просто ничего не знает, что он действительно может своим поведением изменить отца, спасти мир в семье и т. д.
Позднее уже выросший клиент с большим трудом может расставаться с этими иллюзиями, потому что ему страшно потерять и эту малость – надежду, которая поддерживала его, когда он был маленьким и не мог ни на что повлиять.
Но для взрослого человека спасительным будет как раз обратное: признание нелюбви родителей, заброшенности, травмы. Любое исцеление начинается с первого шага – признания реальности, фактов. Задача терапевта – честно и прямо говорить клиенту, что такое поведение родителей не может быть выражением любви.
? Что делать психологу
Клиенту необходимо заручиться поддержкой на непростом пути изменений, чтобы он решился признать нелюбовь родителей и отказаться от деструктивных отношений с ними, партнерами и самим собой. Роль поддержки могут выполнять другие поколения: образы любимых бабушки и дедушки, школьного учителя, старшего друга или подруги, которые хорошо относились к ребенку. Такой поддерживающей фигурой на время может стать психотерапевт.
Одной из важных задач психотерапии является овладение социальными навыками, позволяющими клиенту выстраивать систему поддержки, создавать близкие доверительные отношения с другими людьми, которые будут для него безопасными и «питающими». Клиента необходимо побуждать выстраивать отношения за пределами терапевтического кабинета – например, в группах самопомощи, психотерапевтических группах, сообществах по интересам и т. д. Он может также получать энергию через символические фигуры, например, Бога, отцовский архетип и т. д.
Когда клиент рассказывает о пережитой в детстве трудной ситуации, вы можете предложить ввести в этот рассказ образ клиента-взрослого, авторитетных людей, волшебных помощников, поддерживающих его-ребенка.
Хорошо зарекомендовала себя работа с кистью руки: терапевт предлагает клиенту рассмотреть свою руку и убедиться, что это ладонь взрослого человека; сравнить ладонь клиента с ладонью терапевта, с ладонью ребенка и т. д. Иногда мы даже просим написать на ладони возраст клиента, чтобы «заякорить» его представления о себе как о взрослом человеке, способном справляться с ситуацией. При необходимости мы напоминаем, что клиент может посмотреть на ладонь и вспомнить, сколько ему лет, где он находится. Когда клиент рассказывает о своих детских переживаниях, мы предлагаем взять руку себя-ребенка в свою ладонь, исцеляя детскую боль своим прикосновением. Важно следующее: мы не ассоциируем клиента с родительской ролью, с которой в этом случае связаны травмирующие переживания, – мы акцентируемся на том, что это я-взрослый помогает себе-ребенку.
В дальнейшем, когда клиент будет готов, можно проводить работу с его чувствами к отцовской фигуре (см. подраздел 1 «Много сложных и противоречивых чувств») и компенсацию отцовских функций (см. главу «Работа по формированию/восстановлению отцовских функций»).
Эти приемы не заменяют работы с травмой, скорее дополняют ее. Однако они являются необходимым звеном, они позволяют клиенту почувствовать себя устойчиво, собрать необходимые ресурсы и заручиться поддержкой внешнего окружения для перехода к работе с ядром травмы.
«Папа слабый»
До этого мы рассматривали проблемную фигуру отца в сильной позиции. Однако огромный пласт клиентских историй посвящен слабому отцу. Причины, по которым отец может восприниматься слабым, разнообразны.
В первую очередь это, конечно, психологически отсутствующий отец. Его позиция в семейной системе неустойчива, его роль непонятна, его функции недостаточны. Опыт взаимодействия ребенка с отцом беден, эпизоды участия отца в его жизни редки и однообразны, сведены к стереотипным действиям (пригрозить, дать денег, заставить выполнять домашние дела и т. д.). Несмотря на внешнее благополучие такой семьи, в ней нарушена системная иерархия, папа не воспринимается как устойчивая фигура наравне с мамой, находится либо в подчиненном положении, либо и вовсе ощущается за пределами семейной системы.
Следующая причина – дисфункциональная семейная система, в которой мать, как правило, гиперфункциональна. Она сверхконтролирующая и сверхопекающая, деятельная и спасающая. В этом случае гипофункциональную, слабую, зависимую роль может брать на себя отец. В качестве причины его слабости могут выступать болезни физические и психические, разнообразные зависимости, социальная дезадаптация (много лет не работает, живет за счет жены), судимости и т. п. В любом случае мужчина здесь занимает неравноценную, иждивенческую позицию в семье, смещается с родительского места в системной иерархии.
Еще один нередкий вариант – сдавшийся отец. Как правило, это мягкий, доброжелательный мужчина, который не привык давать отпор женщине, в первую очередь, конечно, своей матери. Мы рассказывали об этом в разделе о мужских сценариях. В конфликтных ситуациях они предпочитают уступать жене, соглашаться с ее требованиями, порой в ущерб своим интересам. Казалось бы, это хороший, достойный подражания пример поведения супруга и отца. Однако в этом случае теряются важные для отцовской фигуры функции. Такие мужчины не ставят своим супругам здоровых границ, отчего те, в свою очередь, усиливают свои посягательства на личную территорию мужа. В результате этого у членов семьи теряется важное ощущение защищенности, источником которой является сильная мужская фигура, устанавливающая границы. Постепенно создается впечатление, что в семье главная жена, а муж на вторых ролях, из-за чего нарушается семейная иерархия. Следствием становятся проявления сопротивления и пассивной агрессии у мужа, который не выражает свое недовольство открыто. Зато, словно по закону сообщающихся сосудов, растет недовольство жены, которая смутно ощущает подвох в происходящем, но не может установить его причину. Ведь муж хороший.
Для ребенка такая семейная ситуация считывается как сюжет про злую всемогущую маму и доброго, но слабого отца, где мать находится опять-таки на властной, сильной позиции, а отец смещен с родительской роли практически на детскую.
Крайним проявлением слабой позиции отцовской фигуры является «инфантильный папа». Это ситуация, когда мужчина не сепарировался от своей родительской семьи, сам психологически не вырос и продолжает в своем браке претендовать на «детский статус». Женщина в такой паре часто говорит, что у нее «на одного ребенка больше». Дети в такой семье вместо отца получают приятеля и товарища для игр, но теряют родительскую фигуру.
? Что делать психологу
Таким образом, все клиентские истории про слабого отца – это проблема нарушения супружеских отношений родителей и, как следствие, семейной иерархии. В результате чего папа теряется для ребенка как родительская фигура, которой можно доверять, на которую можно опираться. У клиента может возникать в связи с этим много сильных и противоречивых чувств, о работе с которыми мы подробно говорили вначале.
Кроме того, здесь отлично работает стандартная стратегия, которой посвящена вся глава: необходимо проявление фигуры отца в поле психотерапии, поиск ресурсного опыта взаимодействия, восстановление семейной иерархии и компенсация, при необходимости, отцовских функций. Подробнее о других системных проблемах мы поговорим далее.
Системные проблемы
В этой части мы поговорим о проблемах, которые возникают не столько
