— И?
— Да все они разные! — Он огляделся по сторонам, с тихим отчаянием разыскивая свой череп, нашел его и медитативно таращился на него несколько секунд. — Вы представляете себе, под каким давлением я нахожусь, будучи ведущей драматической загадкой в мире?
— Наверное, это невыносимо.
— Так и есть. Мне бы полегчало, пойми меня хоть кто-нибудь, — но никто не понимает. Знаете, сколько книг обо мне написано?
— Сотни?
— Тысячи. И как же на меня клевещут! Обиднее всего этот самый эдипов комплекс. Мамин поцелуй на ночь становится все дольше и дольше. Найду этого Фрейда — морду набью. Моя пьеса — полная и законченная белиберда: четыре акта болтовни и один акт действия. Какого черта все ее смотрят?
Гамлет поник головой и тихо-тихо всхлипнул. Я положила руку ему на плечо.
— Именно за вашу сложность и душевные искания мы и платим деньги. Вы — квинтэссенция трагизма, вы все подвергаете сомнению, вскрываете весь позор и предательство жизни. Требуйся нам только действие, мы бы кроме фильмов с Чаком Норрисом ничего и не смотрели. Как раз ваш путь к победе над собственными демонами и сообщает пьесе тот неочевидный ореол силы, который держит нас в напряжении на протяжении всего действия.
— Все четыре с половиной часа?
— Да, — сказала я, понимая его чувства. — Все четыре с половиной часа.
Он покачал головой.
— Хотел бы я с тобою согласиться, но ответов по-прежнему недостаточно, Горацио.
— Четверг.
— Да, и она тоже. Нужны новые решения и новые грани моего характера. Меньше разговоров, больше действия. Потому я записался на прием у этого… как его… консультанта по выходу из конфликтных ситуаций.
А вот это уже не дело.
— Конфликтолог? Вы уверены, что это разумно?
— Он поможет мне разобраться с дядей, а потом с этим кретином Лаэртом.
Я призадумалась. Энергичный Гамлет, конечно, не подарок, но, поскольку возвращаться ему пока некуда, я хотя бы получу несколько дней передышки. И я решила не мешать ему.
— Когда вы собираетесь с ним побеседовать?
Принц пожал плечами.
— Завтра. А может, послезавтра. Конфликтологи очень занятой народ, сами знаете.
Я облегченно выдохнула. Верный себе, Гамлет до сих пор сомневался. Однако, придя хоть к какому-то решению, он повеселел и продолжал уже спокойнее:
— Но хватит обо мне. Как ваши дела?
Я вкратце поведала ему о своих злоключениях, начиная с повторного устранения Лондэна и закончив необходимостью найти пять хороших игроков, дабы помочь Суиндону выиграть «Суперкольцо».
— Хмм, — протянул он, дослушав, — у меня есть для вас план. Хотите, поделюсь?
— Если только он не касается игры Биффо.
Гамлет замотал головой, опасливо огляделся по сторонам и понизил голос:
— Прикиньтесь, будто вы не в себе, и побольше болтайте. Потом — и это очень важно — вообще ничего не делайте, разве что совсем припрет. И постарайтесь, чтобы все умерли.
— Спасибо, — кивнула я, помолчав. — Запомню.
— Плик! — сказал Алан, который сердито расхаживал по саду.
— По-моему, эта птица нарывается на неприятности, — заметил Гамлет.
Алан, будучи явно не в восторге от Гамлета, решил напасть на него и произвел бросок, целясь противнику в башмак. Неудачный ход. Принц датский вскочил, выхватил шпагу и прежде, чем я успела дернуться, сделал выпад. Он был искусным фехтовальщиком и потому всего лишь срезал Алану хохолок с темечка. Юный дронт, внезапно облысевший, выпучил глаза, со смесью ужаса и восхищения наблюдая, как его перышки медленно опускаются на землю.
— Еще одна попытка, мой пернатый друг, — заявил Гамлет, пряча шпагу в ножны, — и ты пойдешь на жаркое!
Пиквик, наблюдавшая за схваткой из безопасного укрытия у компостной кучи, отважно выступила вперед и встала между Аланом и Гамлетом. На моей памяти она ни разу не проявляла подобной храбрости, но, в конце концов, хулиган Алан приходился ей сыном. Сам он стоял неподвижно, разинув клюв не то от страха, не то от благоговения.
— Тебя к телефону! — крикнула мама.
Я вошла в дом и сняла трубку. Звонил Обри Буженэн. Он хотел, чтобы я поговорила с Альфом Видерзейном и убедила его снова выйти на поле, а также интересовался, нашла ли я недостающих игроков.
— Ищу, — ответила я, листая «Желтые страницы» в разделе «Спортивные агенты». — Я перезвоню. Не теряйте надежды, Обри.
Он что-то проворчал и отсоединился. Я позвонила в «Уилсон Лонсдейл и партнеры», лучшее в Англии спортивное агентство, и с радостью услышала, что здесь можно набрать сколько угодно первоклассных крокетных игроков. Правда, к сожалению, весь их энтузиазм улетучился, стоило мне упомянуть, какую команду я представляю.
— Суиндон? — переспросил один из сотрудников «Лонсдейла». — Только что вспомнил: сейчас у нас никого нет.
— Но вы же сказали, что есть!
— Наверное, опечатка. Всего хорошего.
Короткие гудки. Я обзвонила еще несколько агентств и получила тот же ответ. «Голиаф» и Ган явно крышевали все их базы.
После этого я набрала номер своего старого тренера Альфа Видерзейна и в ходе долгого разговора сумела убедить его отправиться на стадион и сделать все возможное. Я перезвонила Буженэну и передала ему добрые вести об Альфе, но про отсутствие новых игроков решила пока не сообщать.
Проблема существования Лондэна не давала мне покоя, и я разыскала телефон Джулии Хватт, той самой женщины из Общества анонимных утратотерпцев, которая вернула себе мужа. Я позвонила ей и обрисовала ситуацию.
— О да! — с готовностью откликнулась Джулия. — Мой Ральф мерцал, как неисправная лампочка!
Я поблагодарила ее и повесила трубку, проверив, не появилось ли на пальце кольцо.
Не появилось.
Я выглянула в сад. Гамлет бродил по газону в глубокой задумчивости, а за ним на безопасном расстоянии следовал Алан. Гамлет обернулся и сердито зыркнул на него. Малыш-дронт сразу стал шелковым и в знак покорности положил голову на землю. Гамлет явно представлялся ему не вымышленным принцем датским, а главным дронтом.
Я улыбнулась про себя и направилась в гостиную, где Пятница при помощи Пиквик строил домик из кубиков. Конечно, помощь в данном контексте означала неотрывное наблюдение. Я посмотрела на часы. Пора на работу. Хорошо бы разбить пару кирпичей, чтобы выпустить пар! Мама согласилась присмотреть за Пятницей, и я послала им обоим прощальный поцелуй.
— Веди себя хорошо.
— Жопа.
— Что ты сказал?
— Посох.
— Если это староанглийские ругательства, то святому Звлкиксу светят большие неприятности, да и вам тоже, молодой человек. Мам, ты уверена, что справишься?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
