Пролежав в постели с час и уставившись в потолок, Дуэйн не выдержал, встал и оделся.
– Поеду поищу его. Меня от этого не убудет. Карла тоже поднялась.
– Ты можешь остаться, – сказал он жене.
– Я с тобой, – заявила Карла. – Я не хочу оставаться один на один со своими мыслями.
Они сели в пикап и спустились на равнину, петляя среди деревьев и многочисленных нефтяных скважин. На площади в три тысячи акров найти Джуниора было почти невозможно. Если он не заснул прямо на дороге, шансы на успех были ничтожны.
– С какими мыслями ты не хотела остаться один на один? – спросил Дуэйн, прерывая затянувшееся молчание.
– Я давно о них забыла. Слава Богу, что мысли в моей голове не задерживаются больше пяти минут.
– Никто пока вроде бы не умер. А где есть жизнь, там и надежда.
– Все так переплелось… Я очень сомневаюсь, что моя жизнь когда-то распутается. Распутать всегда труднее, чем запутать.
– Может быть, близнецы вырастут путевыми.
– Ты, Дуэйн, окончательно свихнулся.
– Они могли бы обзавестись семьями, стать юристами и жить припеваючи, – продолжал мечтать вслух Дуэйн. – И тогда мы, как родители, получали бы по пятьсот долларов в месяц, что очень даже неплохо.
– Держи карман шире. Из них вырастут отъявленные преступники, и мы получим шиш с маслом. Мы даже не знаем, где они находятся в данный момент. Нам надо искать их, а не Джуниора. Как-никак, он взрослый человек.
Дуэйн не считал, что близнецам, где бы они ни находились, может что-нибудь угрожать.
– Надо что-то делать с Дики, – заметил Дуэйн. – Битье мебели не должно сойти ему с рук.
– Он очень ревнивый, вроде тебя.
– Но я не крушу мебель, – возразил Дуэйн, глядя на жену. После того эпизода с Сонни Кроуфордом на балконе ее словно подменили.
– Крушение может случиться в любой день, – поддразнила мужа Карла, но шутка прозвучала неубедительно.
После двух часов бесплодных поисков они сдались. Джуниор как сквозь землю провалился. На пути домой им пришлось остановиться из-за двух опоссумов, перебегавших дорогу. Заметив животных, Карла заметно оживилась.
– Какие они забавные! – воскликнула она. – Может, нам взять в дом опоссума вместо Шорти?
– Подождем несколько дней. Джейси могут не понравиться кое-какие привычки Шорти.
– Ты никак не можешь смириться с тем, что он бросил тебя, ведь так? – рассмеялась Карла. – Но факты упрямая вещь, Дуэйн. Твоя преданная собака оказалась не такой уж преданной.
Когда они снова заползли на необъятную кровать, Дуэйну приснился страшный сон, в котором его Шорти болтался мертвым на перекладине футбольных ворот.
Очнувшись от кошмара, он встал и, пошатываясь, вышел из дома. Светало. Он решил доспать в ванной, но, почуяв запах бисквитов, отправился на кухню. Там уже хозяйничала Минерва.
– Джуниор не показывался?
– Нет, и, надеюсь, не покажется, – отрезала та. – Одним ртом меньше.
– Ты могла бы ему посочувствовать, – с укором произнес Дуэйн. – Человек только что потерял все, отдав этому сорок пять лет своей жизни.
Минерва презрительно усмехнулась и сказала:
– Он упражняется под холмом, намыливая веревку. А что мешает ему сколотить еще одно состояние? А тебе что мешает, а? Мой отец разорялся три раза. Джуниор ничего не добьется, просиживая дни напролет и подзывая койотов.
Дуэйн вышел из кухни и у ближайшего насоса увидел Джуниора, старающегося накинуть на него лассо.
Прихватив пять бисквитов, на случай если Джуниор проголодался, Дуэйн спустился вниз. Джуниору в конце концов удалось заарканить насос. Вообразив, что перед ним олень, он уперся пятками в землю, но насос оказался сильнее, сбив Джуниора с ног.
– В свое время я был неплохим ковбоем, – проговорил он, когда Дуэйн протянул ему бисквиты. – Я мог бы отличиться на родео. Тряхнуть, так сказать, стариной.
– Не вздумай. Ты слишком стар для родео. У тебя ничего не получится, старина.
Джуниор задумался над словами Дуэйна. На его лицо было страшно смотреть: кожа обгорела и теперь слезала кусками.
– Я думаю, что пора отправляться к себе домой, – сказал он. – Нельзя же все время сидеть на ваших с Карлой шеях. И потом, Минерва меня не любит. Она говорит, что я нахлебник.
– Минерва никогда не отличалась терпимостью.
– А ты знаешь женщину, которая отличалась бы терпимостью? – удивился Джуниор. – Если тебе известна такая, ты счастливее, чем я. Мне не доводилось встречать таких.
Дуэйн подумал, что жена Джуниора, Сюзи, отличается терпимостью, но промолчал. Они стали подниматься вверх. На полпути Джуниор выдохся и присел на камень передохнуть.
– Жить в таком месте – наказание, – проговорил он. – Наказание и безобразие. Я служил в военно-морском флоте, на островах в Тихом океане… Надо было отправиться в самоволку и не возвращаться…
Дуэйн подумал, что Джуниор дошел до последней черты, и забеспокоился не на шутку. Когда они добрались до дома, он отозвал Карлу в сторону и добился от нее обещания, что она будет за ним присматривать.
– Пожалуй, я смогу уговорить Сюзи, чтобы она забрала его обратно, – сказал он жене. – По крайней мере попытаюсь… иначе мы можем потерять Джуниора.
– В Форт-Уэрте намечается большая продажа скота, – сказала Карла. – Я могла бы свозить его туда.
Приехав в свой офис, Дуэйн целый час сидел в одиночестве, так как Руфь совершала утренний моцион. Вернувшись, она заметила, что босс сидит в темном кабинете, и, сунув голову в дверь, строго посмотрела на него. Временами она напоминала ему Брискоу, марафонца, живущего за углом офиса, худого и раздражительного. Он побывал здесь раньше, постучав по оконному стеклу. Этот человек был неисправимым безработным, бродягой, который не успокаивался до тех пор, пока ему не удавалось куда-нибудь залезть и что-то стянуть.
– Не в твоем характере хандрить, – заметила Руфь.
– Последние шесть месяцев я только этим и занимаюсь, – заметил Дуэйн. – Больше нечем.
– Хандра тебе не идет. Отправляйся на вышку. Сделай что-нибудь полезное для компании. Четвертая вот уже сколько времени стоит без дела.
– Почему? Что случилось с Абиленом?
Абилен был буровым мастером и отвечал за четвертую буровую установку. Когда-то он работал на отца Джейси и был влюблен в ее мать; Дуэйн, учась в школе, даже работал в его бригаде. С Абиленом всегда было трудно ладить. Он был самодоволен, не понимал юмора и лез в драку по любому поводу.
– Абилен не показывался. Скорее всего, подцепил себе новую подружку. Кончай хандрить и отправляйся на работу, а то через неделю мы прогорим.
– Мы не прогорим, мы уже отгорели.
– Где Шорти? – спросила Руфь.
