вообще к моей девчонке допустить? — засмеялся Гинтар, наконец-то отрываясь от своего шкафчика, после чего протянул маленький фонарик и смятую записку Закнеылу. — Глянь, чего моя пишет.
Первые полстраницы не были интересными: как там семья, как она сама, как её учеба. Но всё остальное… Это было порно в чистом виде. Она во всех подробностях описывала, что сделает с Гинтаром, когда они останутся наедине, что она хочет от него получить в тот же момент.
— А насчет подруги… Ну слушай, не знаю, успеем ли мы. Но ты смотри, она паинька. Такого письма, а уж тем более действий, от неё не дождешься, — с какой-то гордостью прошептал Гин.
— Ого! Ты мне такие вещи не показывай, я возбудился с первых строк, — в шутку протянул Зак, возвращая бумагу. — Подождем, пока я нагуляюсь. Недельки так три, а там уже можно что-то постоянное искать. Кто знает, может, моя бывшая захочет вернуться, только пошлю я ее далеко и надолго.
— А то я уже хотел тебе дать по лбу, — Гинтар принял обратно листочек и быстро убрал в тумбочку, лег на кровать, мечтательно уставившись в потолок. — Ну гуляй, только не перегуляй, а то сам знаешь.
— Не, я девушек друзей не трогаю, — махнул рукой Зак. — Зачем, если их в клубах столько, и сами вешаются? Девушек много, а друзей нет. Но… Если расстанешься со своей, дай знать. Хотя, может, к тому времени я всё-таки остепенюсь.
— Учитывая, сколько раз ты поизнес слово «клуб», я в этом сомневаюсь. А вот мне интересно, когда у тебя девушка-то была, ты налево ходил?
А вот это Гин спросил неспроста. Нужно же знать, кому свою подругу отдавать. Да и если вообще отдавать. Того и глядишь, Зак красивый, сам найдёт.
— Нет, ты что? Если бы я даже захотел, не смог бы. Ливафейн от меня всех девчонок отваживала. Да и мне было как-то всё равно, на других я даже не смотрел. То, что она меня бросила, стало ударом для меня, — он тоже перевернулся на спину, уставившись в потолок. — А про клубы я говорил, потому что тебе-то было к кому в увольнение ходить, а что нам делать, простым и одиноким смертным?
— Что сразу «простым смертным»? Я тебе предлагал ко мне съездить. Тебя бы и с Валанди познакомил, и с моей подругой, может быть. Но нет, папочку моего испугался. Это он в детстве мог мне своё «фи» выразить, а теперь все. Ладно, чего уж говорить? Скоро дома будем, устроим свою жизнь. А тебе, Зак, я ещё раз говорю: вернешься, сразу ищи квартиру, дом, комнату — неважно! Но жить с твоими сумасшедшими родственниками себе во вред!
— И не говори, давно надо было от них свалить. Сейчас вот отслужим, я хорошенько потрачу папины денюшки на развлекушки и сразу съеду. Тогда и можно с нормальными людьми знакомиться.
— Будто так нельзя, — опять хрюкнул в одеяло Гинтар.
— Мужики, хватит! — громкий шепот раздался по всей казарме, где спали другие парни. — Если этот оборотень вас застукает…
— Застукает, Мартин, застукает, — раздался ещё более громкий шепот. В казарму вошёл тот, кого так и опасался спящий.
Бодрствующие парни тут же вскочили с кроватей, но не успели рта раскрыть, как сержант Альфред замахал ладонью, мол, вольно.
— Чего не спите? Алеантлар, Скайнет, вы завтра отдыхаете? Вам на построение не нужно? — не сулил голос его ничего хорошего.
— Никак нет, товарищ старший сержант, — вытянулся по струнке Зак.
— Мы просто о доме говорим, — с лёгкой улыбкой сказал Гинтар, надеясь растопить сердце бравого солдата.
— Вам до дома ещё, как Амстронгу до луны. О доме они разговаривают. Вы ещё пока в армии и должны блюсти порядки. А чтобы больше не было сил на разговоры ночью, два… Нет, три наряда вне очереди.
— Но…
— Шлискор, а тебе один, — обратился он к Мартину.
— Что? За что?
— А я на твоё шиканье пришёл, а не на их болтовню.
Как два друга посмотрели на Мартина, нужно было видеть.
========== День 24. Божественное AU ==========
В своём маленьком раю, который был похож на прекрасный мираж в пустыне, сидели четыре молодых бога. Одна красавица с золотыми волосами разместилась на свисающей над водой пальмой и мочила свои ножки, а рядом недалеко стоял красавец бог с серебряными волосами и строгал из какой-то палки непонятно что. Вторая красавица с каштановыми волосами сидела на большом валуне и играючи толкала ножками черноволосого бога, что прислонился к нему спиной.
Все они занимались очень серьёзным делом, хоть и не показывали это своими лицами. Богини улыбались, одна что-то создавала в своих руках из воздуха, вторая рисовала взглядом на воде какие-то узоры.
— Закнеыл, посмотри, — сказала богиня на валуне своему богу снизу и показала то, над чем так старалась несколько минут. В руках её был сотканный из воздуха призрачный зверёк. — Милый получился, правда? Назову его енотом, — она дунула на зверька, и тот растворился, но богиня знала, что в её мире, над которым она потела пять дней, появился десяток вот таких милых зверьков. Заметив, что друг снизу о чем-то серьёзно задумался, она надула губки и вновь толкнула его ножкой. — Ну Зак, ты даже не посмотрел!
— Кая, дай ему спокойно решить свою дилемму, — улыбнулся богине среброволосый бог.
— А кому мне ещё хвастаться своими созданиями? Тебе, Сектар, любителю неодушевлённого мусора?
— Зато мой «мусор» полезен, а главное — красив! — он дунул на палку в руке, и она превратилась в прекрасный драгоценный камень, который будто он и стругал из дерева. Сектар кивнул на переливающейся всеми цветами радуги самоцвет и, довольный своей работой, и дунул на камень вновь. Тот, как енот, растворился, появляясь в мире, который создал он, несколькими залежнями таких камней.
— Почему они воюют? — в задумчивости произнес Закнеыл. Он будто бы не слышал, о чем беседовали другие боги, его больше волновало противостояние, развернувшееся в его мире. — Кто должен победить?
Валанди весело шлепнула по воде ногой и завороженно наблюдала, как разбегаются круги в разные стороны, волнуя и созданный ею мир. Она засмеялась, когда в нем начала твориться неразбериха, и для пущего эффекта взмахнула рукой, вызывая в маленьком мирке очередной катаклизм.
— Зак, хочешь, я и твои проблемы очень легко решу? — спросила она.
— Подожди, Валанди, сначала я должен понять.
— Друзья, — громко объявила Кая. — Предлагаю его выгнать из нашего рая, — с этими словами, чтобы все поняли, о ком она говорит, уже ощутимо пнула ногой в плечо Зака. — С ним разве обсудишь наши создания? Он скучен! Зак, а ну
