«Вот чертов лабиринт, — сердито думал он. — Глупость какая-то. Дожили — вход в квартиру не найти! Как, блин, этот Карлссон попадает на четвертый этаж? В окно влетает, что ли?»
Дима стал по памяти восстанавливать планировку дома, в котором располагалась таинственная квартира.
Воображение активно заработало.
Как найти этот двор? Стоп, а если — сверху?
С крыши?
Дима отклеился от скамейки. Он надеялся найти пожарную лестницу, но не нашел. Зато обнаружил, что теоретически на крышу можно перелезть прямо из окна последнего лестничного пролета Катиной парадной.
«Выйти на карниз, — просчитывал маршрут Дима, удивляясь собственному безумию. — До угла крыши от силы метра полтора. Дальше — ерунда. Карниз широкий, лепной. Возможно, не обвалится. Возможно, у меня не закружится голова и я не сорвусь… Все, хватит бредить. Пора домой».
Но вместо этого Дима побрел в парадную. Помимо природного упрямства и нежелания бросать начатое, его охватил нездоровый азарт.
«А ты бы так смог, толстомордый? — мысленно бросил он вызов „шведу“, дергая на себя непослушную оконную раму. — Это тебе не игровиков пугать…»
Дима с усилием распахнул окно и встал на подоконник. Далеко внизу шумел Невский. Дима не смотрел вниз — он знал, что нельзя, — но голова кружилась и без этого. Он прикинул длину карниза. Выходило шагов пять.
«Жалко, Катя никогда не узнает об этом героическом переходе, — подумал он и шагнул на карниз. — Разве что я свалюсь…»
Несколько следующих мгновений весь мир для Димы был сосредоточен на каменном выступе шириной сантиметров тридцать, покрытом паутиной трещин. Из трещин прорастали травинки. Прижимаясь грудью к стене, Дима сделал несколько мелких аккуратных шагов… Всё. Он перелез на крышу, отполз от края, лег на теплый металл и наконец перевел дыхание. Сердце колотилось как ненормальное. Но, осознавая разумом всю глупость своей выходки, Дима был страшно доволен собой. Торжество покорителя вершин слегка подпортила мыслишка: «А как обратно?» — но Дима решительно прогнал ее.
Перегнувшись через водосток, Дима смотрел вниз. Двор полностью изолирован и необитаем. Куча строительного мусора, стены с четырех сторон, слепые окна, бесполезные остатки пожарной лестницы, и — никаких признаков подъезда. Дима разочарованно выпрямился. И вдруг увидел, что в щель между крышей и водостоком засунут какой-то пакет.
То, что вытряхнул Дима из полиэтиленового пакета, оказалось веревочной лестницей. Причем один ее конец был уже привязан к железному крюку. Только теперь Дима обратил внимание на небольшой балкончик четырьмя метрами ниже. Конец сброшенной лестницы пришелся прямо на балкончик. Страх пропал. Его вытеснил азарт.
Через минуту Дима уже стоял на железной площадке. Перед ним была замызганная дверь без замка. Дима приоткрыл ее. Изнутри пахнуло гнилью. Там было темно, но Диму это не остановило. Он вошел внутрь. Глаза постепенно привыкали к темноте. Под ногами что-то хрустело и шуршало.
«Предпоследняя стадия беспорядка, — всплыла в памяти Димы любимая шутка его мамы по поводу Диминой комнаты. — Последняя — когда мусор не просто хрустит под ногами, но пищит и разбегается…»
Из темноты выступали очертания громоздкого шкафа, комода, узкой лежанки. Он уже усомнился: туда ли попал? Это заброшенное помещение совсем не походило на то, что он ожидал увидеть.
Здесь было слишком грязно и намусорено и для бомжа, не то что для шведского бизнесмена. Даже для такого сомнительного, как Карлссон.
В дальнем углу нашлась дверь. Дима двинулся дальше и попал в кухню. Дневной свет сочился сквозь узкое закопченное окно. Кухня выглядела древней и такой же необитаемой, как каморка для прислуги. Дима остановился и прислушался, но до него донесся только очень далекий шум улицы. В кухне и прилегающих комнатах было абсолютно тихо.
«Черт, куда меня занесло? — подумал Дима. — Похоже, опять заблудился. Какая-то заброшенная квартира…»
Но скользнув взглядом по столу, вздрогнул — там стояла пустая бутылка из-под пива. «Балтика» «семерка» вполне современного вида. И пыли на ней не было. Под столом поблескивали аналогичные бутылки. Именно такое пиво они пили в электричке по дороге в Токсово.
Димино сердце снова заколотилось. Выходит, он не ошибся. Это и есть притон Карлссона. Ни один бизнесмен, тем более шведский, не стал бы жить в такой дыре. Ни один нормальный человек не стал бы. Нет, в это невозможно поверить! С другой стороны… А с другой стороны, эта квартира — идеальное убежище. Диму бросило в дрожь. Блин, не дай бог, Карлссон и в самом деле киллер!
До сих пор он допускал это как бы умозрительно, не всерьез, а если на самом деле…
«Мне не жить, если он меня тут поймает! — подумал Дима. — Какое счастье, что его нет! Надо отсюда скорее убираться».
Но вместо этого Дима пошел дальше.
За кухонной дверью оказалось существенно светлее. Дневной свет проникал в коридор из боковой двери. Дима направился туда.
За дверью оказалась большая комната. Несмотря на то что окно было криво забито фанерным щитом, там все равно было довольно светло. И комната эта, несомненно, была жилой. Дима, застыв у двери, впитывал подробности увиденного. Старинная мебель у стен закаменела от пыли, но паркетный пол блестел, как будто его недавно вымыли. Прямо на полу — новенькие пенки, затрепанное одеяло, везде, куда ни глянь, — штабеля пивных бутылок и упаковки из-под чипсов. И посреди комнаты, тоже на полу — мощный электрический фонарь.
Дима сощурил глаза. Вот это уже напоминало ту картину, которая сложилась в его воображении. Это было классическое место засады. Не хватало только чехла со снайперской винтовкой и кейса с комплектом фальшивых документов.
«Неужели он приводил сюда Катю? — подумал Дима. — И Катя ничего не поняла? Что этот „швед“ ей наплел? Как можно быть такой доверчивой?»
У Димы замерло сердце при мысли о том, какая опасность грозит Кате, а она и не подозревает об этом…
Где-то в глубине квартиры послышался невнятный шум, похожий на вздох. Дима мгновенно облился холодным потом.
«Вали отсюда!» — пискнул здравый смыл. И тут дневной свет померк. Из-за фанерного щита донесся царапающий звук. Кто-то легко спрыгнул на карниз с наружной стороны окна.
На мгновение Диму парализовало. Он так испугался, что не смог даже крикнуть. Но это длилось только мгновение. В следующую секунду в широкую щель между краем щита и оконной рамой ловко просочился крупный полосатый кот. В пасти он держал окровавленного голубя. Голубь слабо трепыхался. При виде Димы кот замер на полушаге и прижал уши, но голубя не выпустил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
