участка. Какая тут нормальная еда, с такой блин диетой?
А ещё эти зомби. Я всё никак не могу понять — почему носители умирают от выстрела именно в голову, или перелома шеи? Это если не считать других способов, наносящие огромные повреждения.
Ладно, к примеру, человек умер. Всё. Сердце остановилось. Кровь по организму не перегоняется, значит и в мозг не поставляется кислород. Но вирус ведь должен реанимировать большинство органов пусть и не в полную силу. Тот же самый мозг к этому времени безвозвратно повреждён, оттуда и безразличие к боли. Сигнал боли до мозга доходит при повреждении тела, но они его не осознают или просто не воспринимают. Но значит, должно работать и сердце, пусть и очень-очень слабо. Но сколько не пытались убить, стреляя в сердце — эффекта ноль. Только если точным выстрелом в упор из ружья полностью уничтожишь сердце, есть шанс если не убить, то хотя бы на долгое время вывести из строя. А ведь самое главное — давно мёртвые люди, такие как на кладбищах, не восстают. Как же работает этот чёртов вирус?
В дальнейшем, мои мысли оказались бессвязными, думал одновременно обо всём и ни о чём, и слегка задремал. Однако, я пришёл в себя, когда услышал шаги, медленно приближающиеся к часовне. И если один из них мне был не знаком, то вот двоих узнал, особенно того, кто чуть прихрамывает из-за раны.
— Рано в меня целитесь, капитан. Я ещё в своём уме, — почуяв, как мне целятся прямо в лоб, поднимаю голову, смотря прямо в лицо Михаила. Тот также внимательно смотрел на меня, проверяя, тот ли я ещё человек, каким был.
— Как ты себя чувствуешь? Не голоден?
— Жить буду, пусть и не уверен, насколько долго. А насчёт голода — вы меня в этом плане ни капельки не привлекаете, капитан. Я лучше в магазине куплю курицу, и пожарю.
Оружие было убрано от моей головы, после чего была протянута рука, взявшись за которую, я поднялся на ноги. Ох, все кости хрустят.
— Рад, что ты всё ещё с нами. Но, что здесь произошло?
— Хотелось бы самому понять. Какого-то чёрта, эти все мертвецы решили совершить паломничество к часовне. Нашли момент, когда надо в веру удариться.
— А этот здесь откуда? — спросил незнакомый мне боец, осторожно обходя тушу льва. Хм, кажется, это про него говорил Карлос, как его там… Тайрелл?
— Из цирка, который приезжал в Раккун-Сити за несколько дней до всего это дерьма. Самого цирка я не видел, но вот клоунов было предостаточно. Но сейчас важно другое — у вас всё получилось?
Из дальнейшего я понял, что в кои-то веки удача повернулась к нам лицом, а не задом. Вертолёт у нас будет через несколько часов, причём ждать будет недалеко от нашего нынешнего местоположения, есть даже машина, чтобы доехать туда. Но самое главное…
— Вот, лекарство для Джилл, — сказал Карлос, протянув мне ампулу с лекарством, шприцы и даже медицинский спирт. — Всё, что удалось синтезировать из остатков, которые удалось забрать у Николая. Почти все образцы разбились, но из целого удалось сделать…
— Отлично, — я буквально чувствовал, как на моём усталом лице появляется ухмылка. — Я у тебя в долгу, Оливейра, за то, что добыл для неё лекарство. А теперь, лучше поторопиться. Ох, и ещё кое-что — Джилл про моё заражение не слово. Я сам. Позже.
Хлопнув парня по плечу, я побежал к часовне, прижимая к себе лекарство как нечто важное, словно святой артефакт. Зайдя в комнату, где лежала Джилл, заметил, что почти ничего не изменилось. Она всё также лежала на алтаре, укрытая шторами. Лихорадка стала сильнее, щеки девушки покраснели, а дыхание стало тяжелее. А ещё её трясло. И мои руки тоже тряслись.
Пришлось основательно повозиться, но благо, спустя несколько минут подготовки, антивирус через вену посредством укола начал распространяться по её организму. И лишь закрыв укол ватой, промоченную спиртом, и закрыв пластырем, чтобы она не упала, я упал на ближайшую скамейку, зайдясь в таком смехе, что в обычной ситуации меня сдали бы психушку. В ампуле больше не было лекарства, да и в шприце оставалось пару капель, но я не сожалел. Это была цена, чтобы спасти друга, а я тут… Сам как-нибудь разберусь. Главное, что мне не придётся видеть смерть ещё одного дорогого мне человека.
До прибытия вертолёта чуть меньше десяти часов. А до уничтожения города четырнадцать. Завод, насколько я помню, большой, и думаю, после всего это ада, там будет очень плохо, и попасть на крышу будет нелегко. Страшно представить, в каком там всё состоянии. Также, я не знаю через сколько времени подействует антивирус. В самом худшем случае, придётся нести её до места назначения, и Михаилу со своими ребятами придётся нас защищать. А ещё этот тиран. Может, мы его и ранили, но эти уроды слишком выносливы и быстро регенерируют. А этого упыря мы не видели уже слишком давно, что меня и пугает.
Ладно, подумаем об этом позже. Благо, у нас теперь есть время, и попробуем дождаться выздоровления мисс Валентайн.
* * *
Часовня. 21:18.
Когда Джилл проснулась, она поняла, что её самочувствие кардинально отличалось от того, когда она просыпалась раньше. Да, была слабость, мучила жажда и хотелось есть, болело плечо. Но она оставалась собой. Она не чувствовала вирус, который так стремительно пытался изменить её. Она осталась собой.
Открыв глаза, она уставилась в потолок, пытаясь понять произошедшее из обрывков воспоминаний. Приподнявшись, девушка медленно осмотрелась. На передних скамьях лежали Карлос и Тайрелл, который, как она думала, погиб, когда остался отвлекать от них зомби. А после, она столкнулась взглядом с полицейским, что сидел на другой скамье.
— Кас, — выдохнула Джилл, увидев его. Значит, не показалось, и он ей не приснился в бреду.
— Доброй ночи, Джилл. Хотя, пока что вечер, — на лице Мэтисона появилась усталая улыбка, когда тот поднялся со скамьи, чтобы пройти к Джилл и внимательно осмотреть её, заодно перевязав рану на плече. И видя Каса так близко, она увидела не только то, насколько сильно он устал, но и его общее болезненное состояние. Под глазами залегли тёмные круги, и он словно похудел на несколько килограмм, а заодно и постарел на столько же. — Я рад, что ты очнулась, и не жаждешь откусить от меня кусочек. Значит, скоро мы начнём наш последний штурм.
Джилл не сразу поняла смысл слов, пока не проследила взглядом, и не увидела лежащие рядом с алтарём пустую ампулу
