Молодой человек спросил служащую консульства, сидевшую за стойкой:
— Какая погода сейчас в Мексике?
— Очень жарко, — ответила она. — Так же, как здесь сегодня.
Потом он спросил ее, теперь уже выделяя ту страшную тему, проходящую по всем этим спектаклям (вновь подразумеваются появления двойников Освальда. — О.Н.):
— Что необходимо сделать, чтобы провезти в Мексику огнестрельное оружие или револьвер (перевод дословный. — О.Н.)?
Это был вопрос, который мог достичь ушей каждого. Служащая консульства поинтересовалась, зачем он хочет взять револьвер, и Фенелла Фаррингтон, находясь поблизости, по своей инициативе заметила, что «там прекрасная охота»».
Фаррингтон показалось, что мужчина, которого она описала как высокого и худощавого, был недоволен ее вмешательством и не выразил своей признательности. Фаррингтон также рассказала, что он казался напряженным и скованным, не таким, как выглядели другие туристы, ожидавшие получения виз.
Исходя из своей теории заговора, Джим Гаррисон истолковывает в книге этот эпизод как несомненное подтверждение существования двойника Освальда, в данном случае того, который играл его роль при поездке в Мексику и посещении кубинского и советского посольств. Для меня, наоборот, этот факт свидетельствует о том, что речь идет о подлинном Освальде, о том, что еще за неделю до поездки он готовился ехать в Мексику вооруженным. Возможно, и Гаррисон задумался бы над своим выводом, если бы узнал тогда об обстоятельствах нашей встречи с Освальдом в советском посольстве 28 сентября.
Но еще более интересными выглядят приведенные в книге последствия эпизода в мексиканском консульстве в Новом Орлеане: «Четыре дня спустя после убийства президента Фаррингтон гостила у родственников в Вашингтоне, когда на нее вышло ФБР.
Сотрудник ФБР, который позвонил ей из Вашингтонского управления, оставил ей телефон, чтобы она могла перезвонить и удостовериться в его принадлежности к этой службе. После этого он сообщил ей, что ФБР отыскало ее в связи со случаем в мексиканском консульстве в Новом Орлеане. По его словам, сцена была сфотографирована скрытой камерой, которая была включена, когда молодой человек упомянул о стрелковом оружии, и, поскольку она находилась там же, ФБР установило ее личность по фотографии. Молодой человек, добавил он, был Ли Харви Освальд, чье фото было сделано в то же время». Согласно рассказанному в книге, Фаррингтон заявила: «Агент ФБР рассказал мне, что бюро имеет фото молодого человека, который хотел взять винтовку в Мексику, и что это был Ли Харви Освальд», однако фотографию ей не предъявил. Далее, по ее словам, ФБР настойчиво добивалось от нее признания, что она до этого уже встречалась с Освальдом в Мексике, хотя она неоднократно отрицала этот факт. Позднее сотрудники ФБР вновь опрашивали Фаррингтон и ее кузину, находившуюся вместе с ней в консульстве, показывая снимки Джека Руби и заявляя, что он тоже находился там в тот же день, на что и Фаррингтон, и ее сестра ответили, что Руби не напоминает им никого из тех, кого они видели в консульстве. Гаррисон пишет, что его коллеги (Морт Сал и Марк Лейн) предъявили Фаррингтон 17 фотографий с вопросом, нет ли среди них молодого человека, находившегося в консульстве в Новом Орлеане. Она ответила, что на двух, может быть, изображен тот человек, и отложила снимки Освальда и Керри Торнли, его друга по службе в морской пехоте в Эль-Торо, который затем переехал в Новый Орлеан. Об их внешнем сходстве достаточно широко известно.
Поскольку фото, о котором говорил агент ФБР, не было опубликовано правительством, Гаррисон задается вопросом: если это был снимок Освальда, почему оно так испугалось, что не предало его гласности? Ответ на этот общий вопрос, мне кажется, должен состоять из ответов на многие другие вопросы, главными из которых представляются следующие: когда фотоснимок стал достоянием ФБР? Когда и каким образом было установлено, что на нем изображен Ли Харви Освальд? Когда и какие оперативные меры были приняты в связи с этим?
Эти вопросы можно считать главными, поскольку допустима вероятность трех основных путей продолжения эпизода:
1) фотография попала в ФБР, и личность субъекта как Ли Харви Освальда была установлена до его отъезда в Мексику;
2) ФБР натолкнулось на материалы эпизода в результате проверки «мексиканского следа» после получения информации о контакте Освальда с советским посольством в Мехико;
3) то же самое, но после убийства Кеннеди.
Разумеется, по каждому варианту возможно построить различные версии. Например, по первому варианту — что вся поездка Освальда проходила под контролем спецслужб. По второму — что Освальд умышленно не был включен в категорию потенциально опасных лиц, склонных к насилию, а материалы были использованы для конструирования козла отпущения. Кстати, судя по датам переписки между подразделениями ФБР в календаре 3, вряд ли кто-то из них приступил к оперативным шагам для проверки «мексиканского следа» по второму варианту до ноябрьских событий.
Если имел место третий вариант, то это, безусловно, могло быть расценено всеми как крупный прокол ФБР с весьма неприятными для него последствиями. С учетом этого выглядит естественной активность федеральных агентов при опросах Фаррингтон в ажиотаже первого этапа расследования и последующее полное замалчивание эпизода, чтобы «сохранить лицо».
В «консульской истории» в Новом Орлеане мне кажется интересным еще один вопрос: не была ли сопровождающей Освальда «женщиной в косынке» его двоюродная сестра Мэрлин Мюррет, недавно побывавшая в Мексике, которую он мог попросить посетить вместе с ним мексиканское консульство.
Вообще, по моему мнению, эпизод заслуживает того, чтобы вновь вернуться к исследованию всех имеющихся по нему материалов теперь уже в сопоставлении с изложенными в данной книге подробностями поведения и бесед Освальда во время посещения советского посольства. Интересно отметить, что из трех известных контактов Освальда в Мехико — с советским и кубинским посольствами и группой студентов мексиканского университета (показания Контрерас) — Освальд только в двух случаях жаловался на преследования со стороны ФБР, причем почти в одних и тех же выражениях. Ни кубинский консул Аскуэ, ни секретарь Сильвия Дюран в своих показаниях ни словом не упоминают о подобных жалобах.
Несколько слов о теории, согласно которой посещение нашего посольства мнимым Освальдом увязывается с его вооруженностью. Ситуация, в которой Освальд демонстрировал револьвер, позволяла элементарно его обезоружить и передать мексиканским властям с последующим уведомлением по дипломатическим каналам МИДа Мексики и, возможно, посольства США. Зачем это могло быть нужно «организаторам» большого заговора, ума не приложу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
