Совместная деятельность и общение протекают в условиях социального контроля, осуществляемого на основе социальных норм — принятых в обществе образцов поведения, регламентирующих взаимодействие и взаимоотношение людей. Общество вырабатывает в качестве социальных норм специфическую систему образцов поведения, им принятых, одобряемых, культивируемых и ожидаемых от каждого. Их нарушение включает механизмы социального контроля [9]. Формально социальные нормы устанавливают форму и порядок взаимодействия личности с обществом. Фактически же вследствие того, что формирование личности происходит под влиянием принятых в обществе шаблонов, стереотипов, убеждений и.т.д. происходит социолизация личности в общество. Известно, что мысли и чувства человека «шире» слов, они не помещаются в слова, то есть, выражаясь более строго, речь как средство коммуникации не передает адекватно и полно состояние мыслящей системы, а лишь указывает реципиенту на «адрес» по которому он берет из собственной памяти информацию адекватную состоянию мыслящей системы-передатчика. Понятно, что при таком положении дел понимание в истинном смысле этого слова возможно лишь между очень близкими по своим параметрам системами. Обеспечение понимания между абонентами, и есть основная функция общества. В большинстве случаев эта задача решается путем создания одинаковых условий, в которых формируются более или менее адекватные друг другу личностные системы. С другой стороны, создание развитых коммуникационных стандартов позволяет обеспечить межличностное общение при очень низком уровне понимания, в случае если абоненты обмениваются не субъективными впечатлениями, а некоторыми объективным сведениями. Это обстоятельство, как мы увидим в дальнейшем, является чрезвычайно значимым. Отметим также тот факт, что состояние «понимания» является для человеческой личности важным, по причинам, обсуждение которых выходит за рамки данной работы.
Предположим теперь, что в силу каких-либо обстоятельств в некотором обществе сформировалась личностная система с неадекватными внутренними состояниями. Может показаться, что у такой личности имеется только два варианта — ресоциолизация (приведение своей внутренней организации в соответствии с принятым стандартом) или же напротив, приведение общественных стандартов в соответствие с собой. Однако, в случае если несоответствия в состояниях системы являются значительными, реализация первого или второго варианта маловероятна. Подчеркиваю, что речь идет именно о несовместимости на самом базовом, глубоком уровне — несовместимости состояний системы. Речь не идет о внешней несовместимости с принятыми формами — традициями, законами и.т.д. Внешняя несовместимость может быть результатом внутренней несовместимости, однако как будет показано в дальнейшем между этими видами несовместимости нет однозначной связи.
В качестве альтернативы рассмотренным вариантам обычно рассматривается разрушение, гибель личности. Изложенные мною положения, однако, допускают еще один вариант, которому до сих пор не уделялось достаточно внимания — социокогнитивный коллапс.
Представляться вероятным, что различные внутренние процессы могут приводить к одинаковым или близким проявлениям. Таким образом, в случае если ситуация несовместимости состояний будет распознана личностью на достаточно высоком уровне мышления, может произойти формирование сложной коммуникативно-адапторной системы. В результате возникнет личность, которая будет, наблюдая внешние стороны деятельности общества, подстраивать под него свои реакции. Поскольку многие внутренние проявления такой личности не будут иметь аналогов в общественном сознании, и возникнет ситуация социо-когнитивного коллапса. Подобно тому, как при гравитационном коллапсе звезды ее внутренние параметры становятся недоступными для внешнего наблюдателя, внутренние параметры и состояния такой личности становятся недоступными для общества. Сколлапсировавшая личность резко ограничивает спектр своих взаимоотношений с обществом самыми необходимыми. Для других членов общества информация, поступающая от личности после ее социо-когнитивного коллапса, либо полностью лишена эмоциональной окраски либо содержит «фальшивые» эмоции, не отражающие истинное состояние мыслящей системы. В случае, если новоприобретенные свойства мышления выгодно отличают рассматриваемую личность от прочих, ее обладатель обычно занимает высокое положение в социальной иерархии.
Приведенные рассуждения говорят о том, что наличие в обществе определенного числа личностей в состоянии социо-когнитивного коллапса является важным компонентом общественного и научного развития. В самом деле, окружающая среда, природа также представляет собой информационную систему, отражающуюся в общественном восприятии в виде ряда стереотипов и шаблонов, сдерживающих развитие науки. Сколлапсировавшая личность свободна от общественных стереотипов вследствие своей полной десоциолизации.
Осталось только заметить, что возникновение низкоуровневой несовместимости связано прежде всего с недостатками речи как системы общения, о которых говорилось выше. С развитием средств общения процент личностей, подвергающихся десоциолизации, постепенно уменьшается, а уровень межличностного понимания в обществе растет. В пределе это означает возникновение унитарного общества, которое будет представлять собой как бы единую личность, со всеми вытекающими отсюда последствиями…"
Вертен отложил в сторону журнал. Он не так много понял из прочитанного, но некоторые моменты говорили сами за себя. "Возможно", — думал он: "именно здесь содержится ключ к пониманию Краакима, его уязвимых сторон и методов борьбы. Довольно странная теория, мало приложимая к человеческому обществу, но может быть с ее помощью мы могли правильно анализировать поведение унитарного разума. Если бы мы с самого начала располагали этой или другой теорией, описывающей законы возникновения и развития композита, катастрофы можно было бы избежать. Если бы… впрочем, сейчас уже поздно…". Еще раз оглядев комнату он сказал вслух, ни к кому не обращаясь: "Что же теперь будет?".
Конечно, он не ожидал ответа на свой вопрос. И не был уверен, что получил его. Как бы то ни было, шар над столом приобрел форму восклицательного знака и медленно поплыл в другую комнату. "Наверное, я схожу с ума", — решил Вертен, однако любопытство побудило его последовать за светящимся восклицательным знаком. Комната, в которую он попал, ничем не отличалась от предыдущей. В том же углу стоял точно такой же стол, которому и подлетел восклицательный знак. Зависнув над столом, источник света вновь приобрел форму шара. Подойдя ближе, Вертен обнаружил на нем записку. Записка была написана на бумаге (!?), прибита к поверхности стола гвоздем (!!!), и адресована именно ему (!!!?). Рукописный текст был хорошо различим в свете предмета, превратившегося в указывающую вниз стрелку. Привет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
