поднесли их к губам и подули. Гул эхом прокатился по залу, позвякивая фарфором и канделябрами, а мелузины вокруг нас вскочили на ноги.
Секундой позже в зал вошла Провидица.
Я уставилась на нее.
Честно говоря, я просто не встречала женщины прекраснее.
Ее волосы струились по плечам, словно вода. Она вплыла в зал, бросив в нашу сторону неземной серебристый взгляд. Взглянув ей в глаза, я увидела не радужки и белки, а спокойный лунный свет на море, шелковистую пену вдоль берега. Я увидела вздымающиеся волны и сверкающую чешую – первобытных созданий, опасных и зловещих, которые просыпались с наступлением темноты. Я увидела бури, разрывающие королевства на части, рассказанные и потаенные секреты. Тайны, утонувшие в бездонных глубинах.
Исла улыбнулась мне, и по телу у меня пробежала дрожь. В ее улыбке я разглядела хаос.
Чистый, первозданный хаос.
Анжелика шла позади, склонив голову и сложив руки. Она поймала взгляд Коко и подмигнула ей, а затем снова приняла благочестивый вид. Исла смотрела лишь на меня. Я аккуратно выпрямилась, с ужасом почувствовав, как взмокли ладони, но не стушевалась. Однажды Клод назвал себя диким, и в его истинном обличье это было правдиво. Исле же даже ни к чему было принимать свой настоящий облик. Мне и так было все ясно. При виде туманного неземного цвета ее волос и кожи, плавности ее движений мгновенно становилось очевидно, что она – само море. Которое топит тех, кто не умеет плавать.
– Je vous voir[15], Луиза. – К моему великому удивлению, в голосе Ислы звучали нотки успокаивающие, мирные, словно спокойная вода на рассвете. – Добро пожаловать в Хрустальный дворец. Я давно ждала тебя.
Я присела в реверансе вместе со всеми.
– Я рада быть здесь. Спасибо, что помогли нам на берегу.
В ее серебристых глазах, так похожих на глаза Анжелики и вместе с тем совершенно иных, заискрилось веселье.
– О, на берегу. Поговорим об этом счастливом совпадении чуть позже. Давайте сначала отужинаем.
Исла кивнула тритону в ливрее, и тот поспешил отодвинуть ей трон. Ее платье, полностью сшитое из длинных сверкающих нитей жемчуга, тихо звякнуло, когда она садилась. Остальные придворные тоже сели. Она щелкнула пальцами, и аристократка справа от Коко без единого слова вскочила на ноги, уступив свое место Анжелике.
– Вы уже попробовали соленый морской салат?
– Да, ваша светлость. – Я тоже села на свое место, вытирая под столом ладони о платье. – Он был на вкус… – Воды не позволяли мне солгать. – Весьма необычен.
– Прошу, Луиза. – Исла улыбнулась шире, и мне невольно вспомнились акулы. Я стиснула подол, мысленно ругая себя. – Мы ведь в кругу друзей. Хитрости и увертки сейчас ни к чему. Что ты думаешь о салате на самом деле?
– Я рада, что попробовала его.
– Рада, – медленно и с любопытством протянула Исла. – Полагаю, это еще не худший ответ. А я рада, что для тебя салат оказался… как ты выразилась? – Она постучала пальцем по губам. – Необычным. А теперь… – Она щелкнула пальцами. – Унесите этот салат. Мне надоела его вонь.
Слуги засуетились, убирая со стола все тарелки с морским салатом.
– S’il vous plaît[16], – сказала Исла прежде, чем слуги успели убрать тарелки. – Я жажду сегодня чего-нибудь покрепче. Принесите neige marine[17] для наших необычных гостей.
А может, ее голос все же не был таким уж успокаивающим.
Ладони у меня вспотели еще больше.
Мы сидели в неловком молчании, пока по столу передавали новые блюда. Исла, казалось, ничего не замечала. Она просто продолжала улыбаться, пока слуги ложками понемногу накладывали на каждую тарелку какое-то серое липкое вещество. Исла поднесла кусочек к губам и замерла, оценивающе окидывая взглядом зал и желая убедиться, что она привлекает всеобщее внимание. Разумеется, так оно и было. Все мелузины смотрели на нее как на светило. Исла со смехом взмахнула изящной рукой.
– Ешьте, mes enfants[18], и веселитесь.
Ее дети подчинились, и вскоре тишину заполнили тихие звуки звякающих столовых приборов и приглушенные голоса. Эльвира, Леопольдина и Ласимонн тут же завели беседу с Селией, а Анжелика – с безропотной Коко. Мы же с Бо испытывали на себе пристальный взгляд Ислы.
– Скажи, – промурлыкала она, перегнувшись через Бо и взяв мою липкую от пота руку. Бо напрягся, но возмущаться не стал. – Что последнее ты сказала Риду?
Я удивленно оторвала взгляд от своего neige marine.
– Простите?
– Последние слова, которые ты сказала своему любимому. Какие они были?
– Я… – Взглянув на Бо, я нахмурилась. – Я не помню.
Исла лукаво улыбнулась.
– А ты постарайся.
Чувствуя себя все более неуютно, я сосредоточенно пыталась вспомнить свои слова. И тяжело вздохнула, когда разговор всплыл в памяти.
– Я сказала: «Или я убью свою мать, или она убьет меня. Другого пути нет».
Ее улыбка. Взгляд. То были вовсе не безмятежные воды, а штиль посреди урагана. А может, и сам ураган. Нутром я почувствовала, что любезности кончились. Исла выпустила мою руку и села обратно, промокая губы салфеткой.
– И ты в это веришь?
– Иначе я бы не сумела это сказать.
Под столом Бо снова наступил мне на ногу.
– И… ты помнишь последние слова Рида? – хитро спросила Исла.
Я помнила.
– Он пообещал, что найдет меня.
– Найдет тебя? – спросила Исла, захлопав ресницами, словно подначивала меня.
Меня охватило беспокойство. Кажется, это не слишком уместный разговор за столом. Мы же только что познакомились, а мелузины так ценили этикет. Подозрения лишь усилились, когда Исла спросила:
– Он спит внизу, так?
– Да. – Я с трудом оставалась спокойной и собранной. Вежливой. Я невольно искала в Исле теплоту ее брата. Его доброе чувство юмора. – Я безуспешно пыталась разбудить его. Я… – Я аккуратно откашлялась, отбросив всю осторожность. – Я надеялась, что вы… могли бы нам помочь.
Необъяснимое торжество вспыхнуло в ее причудливых глазах.
– О? Ты надеешься или полагаешь? – Хотя голос Ислы звучал весело, слова веселостью не отдавали.
Я нахмурилась.
– Я бы никогда не стала полагать…
– Нет? – Исла лениво подняла руку, и слуга тут же наполнил ее бокал. – Неужели мои зеркала лгут, l’oursin?[19] Разве ты не строишь тайный план о союзе со мной?
– Я…
Я изумленно посмотрела на Коко, но та вмешиваться не стала. Она просто не посмела.
– Я не строю никаких тайных планов, миледи. Да, я хотела бы заручиться вашей поддержкой и дружбой, но не ожидаю, что вы согласитесь.
– Не ожидаешь? То есть больше моя дружба тебе не нужна?
– Нет, миледи. То есть нет, нужна. Просто… – Я беспомощно развела руками. – Кажется, все идет совсем
