склонился над «приголубленным» Минодорой мужчиной. Он порылсяв карманах у “потерпевшего”, достал какие-то бумаги, после чего внимательно изучил их.
- Как интересно… Жариков Артемий Осипович, полицейский надзиратель… Сыщик?
Князь посмотрел на нас, приподняв красивые брови.
- Елена Федоровна, что здесь произошло?
- Нам не было известно, что это сыщик, - охрипшим голосом произнесла я. – Он крутился у дома, заглядывал в окна…
- Любопытно… Среди документов описание девушки, которую он разыскивает… - Давид окинул меня внимательным взглядом, от которого мне стало дурно. Нет… только не сейчас…
- Он кого-то искал здесь? – с любопытством поинтересовалась Минодора, а потом испуганно протянула: – Матерь Божья… меня ведь в холодную отправят!
- Да, все это грозит вам огромными неприятностями, - князь засунул документы обратно в карман мужчины. – Может, расскажете мне, что действительно здесь происходит? Я готов помочь. Елена Федоровна, доверьтесь мне.
Я прекрасно понимала, что он что-то заподозрил. Дураком Давид точно не был. Тупик. Ловушка захлопнулась.
Полицейский застонал, и я приняла решение. У меня не было другого выхода.
- Хорошо, мы поговорим, но что делать с ним? – я кивнула на полицейского.
- Подождите меня здесь, - князь опять с легкостью перемахнул через забор и быстро пошел вниз. Через пять минут из-за угла показался экипаж.
Здоровенный детина, управляющий им, с легкостью поднял сыщика, не проронив при этом ни слова. Он делал все с холодным равнодушием, что говорило о его преданности хозяину.
Давид что-то тихо сказал ему, и слуга кивнул. Как только экипаж уехал, князь повернулся ко мне:
- Итак?
- Давайте пойдем в парикмахерскую, - предложила я. – Там спокойнее.
Дом был полон народу, а в зале можно было закрыть двери, ведущие в жилые помещения.
- Мне как быть? – Минодора держала себя в руках, но тоже переживала.
- Иди домой. Завтра утром увидимся, - сказала я, тепло улыбнувшись ей. – Все будет хорошо. Не переживай.
- Ежели что, это я его приговорила! – заявила девушка, обращаясь к князю. – Елена Федоровна ни при чем!
Она так и не поняла, что здесь происходят куда более серьезные события.
- Идите домой, - повторил за мной Давид. – Я обещаю, что ни с кем из вас ничего дурного не произойдет.
- Благодарю вас, ваше сиятельство! – Минодора попыталась исполнить что-то наподобие книксена, но передумала, запутавшись в цветастом подоле. – До свидания! До завтра, Елена Федоровна!
Она ушла, а мы направились к парикмахерской. Я так остро чувствовала князя рядом, что мою кожу будто покалывали тысячи тоненьких иголочек. И нет, это был не страх… а… о, нет! И думать об этом не хочу! Оглянувшись, я встретилась с ним взглядом и вспыхнула. Здрасьте приехали! Никогда в жизни мужчины не вызывали во мне смущение! Скорее его в них вызывала я… а тут… Сразу вспомнилась цитата, на которую я случайно наткнулась в интернете:
«И тут мы действительно обменялись с ней взглядами — эротическими по форме и порнографическими по содержанию».*
Захлопнувшаяся ловушка становилась горячей.
__________________
* Генин Михаил "Невечные мысли - Юмористические миниатюры"
Глава 48
Мы с Давидом вошли в парикмахерскую, и я закрыла обе двери, чтобы из одной не появился дядюшка, а из второй - кто-нибудь из домочадцев.
- Прошу вас, присаживайтесь, - я указала князю на кресло. – Это будет долгий разговор.
Давид с интересом рассматривал окружающую его обстановку. Прошелся мимо пеналов с полотенцами и пелеринами, окинул внимательным взглядом инструменты, аккуратно разложенные на мягких ковриках из фетра.
- У вас уютно… и чисто.
- Благодарю, - в этот момент мне было не до вежливостей. – Мы с домочадцами стараемся улучшить это место. Давайте уже начнем!
- Вы нервничаете? – князь остановился в шаге от меня. Высокий, красивый, уверенный в себе мужчина. Мужчина из другого мира, к которому, увы, не дотянуться.
Нервничаю? Нервы у меня как канаты, воля железная, а язык острый. Так что смотри, чтобы я тебя не зацепила, не оглушила и не скрутила в бараний рог… Нет, конечно я не была столь уверена в своих силах, но тем не менее больно сделать могла. Он злил меня своей идеальностью и недосягаемостью. Выбешивал.
Я молчала, и Давид усмехнулся.
– Осмелюсь предположить, что это связано с девушкой, которую разыскивает сыщик? Рыжие волосы, карие глаза, миниатюрное телосложение, невысокий рост… Черкасова Ольга Дмитриевна. Дочь потомственного дворянина Черкасова Дмитрия Фадеевича. Покойного генерал-майора. Правильно?
Я продолжала молчать, понимая, что он догадался, что я не Елена Федоровна Волкова.
- Что ж, я с интересом выслушаю вашу историю, барышня Черкасова, - князь все-таки присел в кресло. – С таким я сталкиваюсь в первый раз и мне просто интересно, как вам удалось одурачить такое количество людей. Особенно дядюшку.
- Все просто. Он никогда не видел супругу своего племянника, - ответила я, присаживаясь в соседнее кресло. – Вы вправе осуждать меня, но все, что я делала, имело свои причины. Я защищалась.
Пока я рассказывала Давиду свою историю, он внимательно смотрел на меня темными глазами. Казалось, будто князь изучает меня, пытается разобраться, что происходит у меня внутри.
Когда моя история подошла к концу, он заговорил не сразу. Мне было трудно понять, о чем думает Давид, потому что его лицо оставалось непроницаемым. Я уже приготовилась к тому, что придется завязывать со своей новой жизнью, но в голове все равно начал формироваться очередной план побега. Так просто я не сдамся.
- Я сохраню вашу тайну, Елена Федоровна, - наконец произнес князь, и я недоуменно нахмурилась. Что он сказал?
- Прошу прощения…
- Никто не узнает о том, что вы не родственница парикмахера, - повторил Давид. – Продолжайте жить своей жизнью.
- Но сыщик…
- А что сыщик? Мне придется поговорить с ним и объяснить некоторые нюансы, - он усмехнулся. – Конечно, придется оговорить вас, но это меньшее из зол.
- Оговорить? – я напряглась. – Что это значит?
- Я скажу, что вы моя любовница. Кстати это объяснит мое появление у вашего дома в такое время, - ответил князь, с легкой насмешкой наблюдая за моей реакцией. – И да, вполне естественно, что я разгневался, обнаружив у дома странного мужчину, подглядывающего за моей женщиной.
В его устах это прозвучало так… так… Эу! Красотка! Остановись! Сейчас решается твоя судьба, и нужно быть очень внимательной ко всем словам.
