для кого писал?
– Не знаю, я конкретно о тебе не думал, но сейчас такое ощущение, что всё равно для тебя.
– Не врёшь, – задумчиво ответила Крапива и отвернулась, так как я пристально на неё смотрел.
– А я вот тут колдую над пистолетами, – решил сменить тему я.
– Ага, вижу. Серьёзно выглядишь. А ты разбираешься в них?
– Нет, вообще не разбираюсь, никогда раньше не стрелял и не прикасался, пока жизнь не смотивировала. Сейчас вот видео смотрю и пытаюсь понять, как оно всё работает. Надо как минимум научиться заряжать и обойму вытаскивать. Сорри, не обойму, а магазин! Кое-что, как видишь, я уже знаю.
Крапива села рядом со мной и тоже стала смотреть видео и молча смотреть, как я разбираюсь с пистолетом. Достаточно быстро я основные манипуляции понял, потом проделал их на всех четырёх пистолетах. Зарядил почти опустевший магазин пистолета Степана.
– Давай теперь ты всё это проделай, – предложил я Крапиве.
– Так, а обойму как высунуть?
– Магазин, а не обойму, – с видом матёрого профи поправил я.
– Не умничай. Так как её высунуть?
В общем, утро мы потратили на то, чтобы разбираться с пистолетами, кобурой, как туда засовывать и высовывать пистолет, научились делать простую разборку Глока, как могли протёрли тряпочкой детали, которые можно протереть. Я потренировался в выхватывании пистолета из поясной и из подмышечной – или, как называют спецы в видео, наплечной – кобуры. Не хватало нам человека хотя бы немного знакомого с оружием. Возни было бы меньше. Но и так, вроде, разобрались. Также Крапива посмотрела с разных сторон, насколько пистолет заметен при ношении подмышкой и на поясе. На поясе оказался меньше заметен, чем в кобуре скрытого ношения. То есть не такое уж оно и скрытое это ношение. Только при ношении на поясе не рекомендуется поднимать руки, так как одежда задирается. В общем, свои плюсы и минусы были везде. Решили сделать так: Крапива будет носить пистолет в своей сумочке, а я в поясной кобуре и рюкзаке. Четвёртый пистолет решили оставить в бардачке Ауди, замаскировав его всяким бардачковым хламом.
Поели оставшихся со вчерашнего вечера макарон с тушёнкой. Пить много не стали, всё-таки сидеть в машине придётся непредсказуемо долго. Пора ехать. Я сразу сел на заднее сиденье с правой стороны.
Дорога до города заняла меньше часа. Первым пунктом нашей программы было посмотреть за психиатрической лечебницей – кто приезжает, кто уезжает и на каких машинах. Уверенности, что мы узнаем что-то важное, особой не было. Но совсем без дела сидеть было ещё более глупо.
Здание психиатрической больницы было огорожено металлическим забором из декоративных, но тем не менее вполне функциональных металлических кольев. Через забор было видно здание и небольшую часть территории, но значительная часть внутреннего пространства была скрыта насаждениями. Таким образом более-менее нормально следить мы могли только за входом. Мрачное старое трёхэтажное здание давно нуждалось в ремонте. Больница занимала площадь чуть больше, чем среднестатистическая общеобразовательная школа. Соответственно, «проследить за больницей» сидя в машине было практически невыполнимо. Мы могли только проследить за въездными воротами и то находясь в отдалении.
Крапива припарковались на обочине дороги, в ряду других машин. С этого места мы могли видеть только тех, кто въезжал и выезжал в ворота, но только сбоку – номеров не разглядеть. В общем, так себе место наблюдения. Собственно, чего мы здесь можем своим наблюдением добиться, было совершенно непонятно. Более перспективно было бы следить за офисом ЧОПа «Нож» или «Снежной королевой», но светиться перед «Ножом» было опасно, а для «Снежной королевы» было пока рано.
– Ну, как тебе шпионская работа? – поинтересовался я у Крапивы через некоторое время, в течение которого не происходило ровным счётом ничего.
– Да никак. Я вот думаю, может, я пройдусь, здание пешком обойду, посмотрю с других сторон, что там? – предложила девушка.
– Давай, но только аккуратно и будь на связи со мной всё время.
– Хорошо.
Мы воткнули в уши беспроводные наушники и созвонились. После чего Крапива вышла на улицу и двинулась во дворы.
– Говори что-нибудь, – попросила она.
– Всегда было интересно, за что ты меня так не любила всегда? Я не помню, что я такого сделал, чтобы это был серьёзный косяк, после чего всё началось.
– Даже не знаю, – после небольшой паузы ответила Крапива, – сама не помню, как всё началось. Помню только, что в шесть лет всё ещё было нормально. То есть два года мы точно провели не врагами. Но со школы я уже тебя ненавидела. И мне кажется, это было взаимно.
– Я тебя никогда всерьёз не ненавидел. Я бы сказал, что ты меня злила и бесила. Особенно мне запомнились три метких куриных яйца в спину. Три! И Восприятие не помогло! Мне тогда мама новую куртку купила только. В этот момент, наверное, всё-таки я тебя ненавидел.
– Да, это было круто! – ни капли раскаяния я не услышал в её голосе. – А вспомни, как ты мне отомстил. Долго насмехался надо мной, что я неуклюжая и даже теннисный мячик не поймаю. Потом кинул мне маленький круглый кактус, который я на автомате поймала двумя руками. Все ладони в колючках были. Вот я тебя тоже тогда ненавидела.
– А помнишь, ты мне в волосы жвачку втёрла? Я тогда только первый раз волосы более-менее отрастил и гордился, что на Маугли теперь начинаю быть похожим.
– Да, ты в детстве пижон ещё тот был. У тебя волосы тогда чуть ли не длиннее моих были. А кто мне в лагере в резиновые сапоги воды налил? Я тогда целый день с мокрыми ногами ходила.
Я захихикал.
– Что ты смеёшься?
– Даже не знаю, как сказать. Обещай, что мстить не будешь.
– Ты меня пугаешь… Подожди?! Это то, что я думаю?! – в интеллекте Крапиве не откажешь, – Маугли ты нассал мне в сапоги? Я полдня тогда ходила в них!
– Я ещё думаю, чего ты что-то страшное не придумала в ответ, а всего лишь меня водой из окна облила.
– Ну, если тебя это утешит, я в эту воду плюнула.
– Конечно, утешит! Как там обстановка, кстати?
– Да ничего толком не видно. Сплошные кусты за забором. Тут дорожка прям вдоль забора идёт, несложно делать вид, что гуляешь.
–
