— У тебя какие-то проблемы?
Ветхий махнул рукой.
— Ерунда.
— Судя по матам, совсем не ерунда.
— Не волнуйся, обычные рабочие моменты. Саш, там завтрак, если можно его так назвать, принесли. Так что кушай и поедем домой.
Она быстро приняла душ и принялась за еду. Костя пил кофе и курил, то молча наблюдая за ней, то поглядывая на телефон. Саша давно знала его. Он так же умело скрывал эмоции, как и она сама. Как говориться, профессия обязывала. Но Саша давно научилась понимать его состояние. Он сейчас очень взвинчен. Видно, что-то серьезное все-таки.
— Кость, что там все-таки?
— Не думай об этом, все решаемо. Тебе вещи забрать ещё надо, да?
— Ой, Кость, я не могу сейчас уехать.
— Это почему? Из-за Андрея что ли?
— Не совсем.
Черт! Андрей, она совсем забыла, что приехала сюда не одна. Наверное, волнуется, что она дома не ночевала. Как бы там ни было, а он тоже часть жизни. Правда, самая проблемная её часть.
— Мне тут работу небольшую подкинули. Мне ещё минимум дня два надо.
Ветхий бросил едва заметный взгляд на телефон, но спокойно кивнул.
— Ладно, я подожду два дня.
— Нет, Кость, не надо. Я же вижу, что у тебя какие-то проблемы. Езжай, а потом я приеду.
— Хорошо, — согласился он. — Я за тобой приеду.
— Не нужно, я сама доберусь.
— Это не обговаривается. Да я вообще с ума сойду от ревности. Ты же эти два дня в квартире с Андреем проживешь.
— Я поставлю точку, обещаю.
Ветхий улыбнулся ей и послал воздушный поцелуй. Саша ему подмигнула в ответ.
— Который час-то? — с набитым ртом спросила она.
— Три. Как всегда.
— Кошмар! Для тебя, как всегда, а я последнее время привыкла спать по ночам.
— Я тебя отучу от этой дурацкой привычки, — пошутил он. — Ночью интересней.
Он красноречивого взгляда кровь прилила к щекам и не только. Саша проглотила последний кусочек, быстро собралась и они покинули гостиницу, с которой теперь будут связывать приятные воспоминания.
Костя довез её до съемной квартиры. И, конечно же, вышел проводить и поцеловать на прощание. Саша без раздумий подставила ему губы. Да, гори оно все синим пламенем. Чего уже теперь бегать? Пусть все будет, как будет. Даже если очень больно. Все страхи отступали перед напором его жадных губ.
— Саш, я приеду, — сказал он, отрываясь от её губ.
— А может не надо?
— Что за глупости или ты опять начинаешь от меня бегать?
— Нет. Хотя боюсь очень.
Ветхий легко поднял её и посадил на капот машины, а сам протиснулся между коленями. Конечно, поза не совсем приличная. Бабушки у подъезда все косточки им перемоют. Ну и пусть.
— Саш, ну чего ты боишься? Я вообще у тебя как верный рыцарь последнее время. Я когда-то предавал тебя?
— Я не этого боюсь, — Саша опустила глаза. — С твоими занятиями, я боюсь, что когда-нибудь тебя опять посадят. Я умру тогда.
— Не посадят, — рыкнул он, а руки сжались в кулаки. — Кишка тонка. Саш, у меня давно, где надо подмазано. Дай мне немного времени и, обещаю, что займусь легальным бизнесом. Хорошо?
Саша кивнула. Он поцеловал ещё раз. Одна рука скользнула по бедру вверх, вторая умудрилась залезть под топик.
— Костя, сейчас день, народу тьма, — прошептала она ему в губы.
— Ну и пусть завидуют, — с усмешкой ответил он, но руки все-таки убрал.
Саша спрыгнула с капота и, ещё раз поцеловав его в щеку, побежала к подъезду, улавливая перешептывания бабушек за спиной.
А в квартире её встречал взбешенный Андрей. Уничтожил взглядом с порога. Саше даже на мгновение страшно стало, таким обозленным было его лицо.
— Хорошо поразвлеклась?
— Андрей, давай без сцен, — протянула она, разуваясь.
— Я, конечно, понимаю, свободные отношения и все такое. Но так пропадать не нормально, ты это хоть понимаешь? Я тебя по всему городу ищу! — он уже кричал. — Данил твою сумку нашел возле магазина! Мы уже не знали, что и думать! Все обшарили. И тут ты появляешься во дворе, и, как ни в чем не бывало, зажигаешь со своим любовником!
Андрей со злости ударил кулаком в стену.
— Ну, ты и дрянь, Саш!
— До оскорблений не опускайся, — спокойно ответила Саша, понимая, как все это выглядело со стороны. — Ты тоже не ангел, между прочим.
— Я, твою мать, не соображал, что делаю, и ты прекрасно знала, где я нахожусь. Ты же осознанно легла к нему в постель. Он же давно этого добивался, правда? Надо было меня в известность поставить, что ты решила вернуться к своему работодателю.
— Андрей, не ори, ради Бога! У меня была паршивая ночь, и я вовсе не сбегала к Ветхому. Так получилось, что он оказался рядом в нужный момент. Да я с ним переспала и, как ты выразился, осознано, но не сбегала никуда и не хотела никого тревожить, так сложились обстоятельства.
Андрей ещё раз ударил кулаком об лутку двери, ушел в комнату. Саша слышала, как он меряет шагами пол и матерится себе под нос. Решила оставить его в одиночестве. Сейчас не время разрывать отношения. Пусть спустит пар. Заварила кофе и закурила сигарету. Конечно, могла рассказать ему все вчерашние происшествия, только зачем. Меньше знаешь — крепче спишь. Тогда бы приходилось рассказывать все прошлое в мельчайших подробностях. Что он знает? Что она когда-то работала у Ветхого, когда Сашка на иглу подсел. Он не знает, какая слава тогда ходила о её руках, и ей, блин, это нравилось. Она обо всех проблемах в игре забывала, обо всех страхах. Существовали только она и карты, и… Ветхий. Да, Костя часть её воспоминаний о покере. Его имя всегда будет связано с её любимым делом в жизни. Что ему рассказывать? Как они сходили с ума после очередного выигрыша, дурачились как дети, конечно, когда никто не видел. Как часами целовались, когда у неё вдруг падали защитные стены, а потом она уходила. И её уход всегда сопровождал звон очередной пепельницы, которую Ветхий швырял в пол, после того, как дверь закрывалась за её спиной. Что ему рассказать? Что она лично знает местного авторитета и что он теперь в какой-то степени ей покровительствует? И что умеет стрелять? Ветхий многому её научил.
Ничего этого Саша не могла сказать Андрею. Нечего ему втягиваться во все это, пусть живет в своем идеальном мирке, окруженный заботливыми родственниками и верными до поры до времени друзьями. Какие у него вообще проблемы есть? Как избавиться от очередной поклонницы? Нет, пусть и дальше думает, что жизнь проста и легка, а оттенки она прибережет для себя.
— Саш, ты прости, конечно, — она вздрогнула от неожиданно прерванных мыслей, — я не смогу, наверное.
— Что не сможешь?
— Забыть то, что только что в окно увидел… У тебя к нему серьезно, да?
