Читаем без скачивания Творения. Ч. 1. - Василий Великий

Посему (8) «не даст Богу измены [36] за ся (9) и цену избавления души своея». Итак, не брата ищи для своего искупления, но Богочеловека Иисуса Христа, Который един может дать Богу «измену» за всех нас, потому что Его «предположи Бог очищение верою в крови Его» (Рим. 3, 25). Моисей был брат израильтянам, однако же не мог искупить их. Как же искупит человек обыкновенный? Пророк говорит сперва утвердительно: «брат не избавит», а потом с силою присовокупляет вопросительно: «избавит ли человек»? Моисей не освободил народ от греха, но только умолил Бога не карать за грех. Он и за себя не мог дать «измены», когда впал в прегрешение, и после столь великих чудес и знамений, какие видел, произнес слово сомнения: «Послушайте мене, непокоривии: еда из камене сего изведем вам воду?» Почему и Господь за сие слово «рече к Моисею и Аарону: понеже не веровасте Мне, освятити Мя пред сынми Израильтескими, сего ради не введете вы сонма сего в землю, юже дах им» (Числ. 20, 10, 12). Посему «не даст Богу измены за ся». Ибо что может человек найти столь ценное, чтобы дать в искупление души своей? Но нашлось одно равноценное всем вместе людям, что и дано в цену искупления души нашей, — это святая и многоценная Кровь Господа нашего Иисуса Христа, которую Он пролил за всех нас. Почему мы и «куплени ценою» (ср.: 1 Кор. 6, 20).

Итак, если «брат не избавит, избавит ли человек?» Если человек не может избавить нас, то Искупивший нас — не человек. Посему, если Господь наш пожил с нами в подобии плоти греха, то не почитай Его за сие простым человеком, не признавая в Нем силы Божества. Он не имел нужды давать Богу «измены за Ся» и избавлять собственную душу, потому что «греха не сотвори, ни обретеся лесть во устех Его» (1 Пет. 2, 22).

Итак, никто не может выкупить сам себя, пока не придет Возвращающий «пленение людей» (Пс. 13, 8), «не сребром», не дарами, как написано у Исаии (см.: Ис. 52, 3), но Своею Кровию. Он нас, которые не братья Ему, но стали врагами чрез свои грехопадения, Он — не простой человек, но Бог — по даровании нам свободы нарицает и братьями Своими. Ибо сказано: «Возвещу имя твое братии Моей» (Евр. 2, 12). Посему Искупивший нас, если обратим мысль на Его естество, не брат нам и не человек. Если же возьмем во внимание благодатное Его снисхождение к нам, то и братьями нас называет, и нисходит к человечеству Тот, Кто «не даст Богу измены за Ся», но даст «измену» за весь мир, ибо не имеет нужды в очищении, но Сам есть очищение. «Таков бо нам подобаше Архиерей: преподобен, незлобив, безсквернен, отлучен от грешник и вышше небес бывый, Иже не имать по вся дни нужды, якоже первосвященницы, прежде о своих гресех жертвы приносити, потом же… о людских невежествиих» (Евр. 7, 26–27; 9, 7).

Потом Пророк говорит: «И утрудися в век, (10) и жив будет до конца». Источная Жизнь, Сила, неутомимое Естество утруждался в сем веке, когда «утруждся от пути, седяше на источнице» (Ин. 4, 6).

Иже «не узрит пагубы», (11) «егда увидит премудрыя умирающия». Ибо Отец не даст «преподобному» Своему «видети истления» (ср.: Пс. 15, 10), когда будут умирать хвалящиеся упраздняемою мудростью. А если угодно разуметь сии слова и о праведных людях, то вспомни Иова, который говорит: «Человек раждается на труд» (Иов. 5, 7), также Апостола: «Паче всех их потрудихся» (1 Кор. 15, 10), и «в трудех множае» (2 Кор. 11, 23). Итак, кто потрудился в веке сем, «жив будет до конца». А кто живет в роскоши и во всяком распутстве, по изнеженности облекается «в порфиру и виссон», веселится «на вся дни светло» (ср.: Лк. 16, 19) и избегает того, чтобы трудиться ради добродетели, тот не «утрудился» в сем веке и «не будет жив» в будущем, но издали станет взирать на жизнь, мучимый в пламени пещном.

Но кто выдержал тысячи подвигов ради добродетели и для приобретения ее с избытком испытал себя в трудах, тот «жив будет до конца», как много потрудившийся в скорбях Лазарь, как преутружденный в борьбе с противником Иов. Ибо сказано: «Тамо почиша претружденнии» (Иов. 3, 17). Посему и Господь призывает к успокоению «труждающихся и обремененных» (ср.: Мф. 11, 28). Почему же трудящиеся в добрых делах называются обремененными? Потому что «ходящии хождаху и плакахуся, метающе семена своя, грядуще же приидут радостию, вземлюще рукояти своя» (Пс. 125, 6), полны плодов, которые возвращены им по мере посеянного. Посему обремененными называются те, которые, поскольку «сеяли о благословении, о благословении и пожинают» (ср.: 2 Кор. 9, 6) и заготовляют себе с вечным веселием рукояти духовных плодов. Кто избавлен Богом, давшим за него «измену», тот «утрудился» в веке сем, а потом «жив будет до конца». Он и «не узрит пагубы, егда увидит премудрыя умирающия». Кто путь тесный и многотрудный предпочел пути гладкому и спокойному, тот во время Божия посещения, когда не уверовавшие словесам Божиим и ходившие по желаниям суетного своего сердца отведены будут на вечную казнь, «не узрит» вечной «пагубы», не прекращающегося злострадания.

А мудрыми Пророк называет или сильных в хитрости, о которых говорит Иеремия, что «мудри суть, еже творити злая, благо же творити не познаша» (Иер. 4, 22), или разумеет под мудрыми и учеников «князей века сего престающих» (ср.: 1 Кор. 2, 6), которые, «глаголющеся быти мудри, объюродеша» (Рим. 1, 22). Почему «премудрость мира сего буйство у Бога есть» (1 Кор. 3, 19). И поскольку сия премудрость делает глупыми, то Бог говорит, что Он «погубит премудрость премудрых и разум разумных отвергнет» (ср.: 1 Кор. 1, 19; Ис. 29, 14). Посему правдоподобия лжеименного ведения для убеждающихся в них служат причиною смерти. И таковой смерти «не узрит» искупленный Тем, Кто благоволил буйством проповеди спасти верующих.

«Вкупе безумен и несмыслен погибнут, и оставят чуждим богатство свое.(12) И гроби их жилища их во век: селения их в род и род, нарекоша имена своя на землях». Выше псалмопевец назвал родовым именем — «мудрыми» и их же теперь подразделительно называет «безумными» и «несмысленными». И очевидно, что мудрыми их назвал, воспользовавшись именем, какое сами давали себе по самомнению. Как и богами называет тех, которые по природе не боги, следуя в этом обыкновению обольщенных, так и мудрыми назвал безумных и несмысленных.

Можно же различить по понятию безумного и несмысленного. Безумен, кто лишен благоразумия и не имеет проницательности в делах обыкновенных и человеческих. Так в общем употреблении называются благоразумными, которые в житейских делах различают полезное и вредное, почему и в Евангелии сказано: «Яко сынове века сего мудрейши паче сынов света в роде своем суть» (Лк. 16, 8). Ибо они не просто «мудрейши», но только в том отношении, как проводят эту плотскую жизнь; они называются также «строителями неправедными» за благоразумие в устроении своей жизни. В том же значении мудры и змеи, которые устраивают себе норы и в опасных случаях всеми мерами избегают ударов в голову.

«Несмысленным» же называется тот, кто не имеет преимущественного в человеке. А это — познание Бога Отца, признание Слова, сущего в начале у Бога, и просвещение, подаваемое от Святаго Духа. Такой ум имеют те, которые могут сказать с Павлом: «мы же ум Христов имамы» (1 Кор. 2, 16). Впрочем, по словоупотреблению Писания слова «безумный» и «несмысленный» заменяются одно другим: безбожного называет оно безумным, говоря: «Рече безумен в сердце своем: несть Бог» (Пс. 13, 1), и опять, вредное для жизни именует несмысленным, как Апостол выражается о впадающих «в похоти многи несмысленны и вреждающия» (1 Тим. 6, 9). Таким образом, безумный и несмысленный стремятся к одному общему концу — к погибели.

Но может иной сказать, что безумным называется живущий по–язычески, а несмысленным — ограничивающий жизнь по–иудейски, одним хранением закона. Ибо такому безумному, по причине его безбожия, сказал Бог: «Безумне, в сию нощь душу твою истяжут от тебе» (Лк. 12, 20). А плотский Израиль назван несмысленным у Пророка, который говорит: «И бяше Ефрем яко голубь безумный [37]… Египта моляше, и во Ассирианы отыдоша» (Ос. 7, 11). Посему, когда они все вообще сокрушались от собственного своего неведения, мы, чуждые, делаемся наследниками их богатства. Ибо наши стали заповеди, наши — Пророки, наши — патриархи, все от века жившие праведные; нам оставили богатство свое погибшие в безумии своем.

Их–то жилища, то есть безумного и несмысленного, суть «гроби во век». У кого жизнь исполнена мертвых дел по причине всякого греха, у тех «жилища — во век гроби». Кто стал мертв грехопадениями, тот живет не в доме, но в гробу, потому что душа его омертвела. В доме живет нехитрый нравом и простосердечный Иаков, о котором написано, что «бысть человек нелукав» и благ, «живый в дому» (ср.: Быт. 25, 27). А в гробу живет совершенно порочный, который не полагает и основания к обращению от мертвых дел, но уподобляется гробу «повапленому», который наружностью привлекает взоры, «внутрьуду же полн суть костей мертвых и всякия нечистоты» (ср.: Мф. 23, 27). Посему, когда говорит такой человек, не слову Божию отверзает уста, но «гроб отверст гортань» его (Пс. 5, 10). Если кто, веруя во Христа, не являет дел, сообразных с верою, тот, как внимающий дурным учениям и худо постигающий намерение Писания, сам себе высекает гробницу в камне.