигли линии дотов. Из-за высокого дота появился советский танк. Из ствола его орудия вырвался столб пламени. Витману показалось, что снаряд летит прямо в него. Болванка ударила в лобовую броню «тигра». Раздался грохот, и снаряд с воем устремился вертикально вверх. Воль выстрелил в ответ. Прямым попаданием с Т-34 сорвало башню, а остов охватило пламя.
Генерал-инспектор Панцерваффе Г. Гудериан осматривает один из «Тигров» «Лейбштандарта». Белгород, 20 апреля 1943 года. В командирской башенке стоит М. Витман
Советские войска организовали противотанковый рубеж. Снова Витман принял решение стремительно наступать. «Тигры» неслись вперед на предельной скорости, на восьмой передаче. Бронебойные снаряды противотанковых пушек отскакивали от толстой брони. Внезапно открыло огонь замаскированное противотанковое орудие, и танк Вендорфа резко остановился. «Тигр» Витмана с лязгом двинулся к орудию. Огромный вес танка вдавил пушку в землю. «Тигр» опасно накренился, потом выпрямился. Бергес вскрикнул от боли и злости — ему на руку упал снаряд, но он продолжал работать. По его пальцам струилась кровь, по лицу — пот. Времени для передышки не было — снаружи поджидала смерть. «Тигр» остановился, и Воль выстрелил. Когда танк снова пришел в движение, наводчик уже нашел другую цель. «Тигр» опять остановился, и через несколько секунд Воль выстрелил еще раз. Примерно через час танки прорвали советскую линию обороны. Мотопехота воспользовалась успехом танков и вошла в брешь следом за ними. Они взяли пленных, закрепились на занятой территории и решили продолжать давление на противника. После короткой остановки следом за ними двинулись и «тигры».
Г. Гудерина слушает объяснения командира 4-й тяжелой танковой роты гауптштурмфюрера СС Клинга (крайний справа)
Взвод Витмана снова шел впереди, и снова его стремительное продвижение застало противника врасплох. Снаряды падали на землю справа и слева. В стальные бока танка ударили несколько пуль из противотанковых ружей. В считаные секунды «тигры» вышли на удобную позицию для стрельбы. Они останавливались, стреляли и снова приходили в движение, словно были единым целым. Вскоре они вышли к промежуточной позиции советских войск.
Витман заставил себя сосредоточиться на неотложных делах. Он отвечал за пять танков и двадцать пять человек. Он должен был вытащить их из боя целыми и невредимыми. Наконец «тигры» прорвались через позиции противника. Во время второго привала Витман услышал по радио голос Вендорфа, просившего помощи.
«Тигры» развернулись и двинулись к небольшой роще. С другой стороны рощи доносились звуки канонады: тяжелые бухающие выстрелы 88-мм пушки «Тигра», отрывистый лай советских противотанковых орудий и грохот 76,2-мм пушек Т-34. Огромные танки двинули напрямую через рощу, круша стволы деревьев и вминая их в землю. В низине Витман заметил советские танки. Они подожгли один из «тигров» Вендорфа и сосредоточили огонь на машине командира взвода.
Витман на полной скорости выскочил из-за деревьев. Он ехал до тех пор, пока не вышел на позицию, позволявшую стрелять, не рискуя попасть в «Тигр» Вендорфа.
«Мы здесь, Гельмут!» — сообщил он по радио.
«Тигр» остановился. Первый снаряд Воля ударил в корму одного из Т-34. Танк взорвался. Второй танк был подбит спустя ровно пятнадцать секунд. Третий советский танк избежал уничтожения, резко рванувшись назад так, что снаряд Воля прошел мимо. Т-34 на удивление резво развернулся на одной гусенице, и Воль снова промахнулся. Потом советский наводчик выстрелил и попал «Тигру» в гусеницу. Механик-водитель Киршнер вскрикнул от боли.
Воль ясно видел противника в прицел. Следующий его снаряд пробил лобовую броню Т-34. Прошло несколько секунд, прежде чем люк Т-34 распахнулся. Взметнулось пламя. Механик-водитель советского танка в горящей одежде попытался выбраться, однако он успел высунуться лишь наполовину, когда страшный взрыв разметал танк в стороны. Это было ужасное зрелище, и в этой битве ему предстояло повториться еще не раз — для танкистов обеих сторон.
