– Чё надо? – радостно просипел с другой стороны двери голос Козебаны. Похоже, гомункул давно уже ждал этого стука, так как в связи с резким сокращением популяции гулей, тешить свою манию величия становилось все труднее.
– Уважаемый, – залебезил Люка, – нам бы это… ну… сам понимаешь, руки трясутся! До утра не дотянем!
– А платить есть чем?
– Хозяин, сам знаешь, нечем! Но мы это… отработаем как-нибудь. – Люка говорил очень убедительно, старательно подражая голосу одного из гулей.
Окошко распахнулось, и в нем нарисовалась перекошенная физиономия Козебаны. Друзья не отшатнулись лишь потому, что однажды уже видели это зрелище. Один глаз больше другого, из носа тянулась зеленая сопля, глаза, скошенные к переносице, обозревали волосатую бородавку на носу. Управляющий ощерил ряд редких, но очень острых зубов и довольно почесал бородавку грязными, обломанными ногтями.
– Радуйтесь. Я сегодня добрый. Хозяин просил у него в кабинете прибраться, а моих помощников он недолюбливает. Ладно, заходите.
Заскрипела, открываясь, дверь, и новоиспеченные гули двинулись честно зарабатывать на опохмел.
– Куда претесь? – перегородил горбун дорогу, увидев на плече Кевина Офелию. – Со своим нельзя!
– Начальник! – пропитым голосом просипел Люка. – Будь человеком, нам же только занюхать. Сколько ж можно без закуси? Ноги протянем. Нас и так всего трое осталось!
Перспектива остаться без объектов для издевательств заставила управляющего уступить дорогу.
– Фу-у-у… не могли труп посвежее достать, – вредная натура Козебаны не могла не сделать хоть какую-нибудь пакость.
Чувствуя, что возмущенная Офелия готова в ответ на эту реплику взбрыкнуть, юноша ласково погладил ее по упругой попке, устремленной с его плеча в зенит.
– Свежее не было, хозяин, – подражая Люке, просипел он. – Ничё, зато мягонькая. Зубки не обломаем.
– Опять же, посвежее мы бы тебе его продали, – добавил Люка, – а это уже никуда не годится. Разлагается под тлетворным влиянием Запада, – не смог он удержаться от шпильки.
Офелия под паранджой заскрипела зубами.
– А это у тебя что? – ткнул Козебана в закутанного в паранджу барашка.
– Тряпки, – прогудел тролль, – полы там помыть, пыль протереть.
– Ладно, идите за мной.
Управляющий провел друзей по запутанному лабиринту коридоров и галерей замка Джафара и распахнул перед ними дверь его кабинета.
– Вот ваш объем работ на сегодня, – обвел он рукой просторное помещение, заставленное стеллажами, на которых стояли склянки, колбы со всякой гадостью и много-много книг. – Чтоб к моему приходу здесь все блестело!
Команда Кевина ввалилась внутрь.
– Не дай вам Заблудший хоть что-то пролить! Хозяин тогда лично над вами экспериментировать будет. Вон туда не ходить, – ткнул он пальцем в дверь за спинкой кресла, стоящего около письменного стола. – Хозяин узнает, всех убьет. И не вздумайте что-нибудь украсть. Они будут за вами наблюдать.
Управляющий ткнул пальцем куда-то в угол кабинета, вышел и закрыл за собой дверь. Друзья посмотрели в указанную сторону, и… даже у тролля мех на затылке встал дыбом.
– Ой, мама, – ахнул бывший бес, – я даже в родном аду такой страсти не видел. Однако я начинаю понимать, почему Джафар их недолюбливает. У меня и то хвост дыбом встал.
– У тебя нет хвоста, идиот!
– И очень хорошо! Если б был, отвалился бы со страху… – Люка начал водить носом.
– Ты чего? – насторожился Кевин.
– Чувствую магию вон из той комнаты, – прошептал Люка, глазами показывая на запретную дверь.
– Тебя ж магии лишили, – прогудел Зырг.
– Магии лишили, а нюх-то остался, – огрызнулся Бессони, косясь на монстров, не сводивших с них глаз. – Так, начинаем имитацию бурной деятельности.
– Это как? – спросил Кевин.
– Вы здесь занимаетесь активной уборкой, а я в соседней комнате пошуршу.
– Так нас же трое, а будет двое, – шепотом возразил Кевин.
– Всему вас учить надо. Клади Офелию за стол.
– Кладу, – юноша осторожно опустил девушку на пол с таким расчетом, чтобы монстрам, наблюдавшим за ними из своего угла, ее было не видно.
– Так, я начинаю мыть полы, – громко сказал Люка, – а вы протирайте пыль там и там. – С этими словами он опустился на пол рядом с Офелией. – Ну, чего встали? Тряпки сюда давайте, суму…
Друзья его поняли. Зырг осторожно положил рядом связанного барашка, скинул с плеча суму, после чего они с Кевином начали мелькать перед носом у монстров, перекрывая им обзор. То, что из-за стола поднялся уже не Люка, они поняли сразу. Движения нового уборщика были не такими угловатыми, как у их неугомонного товарища. Вся троица старательно отвлекала внимание уродов Козебаны и, надо сказать, успешно: приоткрывшейся на мгновение запретной двери не заметил никто.
Люка не ошибся. Это была не простая комната. Это был самый настоящий склад магических артефактов. Не зря он подсуетился насчет сумы. Бес азартно потер руки.
– Ё-моё! Еще два пылевых демона! – увидел он двух беснующихся человечков, каждого в своей склянке. – Вот сволочь! Все мои три экземпляра, что я успел соорудить. Ну, все, вернусь в ад, заложу этого гада Заблудшему по полной программе. Разве можно такие артефакты доверять безответственным некромантам? Разбазаривание народного достояния. Это же идет под грифом «совершенно секретно»! А он какому-то Джафару их сбагрил. Следующий раз я ему не только задницу покажу. Он меня попомнит. А здесь у нас что? Антимагическая накидка-невидимка? Разработка соседнего отдела. Ясненько. Сгодится. Нет, это я удачно зашел. Жаль, что все в суму не влезет…
Набив суму до отказа, Люка скользнул обратно в кабинет, где полным ходом шла уборка. Офелия умудрилась найти где-то ведро воды, вылила ее на пол, и все дружно возили по полу тряпками, сооруженными из одежды наблюдавших за ними монстров, которых тролль умудрился раздеть, объяснив, что наряды их пойдут на благое дело.
– Да вы не бойтесь, – гудел тролль жавшимся в углу чудищам, прикрывавшим причинные места. – Вот полы помоем и вернем. Слышали, что хозяин приказал? Чтоб здесь все блестело!
В кабинет заглянул Козебана. В руках его был поднос со стоящими на них чашками и кастрюльками, прикрытыми крышками.
– Ух, ты-ы! – поразился он, глядя на грязные разводья на полу. – Хорошо поработали. У меня так чисто никогда не получалось.
– Куда? – рявкнул на него Зырг. – Мы здесь только что убрали! Натопчешь.
Кевин ткнул в бок зарвавшегося тролля.
– Начальник, – взмолился он, – кровушки, начальник! Давай! А то руки трясутся. Сейчас чего-нибудь расколем.
Тут Офелия заметила, как из-за стола появилась рука Люки и поманила ее. Делая вид, что продолжает уборку, она, согнувшись в три погибели, возя грязной тряпкой по полу, добралась до него и, словно поскользнувшись, плюхнулась на пол.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
