их знакомых! Ей ведь совсем скоро замуж полагается выходить, а она характер показывает! Нельзя! Не положено!
Но ведь и они не в средневековье живут! И не на Кавказе! Нет, почитание к родителям и традициям, конечно, впиталось с молоком и регулярно поддерживается, но и не застревать во всем этом как-то… не хочется. Наплевать на самореализацию и покорно идти по проторенной дорожке приличной мусульманской девушки? Ну уж нет, не по нутру это Динаре! А значит, и свое “фи” она сказать и готова, и может!
И будет, если надо! Сбежать, конечно, не сбежит, чтобы увильнуть от нежеланного замужества, но и терпеть произвола она не будет!
Особенно когда непонятно что происходит с подругой!
Дожидаясь отзвона от Светы, Алиева поднимается на ноги и начинает ходить по комнате — как разъяренная невесть чем тигрица. Машинально крутит в руках телефон, шагает неслышно, но быстро, немного нервно поправляет стоящие на полках рамки и всевозможные вещицы.
В комнату негромко и деликатно стучатся. Заглядывает Мариям Алиева — мать Динары. Невысокая и яркая женщина в глухом темно-бордовом платье и вышитом платке, хоть она и дома. Она пытливо и изучающе смотрит на дочь и размыкает красиво подкрашенные губы:
— Дочка? Спустись, пожалуйста, к нам с отцом.
— Зачем? — обернувшись, резко спрашивает девушка.
Мариям предупреждающе поджимает губы, а ее глаза — вспыхивают.
— У нас гости, дочки, — тем не менее мягко говорит она. — Это Карим.
Динару передергивает.
Нет, она не испытывает к господину Гамирзаеву ненависти или отвращения. Это очень… правильный и солидный мужчина, старше ее, конечно, но ведь даже симпатичный. И, что важно, обладающий и богатством, и связями.
Но не чувствовала Динара к нему ни любви, ни хотя бы капельку привязанности. А это значит, что сама мысль о браке с Гамирзаевым вызывала оторопь и раздражение.
Однако отказать матери Динара не смеет. Поэтому машинально оглядывается на большое, в пол и в золотом орнаменте зеркало, приглаживает длинные и блестящие волосы и идет за ней.
Глава 23.2. Света
Пробки — это вполне ожидаемая и традиционная проблема в это время суток. Но Света все равно бесится и злится и в итоге заруливает в ближайший двор, ставит машину на блокировку и быстром шагом идет к дому Олега Должанского.
Казалось бы — ну что за бред? Зачем ей это? Прицепилась к малышке Карповой, переживает за нее, болеет, как за себя. А ведь у той свой благодетель и “беспокоитель” есть, так чего ей-то переживать? У самой жизнь по одному месту катится, будто ей больше заняться нечем…
Но как там у Экзюпери? Мы в ответе за тех, кого приручили? Таня, конечно, не щенок и не лисенок, но маленькая и беззащитная. И если сначала забота о ней развлекала Свету, то позже…
Позже…
Когда же случилось это самое “позже”?
Когда Светка привязалась к Танюшке? Когда стала считать своим долгом приглядывать за “малышкой” и незамысловато учить ее “уму-разуму”?
Хоть это и трудно… У Карповой столько тараканов в голове, что можно открывать контактный зоопарк. Или цирк. Ага, с номерами этих самых тараканов.
Но у кого их нет-то? Взять ее же, Светку. Ввязаться в такую кутерьму… С этим долбанутым…
Так, отставить! Александрова вообще-то решила отвлечься от Ларса, если из головы не получается выкинуть.
Так что — вперед и с песней! Узнавать, что на этот раз приключилось с Танечкой-лапочкой! И почему она, зараза такая, не отвечает на звонки беспокоящихся подруг!
Наверное, со стороны подобное шефство выглядит как благотворительность. Или все же как нежная девичья дружба? Их троица, конечно, смотрится колоритно и ярко. Внимание привлекает. Уже обрастает слухами. До Таньки, по уши утонувшей в своей любви, до них дела нет, Динара смотрит с сарказмом, а саму Свету они не трогают. Немного, может, забавляют. Не более.
Но беспокойство их искреннее. Прикипели к девчонке, что уж тут поделать. Без всякого подтекста. Сначала Света. Потом Динара.
Дошло даже до того, что Александрова воспользовалась своими связями, чтобы пробить этого самого Должанского. Вот только там все прошито белыми нитками — настолько, насколько это возможно. Как и у всякого бизнесмена, есть пару подводных камней, не без этого. Но не настолько, чтобы начать паниковать. По сравнению с той же Светкой — сущий ангел во плоти.
Например, Карпова не говорила, в какой квартире живет. Но у Александровой есть эта информация. Без труда она преодолевает и домофон.
Вот только стуча в дверь и нажимая звонок, она ожидаемо не получает отклика. Злится, продолжает долбиться — и все без результата. Света уже даже решает позвонить кое-кому, чтобы дверь помогли вскрыть. Но очень своевременно появляется Олег.
Видный мужик, ничего не скажешь. Несколько секунд они оба глядят друг друга изучающе и внимательно. Ничего не говорят.
Хорош мужик, ничего не скажешь. Уверенностью от него так и прет. А еще жесткостью. И патологической властностью. Таких людей Света за свою жизнь насмотрелась достаточно. И потому знает, как с ними и общаться, и работать. К тому же этот Олег — из лиги приличных людей, это видно сразу. Ну да, жене изменял. Так мужики по определению редко бывают моногамны. Но отступил от девушки, когда та сошлась с отцом Таньки. И не стал мстить. Поддерживал. Продолжал дружить. Редкое благородство. С понятиями человек. Баба бабой, а товарищ — это товарищ.
Когда их зрительное соревнование заканчивается, Света криво хмыкает и здоровается:
— Добрый вечер, Олег. Я Света, подруга Тани.
Мужчина слегка кивает. И что-либо предпринимать по этому поводу не торопиться.
— Что стоим? Открывайте дверь и впускайте гостей. Я по делу.
Данная формулировка не нравится ему — это видно. Света коротко выдыхает и стирает с губ улыбку.
— Что-то случилось, — говорит она прямо, — Таня не отвечает на звонки. Можно быстрее?
Что-то проскальзывает в строгом и немного уставшем выражении лица Должанского, и он ловко и аккуратно выуживает из внутреннего кармана пальто ключи. Открывает дверь. Галантно пропускает девушку вперед, и та, быстро разувшись, проходит вперед. Оглядывается, но не для того, чтобы рассмотреть обстановку и малодушно оценить, а просто сориентироваться.
— Карпова! — зычно кричит она в квартиру, — Выходи, дурында! Я тебе телефон оборвала! Где заныкалась?!
Олег обходит ее и целенаправленно шагает куда-то. Девушка спешит следом и видит, как тот дергает ручку одной из дверей (ожидаемо запертой) и достаточно громко зовет:
— Таня! Татьяна, открой, пожалуйста!
Никаких дополнительных объяснений Свете не требуются.
— Выламывай! — командует она.
Олег бросает на нее пронзительный и недовольный взгляд.
— Нет времени
