Читаем без скачивания Возвращение седьмого авианосца - Питер Альбано

— Получилось как у настоящего самурая.

Брент увидел на горизонте яркую вспышку.

— Они открыли огонь, сэр.

Фудзита кивнул, не опуская бинокля. Затем повернулся к телефонисту:

— Первому и второму дивизионам эсминцев начать торпедную атаку и обеспечить дымовую завесу.

В воздухе раздался грохот и резкий звук, похожий на звук раздираемого полотна, и девять башен желтой воды поднялись из моря между внутренним охранением и «Йонагой». Из-за поднявшихся водных смерчей вспышки сразу же стали незаметными.

— Проклятие! — выругался Марк Аллен. — Красящие маркеры для визуального контроля наводки.

— Неплохая идея, — сказал Фудзита. — Меньший крейсер использует другой цвет.

Несколько секунд спустя рой снарядов и оранжевые колонны воды взметнулись в небо в ста метрах от ведущего эсминца первого дивизиона. Окутанный клубами черного дыма, идущего из двух труб, на самом полном ходу он стремительно двигался вперед на сближение с противником.

— Кто командир дивизиона?

— Джиллилэнд, адмирал.

Фудзита склонился к переговорной трубе.

— Прямо, курс ноль-семь-ноль. Всем самый полный вперед!

Кренясь, движимый новой бьющей в нем силой, авианосец устремился к дыму, застилавшему горизонт. Крепко прижав бинокль к глазам, так что они заслезились от боли, Брент видел, как освещались снизу орудийным огнем клубы дыма, как снова и снова вспышки орудий разрывали черный саван.

Фудзита крикнул стоявшим на мостике офицерам:

— Мы подойдем ближе, в то время как наши эсминцы отвлекут их огонь на себя. У них только четыре корабля сопровождения. Они должны защищаться от торпед, даже просто от угрозы их атаки. — Адмирал распорядился: — Артиллеристам: ждем, пока не начнет стрелять крейсер из шестидюймовых. Огонь открывать, как только противник окажется в пределах досягаемости.

Далеко на горизонте разлилось оранжевое зарево. Снова кто-то разорвал огромные холсты, и еще девять желтых столбов поднялись из моря на полпути между ведущим «Флетчером» кэптена Файта и «Йонагой».

— Он хочет нас опередить, адмирал, — заметил Марк Аллен.

— Что ж, он хороший тактик, — одобрительно сказал Фудзита. — Он нашими кораблями сопровождения возьмет на себя четыре «Джиринга» и «Дидо».

— Возможно, он корректирует огонь с помощью РЛС, — предположил Аллен.

— А я бы не променял наш оптический дальномер на радиолокатор. — Фудзита показал наверх. — Особенно в такой ясный день, как этот.

— Помощник командира БЧ оружия Янэнака поймал в дальномер «Фиджи» — расстояние четырнадцать тысяч метров. Командир БЧ оружия просит централизованного управления и перехода на курс, позволяющий задействовать все орудия левого или правого бортов.

— Лево на три-пять-ноль! — закричал Фудзита и затем телефонисту: — Капитану третьего ранга Ацуми: даю правый борт. Стрелять по готовности!

Палубы авианосца при левом повороте накренились, и Брент увидел, как по ведущему «Флетчеру» ударил бортовой залп, который снес вторую орудийную установку и большую часть капитанского мостика. Корабль резко повернул влево, и на основную палубу обрушился град снарядов, сметая людей и орудия и разбивая металлическую листовую обшивку борта. «Флетчер» стал терять скорость, наконец остановился и начал тонуть. Но следующая пара «Флетчеров» развернулась и выпустила торпеды. Замыкающий корабль потерял корму после повторного попадания скорострельных 5,25-дюймовых орудий «Дидо». Брент, охваченный ужасом, наблюдал, как взорвался средний «Флетчер», в правый борт которого попал торпедный залп с «Джиринга».

— Курс три-пять-ноль, адмирал.

— Огонь!

Ацуми с БИП подал электросигнал, и все девятнадцать пятидюймовых орудий правого борта одновременно открыли огонь. Это походило на удар грома. Постанывая, Брент потер ушил. Запах пороха заполнил его легкие, отчего учащенно забилось сердце. Звяканье латунных стреляных гильз о палубу и возбужденные крики наводчиков у орудий ударили по его чувствам, как двойная порция «Чивас Регал». Делая более двадцати выстрелов в минуту из каждого орудия, артиллерия правого борта вела плотный заградительный огонь. Восемь высоких водяных столбов поднялись всего лишь в пятидесяти метрах от правого борта авианосца.

В этот момент второй дивизион, возглавляемый Фортино, одновременно развернулся и выпустил восемнадцать торпед. На него обрушился шквал огня, снаряды попали в передний артиллерийский погреб и разворотили всю носовую часть, осветив ее ослепляющей оранжевой вспышкой диаметром около трехсот метров.

— Черт побери, — пробормотал Фудзита. — «Рубка — рубке»: третьему и четвертому дивизионам начать торпедную атаку.

В то время как Файт поворачивал оставшиеся шесть «Флетчеров» к дыму и пламени на горизонте, Брент увидел, как взорвался «Джиринг». Затем «зашатался» «Дидо», когда две торпеды попали в его среднюю часть и сломали киль. Его начало относить к пылающему на поверхности моря топливу, к горящим и взрывающимся эсминцам. Молодой энсин почувствовал, как напряглось его тело, его поглотило неудержимое желание бежать от этого кошмара, от этого всеразрушающего ада, от этих красных языков пламени и рассыпающихся искр, охвативших весь северный горизонт. Это было чистым безумием, не подвластным никому.

Раздались радостные возгласы, когда корма «Дидо» приподнялась и судно начало погружаться в воду. Крики заглушил рев батарейного залпа шестидюймовых орудий; снаряды прошли прямо над головами. К несчастью, одно из орудий оказалось неисправным — возможно, что-то случилось со стволом — и шестидюймовый снаряд попал в носовой прибор управления артиллерийским огнем, так что он вылетел за борт. Последовала оранжевая вспышка и оглушающий взрыв. Весь фор-марс был снесен, погибли все находившиеся у дальномера и противовоздушных пулеметов. Шрапнель смела 25-миллиметровое орудие перед мостиком, убив и ранив десять человек прислуги. Два матроса были сброшены с фор-марса и пролетели мимо флагманского мостика, крича и разбрызгивая кровь, прежде чем упасть на полетную палубу и остаться неподвижно лежать, распластавшись в неестественных позах.

— О Боже, — пробормотал Аллен.

— Местное наведение! Местное наведение! — прокричал Фудзита.

Побледневший Наоюки передал приказ в артиллерийскую боевую часть и доложил:

— Радиолокаторы и радиоустановки не работают, сэр, — Фудзита кивнул.

Усилием воли подавив дрожь в руках, Брент рассматривал противника в бинокль. Он ясно видел «Фиджи» на расстоянии примерно десять тысяч метров. В средней части корабля бушевал пожар, пятидюймовые снаряды вспенивали воду вокруг. Потом судно произвело еще один залп. Брент знал, что на этот раз промаха не будет.

Прогремели разрывы — девять шестидюймовых снарядов взорвались у правого борта «Йонаги». Четыре снаряда упали вблизи корабля, но пять, видимо, попали в него на уровне ватерлинии. Тонны воды обрушились на палубу, с головы до ног окатив орудийные расчеты. Брызги долетели даже до мостика.

— Вот вам мой трехсотмиллиметровый бронированный пояс! Вам разве что удастся поцарапать его! — ликовал Фудзита, размахивая мокрым кулачком.

Брент увидел, как третий дивизион Файта и четвертый дивизион Филбина исчезают в адском пламени и дыме. Он прошептал слова молитвы.

Снова загрохотало, раздался ужасный треск, и все на мостике попадали, когда могучий «кулак» ударил по галереям правого борта носовой части авианосца, сорвав со своих мест три пятидюймовых и шесть двадцатипятимиллиметровых строенных установок. Сильный удар сотряс весь авианосец до самого киля. Вырванные обломки металлической обшивки закружились в воздухе, как обрывки бумаги, а орудийные стволы отбросило, словно щепки. Людей и их жалкие останки закрутило вместе с обломками, которые дождем посыпались в море и на полетную палубу. В носовой галерее по правому борту стали взрываться подготовленные боеприпасы, от горящего пороха пошли волны удушливого коричневого дыма.

— Затопить первый погреб пятидюймовых снарядов, — приказал Фудзита. — Первой команде живучести — в носовую часть по правому борту. — Матросы тут же потащили брандспойты через полетную палубу к галерее, которая была похожа на горящую ночлежку, заполненную одетыми в зеленое мертвыми и умирающими людьми.

Брент рассматривал в бинокль «Фиджи», когда по крайней мере три торпеды попали в его среднюю часть. Корабль приподняло, затем он вновь опустился и стал медленно заваливаться набок.

— Банзай! Банзай! — прокатилось по всему авианосцу. Аллен порывисто схватил Брента за руку, а Фудзита ударил кулаком по спине Бернштейна, в то время как израильтянин прыгал на месте и кричал. Хиронака задрал голову, вознося благодарность небесам.

Придя в себя, адмирал подошел к переговорной трубе.

— Вправо на ноль-три-семь, скорость шестнадцать, — сказал он и потребовал сообщить ему о повреждениях и безвозвратных потерях личного состава. — «Рубка — рубке» — кэптен Файт отвечает?