— Что? Опять я слышу о пресловутых тридцати фунтах? Дорогая, да этих денег не хватит даже на корсет для самой худенькой девушки. Силы небесные, расходы на одну только верхнюю одежду для тебя опустошат мои карманы. Нет, не шуми. Успокойся. Я послал за портнихой в Рай, и скоро она должна приехать. Она снимет с тебя мерки, а потом я подберу фасон платья для этого приема. Я просмотрел твою одежду и пришел к выводу, что придется взять тебя в Лондон, чтобы заказать у мадам Джордан остальные туалеты.
Дуглас открыл шкафчик для обуви и вытащил оттуда шлепанцы.
— Так я и думал, тебя нужно одевать с головы до ног.
— Дуглас, — сказал она с отчаянием, — мне совсем не нужно, чтобы ты покупал мне вещи, правда. Все эти разговоры о вымогательстве, это просто так, глупость, и ничего больше. Синджен действительно вмешивается не в свое дело, как ты сказал. Бальное платье мне, правда, понадобится, и я благодарю тебя, но больше ничего не нужно. Я не думаю…
— Довольно.
— Нет, не довольно! Я тебе не прислуга, которой ты можешь командовать. Послушай, я не хочу быть обузой для тебя, я не…
— Ах так, ты предпочитаешь позорить меня, донашивая старые тряпки. Черт возьми, женщина! Я не хочу, чтобы меня называли скрягой, я не хочу, чтобы все думали, будто я держу тебя в черном теле. О нас и так уже наверняка болтают Бог весть что. Не хватает только, чтобы моя жена выглядела точно пугало.
— Мне казалось, тебя не особенно волнует, что подумают люди, — медленно сказала она, взглянув на него. — И я вовсе не пугало. Я могу показаться пугалом только тогда, когда имею несчастье стоять рядом с Мелисандой. Да и мои платья, по правде говоря, не идут ни в какое сравнение с ее туалетами.
— Ну, вероятность того, что ты будешь стоять рядом с ней, довольно велика. Поэтому мы должны что-то сделать. Я решил, что мы не будем прятать твою грудь, и не посчитаемся с ценой. Мы не будем ее ни перетягивать, ни укутывать, а просто слегка прикроем, но так, чтобы оставить намек на твои совершенства. Или чуть больше, чем намек. Я еще подумаю над этим, так как здесь важно чувство меры. Может оказаться немало охотников смущать тебя своими нескромными взглядами. Да, и учти: я не потерплю никаких возражений с твоей стороны в этом вопросе. Ты знаешь, что если у платья слишком низкий вырез, то мужчина, который значительно выше ростом, сможет увидеть в него всю тебя, до кончиков пальцев на ногах?
— Какая чушь!
— Вовсе нет, у тебя небольшой рост, а это значит, что большинство мужчин смогут беспрепятственно глазеть на тебя. Я не собираюсь демонстрировать твою грудь всем этим нахалам, так что не спорь со мной.
— Да я и не спорю!
— Да, а как это называется? Ты все время перечишь мне и кричишь.
— Ну хорошо! Вези меня в Лондон, вези меня к этой мадам Джордан и потрать на меня все свои деньги! — В ответ Дуглас усмехнулся. — Черт тебя побери, ты такой же невозможный, как Синджен!
— Вовсе нет. А ты, я вижу, уже освоила любимое ругательство всех Шербруков. Я старался не употреблять его при тебе, но ты все равно переняла. Ладно, я не буду допытываться, от кого. Мы отправимся в Лондон сразу после приема, хорошо? Нет, не спорь со мной. Ведь ты уже согласилась, и я ловлю тебя на слове. К тому времени нас покинет, наконец, мой проклятый кузен с Мелисандой.
— Ну, конечно же, если ее не будет, тебе тоже нет смысла здесь оставаться.
— Ты берешься судить о том, о чем не имеешь ни малейшего представления. А сейчас, если ты так и будешь стоять тут передо мной, выпятив свои прелести, я порву твое платье на клочки и мы опоздаем на встречу с портнихой.
Он ушел, оставив ее стоять посреди спальни, задумчиво глядя в пустоту. «Все-таки он необыкновенный человек», — пронеслось у нее в голове.
Если у Александры и была надежда на то, что Дуглас позволит ей остаться наедине с миссис Плэк, портнихой из Рая, то она быстро улетучилась. Синджен развалилась в глубоком кресле, а Дуглас тихонько сел на стуле, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди.
— Прошу вас, начинайте, миссис Плэк, — обратился он к портнихе.
Она подавила в себе желание выставить их обоих из своей спальни, так как по недолгому, но уже богатому опыту знала, что если Дуглас что-то решил, переубедить его невозможно. Поэтому без возражений предоставила миссис Плэк снимать с себя мерки. Она подняла руки и вытянулась во весь рост, потом попробовала ссутулиться, чтобы грудь не выпирала так сильно, и тут же услышала резкий голос Дугласа: «Выпрями спину!»
Она повиновалась. Затем ее ненадолго оставили в покое, пока Дуглас рассматривал модные журналы, выбирая фасон. Наконец одно из платьев ему понравилось.
— Вот это, — сказал он, поглаживая подбородок, — только эту оборку нужно убрать. Она здесь лишняя. Да, эти мягкие линии и завышенная талия сделают ее выше ростом. И поднимите линию выреза на один дюйм.
— Но, милорд, ее светлость будет выглядеть как провинциалка! Это же последняя парижская мода!
— На дюйм, — повторил Дуглас. — Поднимите его на дюйм.
— Можно взглянуть? — осторожно спросила Александра.
— Конечно. Ты согласна, что оно должно тебе подойти?
Она посмотрела на платье и сглотнула. Оно было изумительным.
— Какой цвет ты выберешь для него?
— Зеленый. Нежно-зеленое платье и накидка потемнее.
— Я не хочу выглядеть провинциальной.
Миссис Плэк вздохнула с облегчением.
— Вот и хорошо. Оставим вырез как есть.
— Нет, — отрезал Дуглас. — Я хочу, чтобы ею восхищались, но не хочу, чтобы на нее глазели.
Александра улыбнулась, но промолчала. Она посмотрела на него долгим взглядом, и глаза ее потемнели. Она любила этого мужчину, любила его руки, его рот, которые доставляли ей столько наслаждения, ей нравились его дикость и необузданность в любви, когда для него не существовало ничего на свете, кроме нее.
— Прекрати, — сказал он охрипшим голосом.
— Ох-хо-хо, — широко зевнула Синджен. — По-моему, ты сделал прекрасный выбор, брат. Ну а теперь, как ты думаешь, мы можем наконец поехать за лошадью для Александры?
— Ты останешься здесь, Синджен. С тебя тоже снимут мерки для нового платья. Я уже выбрал фасон, и мама одобрила его. Нет, не надо меня благодарить…
— Наоборот, я собиралась выразить несогласие с тем, что ты принимаешь решения за других. Мне самой хотелось выбрать себе платье.
— Нет, ты еще слишком молода для этого. И не спорь со мной. Мы с Александрой поедем одни. Благодарю вас, миссис Плэк. Не забудьте: на дюйм.
— Тебя обвинили в излишней властности, и это правда, — сказала Александра мужу по дороге к конюшням.
Он согнал муху с ноги.
