Загди и Фэй признали поражение в попытке получить доступ к управлению крейсером. Дурос вообще сразу ушел обратно, чинить "Белый Лебедь", сказав что крейсера это не его ума дело. Пусть взломом защиты занимаются соответствующие специалисты. И так как контрабандисты в этом не преуспели, я предложил им использовать Надежду. Рид меня сразу высмеял, отметив что медицинские дроиды не предназначены для взлома лёгких крейсеров. Я как услышал про крейсер сначала выпал в осадок. Подумать только! У меня теперь целый крейсер! Правда он почему-то в три раза короче чем корвет, но в далёкой-далёкой всегда были непонятки с классами кораблей.
Выбора у нас всё равно не было и поэтому Надежду допустили до центрального компьютера Гозанти. Он поупирался немного, но в целом не против был попробовать себя на новом поприще. В конце концов никакая защита не может устоять перед разумным, способным выполнять триллионы операций в секунду. Пусть железо меддроида посредственно, но в построении алгоритмов он должен быть силен. Это ведь его профессиональная особенность. Не зря же 2-1B столько денег стоят! Кроме того, как оказалось, Надежда ещё на Татуине прикрутил себе универсальный интерфейсный разъём. На всякий случай я ему сразу шепнул о том, что допуск к управлению кораблём необходимо ограничить.
Сделал я это из-за Загди. Пока дроид ковырял защиту крейсера, Рит принялся делить трофеи. Ну как делить. Он завил мне что "Плеть" это его с Фэй добыча. Джедаю деньги не нужны, Соэра сама отказалась участвовать в дележе, а мандалорец наёмник и трофеи ему не полагаются. Я же несовершеннолетний, да ещё и девочка, так что о крейсерах мне мечтать рановато. На что я ему резонно возразил, что только благодаря мне он собственно и может этот крейсер делить. А если вспомнить о том, что я спас ему жизнь, то он ещё и поблагодарить меня должен. Тысяч так на десять поблагодарить, а желательно и побольше. И хорошо бы в разной валюте.
После того как Фэй пошепталась с ним, Загди явно подуспокоился, но полностью от идеи разделить крейсер не отказался. Чувствую мы ещё не раз вернёмся к этому вопросу, пока не достигнем спокойного места где можно будет продать эту колымагу. Или не продать, почему-то я чувствую что этот корабль останется со мною надолго. Пусть Загди думает, что к этому вопросу можно будет вернуться позже, но я-то понимаю что заявив свои права сейчас, фактически становлюсь собственником этого корабля. Разумные привыкнут к этому факту и позже им уже будет сложнее оспорить сложившееся положение вещей.
Издав несколько громких звуков Надежда повернулся ко мне, сверкая своими треугольными желтыми глазами.
— Мастер, — проскрипел он своим старым вокодером, — доступ к системам корабля успешно получен.
— Молодец! — подпрыгнул я от восторга, захлопав в ладоши. Загди при этом закатил глаза и отвернулся. — Давай, рассказывай, что там.
***
Соэра возвращалась в рубку после того, как отнесла пленникам немного еды. Запертые в тесном помещении одной из пассажирских кают, разумные вели себя тихо, не создавая особых проблем. Видимо быстрая расправа наёмника над их капитаном подействовала на них отрезвляюще, отбив всякое желание к сопротивлению. Разве что тви'лечка Шака всем своим видом демонстрировала презрение, явно намекая на то что её господин не оставит подобное обращение с ней без наказания. Остановшись Энтана обернулась в сторону оставленной ею каюты. Как же всё так обернулось? Ведь ей всего лишь надо было найти одного разумного, который заинтересовал Орден. Никаких особых сложностей эта миссия не предполагала, разве что настораживала удалённость планеты на которой предстояло его искать.
И вот, она здесь, на личном корабле одного из известнейших работорговцев Внешнего Кольца, чей штаб располагался на Рилоте. Мало того, она участвовала в захвате этого самого корабля и в пленении его экипажа. Каждое последующее событие, случившиеся после Татуина, наслаивалось одно на другое, вынуждая её действовать в рамках сложившихся обстоятельств. Сами по себе все эти шаги было верными, но вот последствия оказывались совершенно нежелательными. Ей нужно было попасть на Корусант или вернуться на Татуин, где остался их с Даррой корабль. Но ни того ни другого она сделать не могла. Обстоятельства оказались сильнее неё.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дарра. Её первый и единственный падаван. Вспомнив о ней Соэра загрустила. Боль потери всё ещё жила в ней, хотя и оказалась удивительным образом приглушена, словно прошло уже много лет с того злополучного дня, когда случилась эта трагедия. Больше всего женщину огорчала невозможность вернуться на Татуин и забрать тело своей ученицы. Конечно она рано или поздно появится там, но где тогда искать её тело?
Прислушавшись, Соэра уловила металлический звук, словно кто-то бросил на пол нечто тяжелое. Пройдя немного вперёд джедай вышла в открытую пассажирскую зону, находившуюся непосредственно перед рубкой управления кораблем. В одном из кресел сидела нахохлившаяся девочка, перед которой лежало несколько металлических деталей. Видимо это были пришедшие в негодность части доспеха того наёмника, с которым Аки заключила контракт. Обожжённые, оплавленные и покрытые копотью элементы брони производили неприятное впечатление, явно намекая на то, что их проще выкинуть нежели починить.
Девочка смотрела на неё крайне недовольным взглядом, всем своим видом показывая как ей мешают праздношатающиеся джедаи. Ну прямо как Дарра, когда Соэра увидела её в первый раз. А ведь именно так она и познакомились со своей будущей ученицей. Это случилось задолго до того, как Энтана взяла Дарру в падаваны. Соэра тогда даже рыцарем не была. В тот раз вид надувшегося от возмущения юнлинга изрядно позабавил её, и образ этого ребенка надолго отложился в голове будущего джедая.
Грустно усмехнувшись женщина присела в соседнее кресло, откинувшись на спинку и с удовольствием вытянув ноги. За повязкой закрывающей глаза Аки эмоции девочки читались плохо, но в Силе Соэра чувствовала как она возмущена. Едва-едва чувствовала, на грани восприятия. Удивительным образом миралука закрывалась от неё, создавая между ними трудно проницаемый барьер. Скорей всего делала она это неосознанно, иначе джедай вряд ли смогла бы пробиться через него. Удивительной Силы девочка, напоминающая ей другого особенного падавана, которого она наставляла. Энакин Скайуокер, первый ученик Оби-Вана Кеноби. Избранный.
— Тц, — выдохнула Аки и тут же отвернулась, созерцая металлическую стену отсека. На гладкой, матовой поверхности стены не было ни единого пятнышка. Но упрямо не желавшая поворачиваться лицом к незваной гостье девочка что-то там сосредоточенно рассматривала.
Соэра улыбнулась. Она помнила что миралука отлично видит её даже в таком положении. Смысла отворачиваться для неё никакого не было, разве что показать своё отношение к грубому нарушению личного пространства. Энтана встречала несколько миралук в Храме, и надо сказать что поведение Аки решительно выбивалось из образа закрепившегося в памяти джедайки. Девочка ведет себя как обычный разумный, как любой человек. Ни один из тех миралук не стали бы отворачиваться так демонстративно. Они иногда и повернуться-то забывают, начиная разговор спиной к собеседнику.
— Что делаешь? — спросила она Аки, с любопытством разглядывая разбросанные на полу доспехи. — Хочешь починить их?
— Тц, — снова прошипела девочка, не поворачиваясь к джедаю. — Хочу.
— О! — удивилась Энтана. Она спросила об этом только для того, чтобы начать разговор и не рассчитывала на прямой ответ. — И как?
— А то ты не видишь, — вздохнула миралука, — ничего не получается.
— Как же ты собиралась починить их? — заинтересовалась Соэра.
— Ну, — повернулась к ней Аки, — я читала про то, что джедаи могут использовать навык Силовой Ковки.
— Ого, — вскинула брови джедай, — а ты весьма самоуверенная девочка.
Ничего не сказав, Аки снова отвернулась к стене. Поняв что зря она начала разговор с критики, Соэра подняла небольшую часть поврежденного доспеха, отдаленно напоминающего наруч, и помахала им перед затылком девочки.
