Читаем без скачивания Воспламенение - Сьюзен Коллинз

— Молния поражает дерево, — говорю я.

— Да. Так вот, что я предлагаю. В то время, которое будет у нас между тем, как молния ударит в полдень и как она ударит в полночь, мы тянем мой провод от того дерева в соленую морскую воду, которая, естественно, обладает высокой проводимостью. Когда молния ударит, электричество пойдет вниз по проводу, и не только в воду, но и на весь ближайший берег, который будет все еще влажным от девятичасовой волны. Любой, контактирующий с этими поверхностями в тот момент, будет мгновенно убит электрическим током, — объясняет Бити.

Мы все стоим в тишине, пока перевариваем план Бити. Для меня это кажется немного фантастическим, даже невозможным. Но почему? Я же установила тысячи ловушек. Разве это не просто большая западня, но только по большей части с научным компонентом? Может это сработать? Как можем подвергать это сомнению мы, трибуты, обученные добывать рыбу, древесину и уголь? Что мы знаем об использовании небесной силы?

Пит берет удар на себя.

— Этот провод действительно сможет провести такую огромную силу, Бити? Он выглядит настолько хрупким, словно может сгореть.

— О, он сможет. Но не до тех пор, пока ток не пройдет через него. Он будет как фитиль. Только по нему пойдет электричество.

— Откуда ты знаешь? — спрашивает Джоанна, очевидно не убежденная.

— Я изобрел его, — говорит Бити, как будто немного удивленный. — Это не совсем провод в привычном смысле. Равно как и молния здесь на самом деле не настоящая молния, а деревья — не деревья. Ты знаешь о деревьях больше, чем любой из нас, Джоанна. Скажи, оно было бы уже разрушено? — говорит Бити.

— Да, — отвечает Джоанна хмуро.

— Не волнуйтесь о проводе, все будет так, как я говорю, — уверяет Бити нас.

— И где будем мы, когда это произойдет? — спрашивает Финник.

— Достаточно глубоко в джунглях, чтобы быть в безопасности, — отвечает Бити.

— Но профи тоже будут в безопасности, если они не окажутся в это время около воды, — говорю я.

— Верно, — соглашается Бити.

— А все морепродукты сварятся, — произносит Пит.

— Вероятно, более чем сварятся, — отвечает Бити. — Скорее всего мы лишимся этого источника пищи навсегда. Но вы же нашли какие-то съедобные вещи в джунглях, верно, Китнисс?

— Да. Орехи и крысы, — говорю я. — И у нас есть спонсоры.

— Хорошо. Тогда я не вижу в этом проблемы, — говорит Бити. — Но так как мы союзники, и это потребует усилий от каждого из нас, следует нам пробовать или нет, решать вам четверым.

Мы походим на школьников. Неспособные понять его теорию, разобравшиеся только в элементарных проблемах, большинство из которых вообще не имеет непосредственного отношения к его плану. Я смотрю на смущенные лица остальных.

— Почему бы и нет? — говорю я. — Если даже у нас не получится, хуже не будет. А если это сработает, у нас есть хороший шанс убить их. И даже если не сработает и мы уничтожим только морепродукты, Брут и Энобария тоже теряют их как источник пищи.

— Я за то, чтобы попробовать, — говорит Пит. — Китнисс права.

Финник смотрит на Джоанну, приподнимая брови. Он не примет решение без нее.

— Хорошо, — говорит она наконец. — Это лучше, чем выслеживать их в джунглях, так или иначе. И я сомневаюсь, что они смогут разобрать наш план, раз уж мы сами его понять не можем.

Бити хочет осмотреть дерево молнии, прежде чем он станет его использовать. Судя по солнцу, сейчас приблизительно девять утра. Нам в любом случае придется скоро уйти со своего берега. Таким образом, мы собираем лагерь и направляемся к берегу, граничащему с сектором молний, и заходим в джунгли. Бити все еще слишком слаб, чтобы идти в гору самостоятельно, поэтому Финник и Пит несут его по очереди. Я позволяю Джоанне идти первой, потому что дорога до дерева довольна прямая, и я не думаю, что она сможет заплутать. Кроме того, я могу нанести гораздо больше поражений со своим колчаном стрел, чем она с двумя топорами, поэтому я лучше буду прикрывать тылы.

Густой, душный воздух давит на меня. Ничего не менялось с начала Игр. Хотела бы я, чтобы Хеймитч перестал посылать нам хлеб из Дистрикта-3 и снабдил бы нас какими-нибудь вещами из Дистрикта-4, потому что из меня вылились ведра пота за последние два дня, и, хотя у меня была рыба, я жажду соли. Лед был бы другой хорошей идеей. Или холодный напиток. Я благодарна за воду из деревьев, но она такой же температуры, как море, и воздух, и другие трибуты, и я. Мы все просто одно большое, горячее варево.

Когда мы уже близко к дереву, Финник предлагает мне пойти первой.

— Китнисс может слышать силовое поле, — объясняет он Бити и Джоанне.

— Слышать его? — спрашивает Бити.

— Только тем ухом, которое восстанавливал Капитолий, — говорю я. Угадайте, кому я не заморочила голову этой своей историей? Бити. Потому что, естественно, он помнит, что сам показал мне, как определять силовое поле, и, вероятно, силовое поле вообще нельзя услышать. Но по какой-то причине он не подвергает сомнению мое заявление.

— Тогда нужно во что бы то ни стало позволить Китнисс идти первой, — говорит он, на мгновение делая паузу, протирая свои очки. — Силовое поле — это не игрушки.

Дерево молнии определяется безошибочно, словно башня оно возвышается над другими. Я нахожу связку орехов и заставляю всех ждать, пока я медленно двигаюсь вверх по склону, бросая орехи перед собой. Но я вижу силовое поле почти сразу же, даже раньше, чем орех попадает в него, потому что оно всего в пятнадцати ярдах от меня. Мои глаза, просматривающие растительность до этого, замечают вибрирующий квадрат высоко, справа от меня. Я бросаю орех прямо перед собой и слышу, как он шипит в подтверждении.

— Просто держитесь ниже дерева молний, — говорю я остальным.

Мы разделяем обязанности. Финник охраняет Бити, пока тот исследует дерево. Джоанна идет за водой, Пит собирает орехи, а я охочусь невдалеке. У древесных крыс, похоже, нет страха перед людьми, таким образом, я с легкость подстреливаю трех. Звук десятичасовой волны напоминает мне, что я должна вернуться к остальным, что я и делаю, а затем потрошу свою добычу. Потом я черчу линию по грязи в нескольких шагах от силового поля как напоминание о том, что надо держаться подальше, и мы с Питом приступаем к жарке орехов и кусочков крысы.

Бити все еще возится с деревом, я не знаю, что он делает, наверно, проводит измерения и все такое. Один раз он отрывает щепку от коры, подходит к нам и бросает ее в силовое поле. Она отлетает от него и опускается на землю, пылая. Через несколько мгновений она возвращается к своему обычному цвету.

— Так, это объясняет многое, — произносит Бити. Я смотрю на Пита и прикусываю губу, пытаясь удержаться от смеха, потому что это вообще ничего и никому не объясняет, кроме самого Бити.

Примерно в это время мы начинаем слышать щелкающий звук, долетающий из сектора, смежного с нашим. Это значит, что уже одиннадцать. Звук намного громче в джунглях, чем он был вчера на берегу. Мы все внимательно прислушиваемся.

— Он не механический, — говорит Бити убежденно.

— Мне кажется, это насекомые, — произношу я. — Может быть, жуки.

— Кто-то с клешнями, — добавляет Финник.

Звук усиливается, как будто наши тихие слова предупредили его о близости живой плоти. Что бы ни издавало тот щелчок, я уверена, оно могло бы ободрать нас до костей за считанные секунды.

— В любом случае нам надо отсюда убираться, — говорит Джоанна. — Осталось меньше часа до запуска молний.

И все же мы не уходим далеко. Только до такого же дерева в секции кровавого дождя. У нас своего рода пикник, мы садимся на землю и съедаем нашу пищу из джунглей, ожидая удара, означающего полдень. По просьбе Бити я залажу на дерево, пока щелчки начинают затихать. Когда молния ударяет, она великолепна, даже отсюда, даже в ярком солнечном свете. Она полностью охватывает далекое дерево, что заставляет его светиться бело-голубым, а окружающий воздух потрескивать от электрических разрядов. Я скатываюсь вниз и сообщаю о своих открытиях Бити, который, кажется довольным, несмотря на то, что я объясняю не слишком научно.

Мы идем по кругу к десятичасовому берегу. Песок гладкий и влажный, чистый после недавней волны. Бити на самом деле отдает нам день, пока сам работает с проводом. Потому что это его оружие, и остальная наша часть должна полностью подчиняться его знаниям, у нас возникает странное чувство, что нас отпустили из школы пораньше. Сначала мы сменяемся, по очереди засыпая у края джунглей, но к вечеру все мы бодрствуем и взволнованы. Мы решаем, раз это, возможно, наш последний шанс поесть морепродукты, устроить своего рода пир. Под руководством Финника мы ловим рыбу, собираем моллюсков и даже ныряем за устрицами. Последняя часть мне нравится больше всего, не потому, что я люблю устрицы. Я как-то попробовала их в Капитолии, и мне не понравилась их слизкость. Но плавать внизу под водой восхитительно, словно ты оказываешься в другом мире. Очень прозрачная вода, косяки ярких рыб и украшающие песок странные морские цветы.