Читаем без скачивания Жажда тебя (СИ) - Ангелос Валерия

- Соня, - он улыбается и переплетает наши пальцы в единое целое. – Я вывезу все, что угодно. И даже больше. Если ты моя, если ты рядом.

- Я… твоя, - всхлипываю. – Я… рядом.

- Вот и не бойся ничего.

Захар поднимается. Резко. Подхватывает меня на руки с такой легкостью, точно я совсем невесомая. Кружит. Заставляет позабыть обо всех сомнениях.

Наверное, именно в этот момент тревога окончательно отпускает. Вера крепнет. Надежда загорается с новой силой. Я тону в зеленых глазах. Любовь бьется внутри, разливается по венам, пронизывает жилы. Будущее перестает пугать. Мы вместе.

Глава 28

Я помню нашу первую встречу. Увидел тебя – и пропал. Влип. Залип по полной программе. Увяз без надежды выбраться. Тупо следом пошел как привязанный. Другие девчонки перестали существовать. Резко. Сразу. В момент. Кислород перекрыт напрочь? Может быть. Ну и наплевать. Ты теперь моя жизнь. Первая и последняя. Одна такая. Единственная. Любимая. В твоих глазах растворился как будто бросился в омут, очертя голову. Вниз. В бездну. С обрыва. Должен упасть. А взлетаю наверх. И даже самые яркие звезды просто пустышки, когда рядом твой взгляд горит.

Моя девочка. Моя Соня. Моя, моя, моя.

Я тебя залюбливаю. Зацеловываю. Запечатываю в своих руках. Ближе, ближе. Еще. Голой кожей. До судорог. До дрожи. В каждом жесте признание. В каждом стоне клятва. Дико вообразить, что раньше могли наши дороги вообще не сойтись.

- Захар, - шепчешь, едва двигая губами.

Сквозь сон. Тихо. Сладко.

Я тебя привлекаю. Прижимаю сильнее. Но осторожно. Нежно. Так улетно наблюдать, как подрагивают твои ресницы, как губы растягиваются в слабой улыбке.

Кайф. Запредельный. Абсолютный. Нереальный. Я тобой не могу наесться. Напиться. Насытиться. Чем больше пробую, тем мощнее желание разрастается.

А я ведь пытался забыть. Вычеркнуть из памяти. Раз и навсегда стереть. Честно. Пытался. День за днем. Ночь за ночью. Вытирал строчку за строчкой. Вышвыривал кадры прочь. Но разве получится убежать от правды?

Моя маленькая. Мышка-малышка. Ты везде. Куда взгляд не приземлится, ловлю всполохи, искры, вспышки. Осколки воспоминаний повсюду. В каждом проеме. В каждом углу.

Я опасность. Угроза. Чистое зло. Ярость. Гнев.

Точнее – я был таким. Пока ты не возникла на моем пути. Будто вызов. Будто насмешка судьбы. Хрупкая девочка вдруг стала прощением за совершенные и несовершенные грехи.

Я и мечтать не мог, что настанет время, когда мы вместе будем встречать рассвет и закат провожать. Валяться на горячем песке. Смеяться, кататься по берегу и нырять в распростершийся у ног океан. Болтать ночь напролет, строить планы и заветные мечты исполнять. Я не верил. Не смел. Даже в мыслях боялся рискнуть.

Прежде думал, страшнее всего быть слабаком. Любая привязанность на автомате превращается в уязвимость. Я зверем рос. Диким животным. Жестко подавлял чувства, гасил эмоции на корню.

А потом появилась ты. И показала, где скрывается настоящая сила. Без слов. Ты вошла в плоть и в кровь. Влилась в меня, пронизала с мясом и добралась до костей. Нет, даже глубже гораздо. В душу. В разум. В сердце. Прошила реальность насквозь. Взглядом. Жестом. Улыбкой. Рядом с тобой все прошлое стало тенью. Все – в пепел.

Я наблюдал за тобой со стороны. Долго. Ходил и оберегал. Сам едва осознавал, чем занимаюсь. Просто возникла потребность защищать, быть рядом всегда.

Я превратился в долбанного Сталкера. Прятался под капюшоном толстовки как последний дебил. Тогда еще надеялся, что однажды сумею завязать, покончу со странным и необъяснимым увлечением. Похожу за тобой еще день. Ну максимум два. Потом отпустит. А как иначе? Потяну неделю. Месяц. Не год же таскаться.

Ха. Я еще никогда так не ошибался. Привязался. Прикипел. Скоро стало ясно, что проще выдрать сердце из грудной клетки, чем отправить тебя на выход из моей головы.

И ладно бы только из головы.

Ты в пульс вошла. Плотно. Влилась внутрь второй кровью. Нет, не так. Ты, блять, стала моим пульсом.

Я начал строить всякие сопливые планы. Думал, быстро покончу с местью, найду убийцу отца и заберу тебя, увезу на край света. На океан. Ты же сказала, что еще не видела его. Черт, да ты и плавать не умела. Я собирался научить, показать тебе новый мир. Наивный. Представить, чем все закончится, не мог. Знал бы сразу, я бы вовсе к тебе не подошел. Мчал бы прочь. Подальше. Даже не рискнул бы к тебе приближаться. Не следил бы со стороны. Оберегал бы тем, что свалил к чертям, в пекло, в преисподнюю. В гребаную «Клетку».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Разве думал я, что затащу тебя в ад? Проведу через все эти испытания. Подвергну чудовищным угрозам. Поставлю самое ценное на кон. Разве мог я вообразить, что однажды ты будешь истекать кровью на моих руках, а я буду подыхать от тупого бессилия?

Начал с защиты, а привел в капкан, в логово кровожадных зверей.

Я не прощу себя. Даже если сильно захочу, не выйдет. Ты простила. Все. Такое, что простить невозможно. Ты добрая. Чистая. А я другой. Измазан, испачкан темнотой. Это тебя грязь не касается. Если и тронет твою кожу, в момент прочь отлетает.

Но дьявол раздери, я изо дня в день буду доказывать, что ты не ошиблась в своем выборе, когда осталась рядом со мной.

Я помню, как забыл тебя. Черт. Думал, что забыл. Отвертелся от ритуала, послал «Ангелов» куда подальше. Решил, будто все кончено, и я четко поставил точку.

А потом ты оказалась в «Клетке».

Я чуть брата не грохнул. Он же затащил тебя внутрь без моего ведома. По сути. Без намека на одобрение. Просто решил, это единственный разумный вариант. Иначе хуже придется. Уроды все равно до тебя доберутся и растерзают на зло мне.

Я вел себя как последний ублюдок. С тобой. Охренел, когда увидел, как ты налетела на меня, облила кофе, лопотала что-то так лихо, так уверенно.

Я не слушал. Просто смотрел и холодел изнутри.

Моя слабость. Здесь. У всех на виду.

Я обезумел от ярости. И от страха. Сперва решил, что постараюсь тебя не замечать. Буду приглядывать, но очень осторожно. «Ангелы» не догадаются, ни хрена не разберут.

Но замысел провалился. С треском.

Оказалось, нереально тебя не замечать. А еще я почуял чужую реакцию. Увидел, как псы слюной закапали, оскалились и приготовились к броску.

Я сделал тебя своей, и выбрал худший метод для этого. Я совершил все возможные ошибки, но понял это слишком поздно. И казалось, больше ничего нельзя изменить, ничего не получится исправить.

Один выстрел – и все раскалывается на части.

Я потерял тебя. Там. В крови и в холоде. Я прижимался губами к твоим губам и не чувствовал тепла. Жизнь ускользала сквозь судорожно сжатые пальцы.

А потом я опять тебя нашел.

Когда уже не ждал. Не звал. Не дышал. Когда стало наплевать на все. На месть, на расправу. На мир вокруг.

Жажда ожила.

Соня. Ты будешь моя. Никому не отдам. Больше не выпущу из объятий. Сгребу. Сожму. Сомну. Верну обратно. Все искуплю. Вывезу любые испытания.

- Захар, - бормочешь ты, чуть разлепляешь ресницы и полосуешь меня своим полыхающим взглядом.

Льнешь плотнее. Улыбаешься.

- Моя девочка.

- Твоя, - подтверждаешь и утыкаешься лицом в мою грудь, трешься щекой о голую кожу и даже от такого простого движения меня пробивает разрядами тока.

Я толкаю тебя на спину. Накрываю ртом твои чуть приоткрытые губы. Вламываюсь внутрь языком. Жадно изучаю, исследую каждый миллиметр. Прохожусь по деснам, по нёбу. С трудом сдерживаю рычание.

До чего же ты вкусная. Вся. Везде. Всякий раз пробую тебя будто впервые. Дурею. Шалею. Улетаю от одного касания. Еще хочу. Еще, еще, еще. Точно безумный.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ты пробуждаешь во мне самые бешеные желания. Дикие. Отвязные. И ты же топишь в нежности. Заставляешь вырубить тормоза. Загореться в секунду. Взрываешь мой разум. Влетаешь вглубь и на части разламываешь.

Моя родная. Единственная. Неповторимая. Маленькая. Хрупкая. Тонкая. Вся точно из фарфора создана. Бархатная. Шелковая. Текучая. Податливая. По виду тихая девочка, а на деле обладаешь железной хваткой. Сильная. Гордая. Смелая. Такую не сломить, ничем не разрушить. Но это не так и важно, ведь если хоть кто-то на свете решит причинить тебе зло, то будет знакомиться исключительно с моими клыками.