Он отвернулся и быстро что-то пробормотал:
— Не стоит этим людям помнить, о чем мы тут говорили, — произнес он, поудобней пристраивая банку.
— Идем, — я, не оборачиваясь, зашагал к лесу. — Идем, колдун…
— Не забывай, Берсерк, что я тебе сказал. И не вздумай пытаться от меня избавиться! Скажешь Наре, кто я — я объясню ей, что ты такое и где твое место. Не показывай виду, не вызывай подозрений: взамен я клянусь, что буду защищать ее, хранить от бед… — Бросил он мне в спину.
Я рыкнул, на ходу переплетая растрепавшиеся волосы. Кровь которой я был залит с ног до головы, исчезла, будто впиталась в кожу. Хорошо, а то Нара бы испугалась… Нара… Он пообещал ее защищать. Он… Мне ли это услуга? Почему он так не хочет, чтобы менестрелька знала, кто Кольд такой?
Все равно времени у меня нет… Если колдун не солгал…
А он не солгал.
Так не все ли равно? Я не смогу быть рядом с ней, так пусть будет Кольд. По крайней мере она будет под защитой. Может быть он — ее судьба? Чего я-то ревную? Она мне не жена, не сестра…
Холодный воздух омывал горящее от унижения и стыда лицо, тихо шуршал ветер, медленно накрапывал дождь…
Пустота в груди притихла, спряталась, словно понимая, что скоро… скоро она насытится, заполнится, загорится…
Нара
Ожидание закончилось как-то внезапно. Только что была ночь, был стонущий от бессилия маг, был холод, дождь и страх — и вот все исчезло. Я еще не слышала шагов, а уже почувствовала — он идет. Тиан, мой человек, мой любимый… Мой. До самой смерти мой — а ее ждать осталось недолго. Нет, не думать об этом, не жалеть. Мой человек жив, он за счастье сочтет те полвека, которые ему отмерены — чего же мне желать?
Те часы, которые я провела в одиночестве, показались мне годами. Тиан же за время нашей разлуки постарел, казалось, на несколько столетий. Усталый, опустошенный, несчастный… нет, не несчастный. Просто… у моего человека был такой вид, словно ему уже нет ни до чего дела. Будто ему уже все равно. Плевать на все… и на всех. Это заставило меня остановиться, унять ту радость, с которой я бросилась ему на встречу. Последние разделяющие нас шаги я прошла степенно и важно, как и положено Старшей при встрече со смертным. Но вот удержаться и не обнять своего человека я не сумела. Мой человек! Жив! Жив!
К сожалению, он меня не так понял…
— Не усидела таки? — укоризненно спросил Тиан, отнимая мои руки от своих плеч. — Видишь, и без тебя справились, не пропали. Не надо было нас искать, все хорошо…
Я поразилась тому, как мертво звучал его голос. Отстранилась, внимательнее оглядела своего человека. На нем не было ни следа ран, словно и не сражался он с разбойниками. Неужели он все-таки… не решился? Нарушил слово? А, может, просто не успел ничего сделать?..
— Тиан, — не хочу пугаться, но голос дрожит. — Ты… что случилось? Люди? Та девушка? Почему?..
— В порядке все с ними, — встрял Кольд. Я даже вздрогнула: я и забыла о наемнике за это время. Да и что мне помнить о нем, когда мой человек жив! Тиан молча развернул меня лицом к Кольду, слегка подтолкнул.
— Вот, — наемник бережно достал из-за пазухи банку и поставил на землю. Я сначала ничего не поняла, потом вгляделась… О, Хаос, чего только люди не придумают плохого, чтобы применить к себе подобным!
— Буди мага, красавица, пускай открывает…
Мы оставили перепуганных людей в Гнилых Елях — деревушке, расположенной недалеко от того места, где разбойники напали вчера на обоз. Глава обоза говорил что-то про награду за спасение, но Тиан не стал даже слушать. Не пойму я моего человека, он всерьез полагает, что подаренных Листопадом денег нам на всю жизнь хватит?! Когда я попыталась заспорить, Тиан заявил, что спасал людей в счет долга Лису, а, значит, ему никто ничего не должен. Одно другому не мешает, но этот… этот слишком щедрый человек не хотел меня слушать.
Глава обоза еще что-то говорил насчет того, чтобы остаться здесь с ними, пока они не оправятся от потрясения, не починят телеги, не вылечат раненых. И потом ехать, как и прежде, всем вместе. И Кольда звал. Да, охранники, вдвоем положившие банду разбойников и победившие мага — что может быть лучше? Обещали хорошо заплатить: не как раньше Тиану платили, а полновесным серебром. Мой человек колебался, но тут уже Кольд отказался наотрез. Напомнил Тиану, что он не на прогулке, что его ждут в Костряках — да кому там мой человек нужен?! — и настоял на том, чтобы мы продолжали путь. Не останавливаясь даже на день, благо, лошади за ночь успели отдохнуть — в отличие от нас троих. Ладно Кольду, он, видимо, двужильный, но о Тиане мог бы подумать!
Тиан поразительно легко согласился на уговоры Кольда, хотя ничего нелепее я не слышала. Будто так и надо — спешить в никому не нужные Костряки на никому не нужную службу… Не понимаю я их.
Мои возражения, как и прежде, в счет приняты не были. После того ужаса, который я испытала, ожидая Тиана с боя, мне совершенно не хотелось кричать и устраивать сцены. Точнее — не было сил. Какая разница, где находиться и что делать? Мой человек решил ехать — я с ним.
К середине дня выяснилось: Кольд погорячился, требуя, чтобы мы ехали до следующей деревни, нигде на пути не задерживаясь. Моя лошадь начала отставать, лошадь Тиана — прихрамывать, а сам Берсерк заявил, что, если мы не сделаем привал, я вот-вот свалюсь на землю от усталости. Я промолчала — мне казалось, я свалюсь еще на первом часу сегодняшней скачки, но гордость Старшей заставляла сжимать зубы и держаться. Тиан спешился — гораздо лучше, чем вчера, когда мы доехали до обоза, — и помог мне слезть. Добренький — нет, чтоб меня послушаться с самого начала, сейчас бы хлопот не знали!
О, Стихии, как же мне плохо!
Вдруг ужасно захотелось прижаться к своему человеку и застыть так, наплевав на весь мир, позволив событиям свершать своим чередом, даже если Порядок вдруг неожиданно провалится в Хаос — просто быть рядом с Тианом и ни о чем не думать. Он нужен мне, только он, ни Род, ни потомство, которое Тиан может оставить, нет, только он. Но если я не пересилю себя и не позабочусь о том, чтобы на свет появился его ребенок, мне придется уйти в Хаос, когда жизнь человека оборвется. Нет. Не для того я тысячи лет пестовала его Род, чтобы сейчас позволить ему угаснуть из-за своей прихоти. Да и сам Тиан… Как сестру он меня любит, скажите пожалуйста!
Я отошла к обочине дороги — доковыляла — и прислонилась к дереву.
— Я хочу есть, — неожиданно для себя самой произнесла я.
Кольд соскочил с коня.
— Приехали, — насмешливо. — Не ты ли вчера заявляла, что после скачки думать о еде не можешь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
