Надышавшись дымом, оба они в первые дни разговаривали сиплыми голосами и дружно смеялись над этим, называя себя парой ворон.
Однако на минувшей неделе Каролина вновь приступила к работе, а Гилберт дни напролет висел на телефоне, руководя жизнью своей огромной империи. И вот теперь, когда он вел Каролину по оранжерее, она вдруг ощутила, что произошло нечто особенное.
— Она наконец расцвела, да? — спросила девушка дрожащим голосом, и в горле у нее внезапно пересохло от страха.
Гилберт кивнул.
— Питер разбудил меня сегодня в четыре утра, чтобы сообщить эту новость. Он примчался сюда, когда Милеа еще спала, и потом сразу же перезвонил мне.
— Она… черная? — Голос Каролины упал до шепота.
Гилберт искоса глянул на девушку и крепко сжал ей руку.
Он хочет утешить меня? — подумала она.
— Взгляни сама, — сказал он тихо и подвел Каролину к помосту, где на ветке дерева красовалась одна-единственная орхидея.
Каролина боялась взглянуть на нее. Она помнила слова Питера о том, что если этот гибрид окажется не черным, то больше им ждать нечего. После долгих лет труда, после всех тревог, бед, мучений…
Наконец она заставила себя поднять глаза.
Верхние лепестки орхидеи были бледно-лимонного цвета с черными пятнышками. Нижние — в лимонно-черную полоску. А лабеллум отливал неподдельным глянцевито-черным цветом, и так же черны были боковые, причудливо выгнутые лепестки.
Никогда в жизни Каролина еще не видала подобной красоты. Она тихо ахнула и, подавив непрошеный всхлип, прижала ладонь ко рту, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.
— Именно так я себе ее и представлял, — ровным голосом сказал Гилберт.
Они замерли, не сводя глаз с орхидеи. Бледно-лимонный оттенок подчеркивал густую глянцевитую черноту. В мечтах Каролине представлялось, что плод многолетнего труда Питера О’Рили будет сплошь черным, но реальность оказалась куда прекрасней грез.
— Невероятно! — прошептала она.
Однако ярлык на помосте, написанный рукой Питера, неоспоримо подтверждал, что это не сон.
— Понюхай, — негромко посоветовал Гилберт.
Глаза Каролины изумленно раскрылись. Так орхидея еще и пахнет? Девушка наклонилась к сказочному цветку и осторожно вдохнула. Голова у нее пошла кругом от сильного приятного аромата.
Она выпрямилась, вздохнула и оглянулась на Гилберта. В глазах его было понимание. Когда-то он мечтал создать финансовую империю. Бросить вызов судьбе — и победить. Для Каролины же целью всей жизни стала эта орхидея.
— С этим цветком ты покоришь весь мир, негромко сказал Гилберт.
Он был потрясен до глубины души, когда она негромко отозвалась:
— Здесь есть только одна ошибка.
— Что? О чем ты?..
Каролина вынула из сумочки ручку и, наклонясь над ярлыком, что-то приписала на нем. Когда она снова выпрямилась, Гилберт прочел: «Льюис — О’Рили».
У него перехватило дыхание. Едва сдерживая непрошеные слезы, он шагнул к Каролине, прижался щекой к ее теплым волосам и осыпал поцелуями ее лицо, шею, губы…
— Я люблю тебя, — сказал он, наконец подняв голову, и его янтарные глаза влажно заблестели. — Ты станешь моей женой?
Каролина нежно обхватила ладонями любимое лицо, провела пальцами по жестким высоким скулам, коснулась замерших приоткрытых губ.
Любимый мой, подумала она, мой рыжий лис.
— Да, — просто ответила она.
На следующее утро в бунгало Каролины раздался настойчивый звонок телефона. Полусонный Гилберт протянул руку к трубке.
— Да, Льюис слушает, — пробормотал он и, выслушав собеседника, кивнул. — Я приеду к вам в контору сегодня после двенадцати.
Оказавшись в уже знакомом кабинете Алекса Финчли, он встретил там весьма сдержанный прием.
— Вы, мой дорогой, загубили такое дело! — возмущался поверенный. — Я подготовил все бумаги к суду и надеялся поучаствовать в громком процессе, который прославил бы мое имя, а теперь…
— А что, в вашей практике ни разу не было случая, когда клиент отказывался от обвинения? — начал ответную атаку Гилберт. — Я же заплатил вам за труды, и немало, так что считаю, что вы должны быть только довольны.
— А престиж фирмы? — сделал еще одну попытку образумить клиента Финчли, но, пристально взглянув в светящиеся теплым огнем глаза собеседника, понял, что проиграл. — Ох уж эти женщины! — проворчал он. — Вы загубили на корню такое необычное дело…
— Почему же, — живо возразил тот. — Я его выиграл, причем получил в награду гораздо больше, чем рассчитывал. — Гилберт улыбнулся, вспомнив о Каролине, и, движимый желанием одарить счастьем всех окружающих, неожиданно сам для себя заявил: — Впрочем, в виде некоторой компенсации за, так сказать, «моральный ущерб» я могу предложить вам заведование юридическим отделом моей компании. Как вы на это посмотрите?
Алекс Финчли хитро улыбнулся и кивнул. Его крокодилью пасть ждали новые жертвы.
Самое необычное дело в его практике привело к не менее неожиданному результату.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
