Странно. Крис и Фиби уже ушли к себе спать. Девушка уже было собралась встать с кровати и проверить, что там происходит снаружи, когда в дверь вошел Вульф.
При виде всех его мужественных шести футов шести дюймов ее охватило облегчение. Он выглядел уставшим, но вреда ему не причинили. Кассандра буквально упивалась великолепием его лица и фигуры.
Но врач посмотрела на него с удивлением.
— Вы — отец ребенка?
— Да, — хором ответили они.
Кассандра протянула руку Вульфу, который взял ее и поцеловал костяшки пальцев.
— Вы как раз вовремя, — заметила врач, нанося маслянистый гель на живот Кассандры, потом положила на него холодный датчик.
Аппарат двинулся и зашипел.
Кассандра с волнением смотрела на экран, пока не увидела маленькую фигурку ребенка, который хватал себя за ножку. Рука Вульфа сжала ее руку.
— Вот он, — сказала врач. — Замечательный здоровенький маленький мальчик, готовый покорить мир.
— Откуда вы можете знать, что это мальчик? — спросила Кассандра, затаив дыхание, наблюдая, как изгибается ее ребенок. Он ей больше всего напоминал головастика.
— Ну, на самом деле нам пока это неизвестно, — ответила доктор Лакис, записывая измерения. — Но я его чувствую. Он силен. Борец, как его родители.
Кассандра почувствовала, как слезинка скатилась из уголка ее правого глаза. Вульф снял ее поцелуем. Она взглянула на него и увидела на его лице радость. Он гордился своим сыном.
— Пока все отлично, — сказала врач, распечатывая маленькую фотографию ребенка. — Все что тебе нужно — это побольше отдыхать и хорошая диета.
Врач стерла гелеобразный состав с ее живота, пока Вульф с Кассандрой разглядывали маленькую картинку.
— Он похож на ангела, — прошептала девушка.
— Не знаю. По-моему он больше похож на лягушонка или что-то в этом роде.
— Вульф!
— Но это правда. Ведь похоже.
— Доктор Лакис? — Кассандра подождала, пока врач на нее посмотрит. — А вы не знаете, ребенок…
Она заколебалась и не смогла закончить фразу.
— Умрет как Аполлит?
Кассандра кивнула. Горло ее перехватило от дурного предчувствия.
Глаза доктора Лакис выражали сочувствие.
— Если честно, я не знаю. Мы могли бы провести тесты и посмотреть, но генетика — непредсказуемая вещь, и невозможно ничего предугадать.
Сглотнув комок, Кассандра заставила себя задать другой вопрос, на который она отчаянно хотела получить ответ.
— А вы можете мне сказать, проживу ли я дольше?
— Ты уже знаешь ответ на этот вопрос, Кассандра. Мне очень жаль. Ты одна из тех счастливчиков, у которых есть человеческие черты, но твоя генетика все-таки ближе к Аполлитам. Один тот факт, что ты находишься в процессе переливания крови, служит тому доказательством.
Слезы выступили на глазах Кассандры, когда улетучилась ее последняя надежда.
— Мы ничего не можем с этим поделать? — спросил Вульф.
— Ее единственный шанс прожить дольше — это стать Даймоном, и я как-то сомневаюсь, что вы ей это позволите.
Кассандра вцепилась в фотографию ребенка, раздумывая, насколько он будет Аполлитом. Неужели он тоже будет проклят?
Она не произнесла ни слова, пока врач и медсестра оставались в комнате с ними. Только когда они остались вдвоем с Вульфом, девушка потянулась к нему и прижалась.
Кассандра держалась за него, боясь завтрашнего дня. Боясь всего.
— Все будет хорошо, виллкат, — шепнул он.
Как бы она хотела, чтобы это было правдой. Но была рада, что он хотя бы пытался притворяться, будто они — нормальная пара с обычными проблемами.
Кто-то постучал в дверь.
Кассандра высвободилась до того, как Вульф смог ответить на стук.
Это пришла Фиби. Она проигнорировала Вульфа и подошла к сидящей на кровати Кассандре.
— Я подумала, что тебе может понадобиться свежая одежда.
Кассандра поблагодарила ее. Фиби положила ворох одежды в ее ногах.
— Что-нибудь слышно об Уриане? — спросила она сестру.
Фиби грустно покачала головой.
— Иногда мы не разговариваем днями. Иногда месяцами…
Кассандра сочувствовала сестре. Она не очень долго знала Вульфа, но не могла даже и представить такого, чтобы не разговаривать с ним каждый день. Не смеяться над чем-то, что он ей рассказывал. Для ее сестры это было еще ужасней.
— Почему вы не живете вместе?
Фиби посмотрела на нее как на дурочку.
— Его отец пытался убить меня, Касси. Он знает, как мы, — она подчеркнула, что имела в виду себя и Кассандру, — выглядим. Он убьет Уриана, если поймает нас вместе.
Вульф подошел ближе к Фиби.
— Поскольку ты все еще жива и замужем, линия Аполлона в безопасности, так?
— Нет, — с тоской ответила Фиби. Лицо ее потемнело, стало печальным. — Даймоны не могут иметь детей. Как и Темные Охотники, мы — ходячие мертвецы. Именно поэтому я позволила папе и Кэсси считать, что я тоже мертва. Не было надобности заставлять их грустить еще больше из-за того, кем и чем я стала.
— Это тебя сильно изменило? — спросила Кассандра. — Все именно так, как мы слышали?
— И да, и нет. Жажде убийства противостоять сложно. Приходится быть очень внимательным при выборе души, которую ты отнимаешь. Так происходит, потому что ты становишься частично связанным с ней. Но я считаю, что ощущения разные у тех, кто убивает и у таких, как я.
— Что значит «таких, как ты»? — спросил Вульф.
— Ты — Даймон Анаймикос, — произнесла Кассандра.
Фиби кивнула.
Вульф совершенно смутился. Он никогда о таком не слышал.
— И что это такое?
— Даймон, который кормится от другого Даймона, — объяснила Фиби. — Я питаюсь от Уриана.
— Ты так можешь? — Вульф был ошеломлен.
— Да.
Вульф шагнул назад, подальше от женщин, переваривая все это. В его мире существовало два типа Даймонов. Обычные, которые убегали, когда их преследовали, и Спати, которые в ответ вступали в сражение. С тех пор, как он встретил Кассандру, он узнал о еще двух типах: Агкелос, которые кормились на злобных человеческих душах, и Анаймикос, кто кормился от других Даймонов.
Он задумался, а знают ли об этом другие Темные Охотники, и почему никто даже не потрудился им сообщить о столь пространной классификации.
— Как ты познакомилась с Урианом? — спросила Кассандра, укладывая в большой шкаф у двери часть одежды, которую ей принесла Фиби.
— Давно, когда мы жили в Швейцарии, Уриан был тем, кто следил за нами. Ему нужно было собрать информацию, чтобы нас убить, но он сказал, что увидев меня влюбился, — лицо ее сестры буквально засияло. Кассандре было приятно видеть, что Фиби так влюблена. — Однажды ночью мы случайно столкнулись — когда я сбежала из дома после той схватки с мамой из-за колледжа. Я буквально налетела на него, когда он там притаился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
