портить настроение девчонкам? Они вон как рады новым нарядам, то ткань на подоле пощупают украдкой, то рукавом встряхнут. Да и что греха таить, платья только подчеркнули их и без того точеную красоту. А ей что подчеркивать? Расплывшуюся после сложной беременности и тяжелых родов талию? Или круглые щечки цвета крови с молоком, которые, хоть и убавляли ей возраста, зато явственно указывали на происхождение? Ее предки поколениями работали на земле, хоть какое-то серьезное образование получили только папа с мамой, родившиеся уже после Главной войны. Они же и переехали из деревни в город в свое время.
Чуда в виде затесавшегося среди предков птицечеловека или дракона ей не светит ни при каком раскладе. И по внешности это было явственно видно. Если действительно существовал Творец, что лепил всех живущих на земле из глины, Ксана с Июлией вышли явно из фарфора — тонкого, звонкого, плохо поддающегося работе руками, завораживающего своей хрупкой красотой.
А она — глина, взятая у речки, которая может стать крепким горшком для печи. Никак не изящной фарфоровой чашечкой. Но и у горшка, и у чашки есть свое предназначение. Стоит ли дуться и обижаться, как маленькому ребенку, которому единственному в компании конфетки не досталось? Глупо, а сейчас и совсем не к месту.
Поэтому Илона вздохнула и выдавила из себя улыбку.
— По крайней мере, не в пижаме, в которой ложилась спать. Вот это был бы срам. Что ж, придется мне вести себя тихо и держаться подальше от вас, пусть девочки говорят.
— Не получится, — покачала рыжей головой Эльза. — Ты представитель самого многочисленного народа в вашем мире — людей. И лучше бы тебе совсем не молчать, нашим повелителям палец в рот не клади, оглянуться не успеешь — а вы уже им должны по гроб жизни…
— Стоп, так это что, нам их убеждать о помощи нужно? — остановилась Илона. — Я думала, наоборот.
И Айрел на секунду замялся. Но тут же взял себя в руки.
— Нет-нет, им нужна ваша помощь, и мы обязательно договоримся обо всем, как полагается.
«Темнишь, дружок», — подумала Илона. Может быть, у нее просто испортилось настроение из-за платьев, и все вокруг виделось в дурном свете, но дракон явно что-то не договаривал. И ей это не нравилось.
Только герои идиотских фантастических романов с радостью суют голову в самое пекло, а потом всю оставшуюся часть книги разгребают навалившиеся проблемы. Нет уж в реальном мире своих заморочек хватает по самую макушку, чужих еще не доставало. Какими бы не оказались повелители, Илона будет держать ухо востро.
Эльза тем временем подошла к камину и щелкнула пальцами. На стене рядом вспыхнула зеленая клякса, которая начала стремительно расплываться.
— Пойдем порталом, по коридорам долго, — шепнула она. — Но в сам зал для сборов попасть не получится. Через сокровищницу срежем путь. Только не пугайтесь сильно.
— Чего, золота да камушков? — фыркнула Ксана. — Логичнее было бы переживать, чтобы мы ничего не свистнули без спроса. Разве нет?
— То, что там лежит, невозможно свистнуть. Да и зачем? Для других рас оно не представляет ценности. Только для нас — и величайшее сокровище, и величайшая боль…
Клякса на стене вспыхнула изумрудом и растеклась по каменной кладке светящейся узкой каемкой кольца, в которое вполне могли войти сразу трое.
А внутри клубилась тьма.
— Первый раз может быть страшно, так что держитесь за руки, — шепнул Айрел, и сам взял Ксану за локоть. Девушки тут же схватились ладонями, выстроились в цепочку и зашагали вперед.
Через пару секунд тьма схлынула, и они очутились в огромной пещере. С потолка гроздьями свисали сталактиты, переливающиеся в темноте, как драгоценные камни, в глубине которых неведомые боги зажгли огоньки. До земли этот свет практически не долетал, Илона с трудом различила узкую тропинку, присыпанную гравием, петляющую между странных полей, на которых росли разномастные овальные грибы.
Нет, не грибы. Ксана сделала шаг вперед, стукнулась об один ногой и коротко чертыхнулась. А тот даже с места не сдвинулся. Зато подскочила, как ошпаренная, Эльза. И тут же грубо прошипела новоприбывшим, чтобы они не пялились зазря по сторонам, а смотрели под ноги, ибо нечего размахивать конечностями над драконьей святыней.
Илона только хотела спросить, можно ли в таком случае скандалить, находясь рядом со святынями, как Июлия присела на корточки, чтобы лучше разглядеть странные грядки, и ахнула в ужасе.
— Но это не драгоценности. Это же… — и прикрыла рот рукой. — Инкубатор?!
— Уже нет, — Эльза ссутулила плечи. — Без ваших сказок о нас он не работает, энергии не хватает. Мы бережем их, как зеницу ока, но даже те, кто надеется на чудо, понимают, что время вышло. Из них никогда не вылупятся драконята. Когда брат говорил, что земля не родит без сказок, он это тоже имел в виду…
— Здесь раньше магическая жила была, яйца годами могли спокойно дозревать. Конечно, не из всех в итоге появлялись детеныши, но нам хватало. А теперь их нет вовсе. Последний вылупился больше восьми лет назад, и в итоге оказался настолько слабым, что не прожил и нескольких месяцев, — Айрел опустился на корточки и провел пальцами по ближайшему яйцу. Вблизи оно оказалось зеленоватым и чешуйчатым.
— Малыша надо было хоть иногда греть в драконьем пламени, чтобы дать окрепнуть, но кто же тогда знал, что магия иссякнет так надолго… — голос Эльзы дрогнул, и она отвернулась.
Плачет, поняла Илона. Чужое горе вдруг пробрало ее до глубины души. Это только кажется, что людей и сказочных созданий, героев легенд, мало что объединяет. Как оказалось, беда у них может быть вполне себе общей. В конце концов, Алиса у нее тоже первая и последняя, на еще хоть одну удачную беременность рассчитывать не приходилось. Но у них с Риком все же есть дочка. А тут… сколько нерожденных, не успевших сформироваться и вылупиться детенышей? Сколько тех, кому не хватило буквально последнего рывка, последнего удара о скорлупу изнутри, прежде, чем окончательно ослабнуть? Понимали ли они, что помощь не придет, что мир, в котором их так ждут, недосягаем? Пытались ли они бороться или просто умерли, обреченно ожидая конца?
Погруженная в безрадостные мысли, Илона даже не поняла сразу, что Айрел дергает ее за руку и шепотом приказывает поторапливаться. Как в тумане, она зашагала следом за остальными по тропинке вверх.
Хвала всем богам, подниматься оказалось недалеко, не больше ста метров. Дракон распахнул узкую дверь, тоже окованную золотом и усыпанную сверкающими камнями. За ней оказался просторный, освещенный редкими факелами коридор с множеством дверей. Но Айрел
