Бизнес-мир позаимствовал идею иерархии у военных, она связана с крепостью армейского менталитета, который в конечном счете обходят с флангов. В истории много примеров ощущения временной безопасности и управления за баррикадами. Так, неприступную линию Мажино немцы обошли через Бельгию, и французы были повержены за несколько недель. Альтернатива – организации, которые высоко ценят скорость, гибкость и фокусировку, уничтожают барьеры для клиентов, поставщиков и рыночных партнеров, устраняют внутренние препятствия, стены между работниками и менеджерами, штабными и линейными работниками, функциями и отделами.
Как здания поддерживают себя («мертвый вес»), имеют дело с перемещающимися обитателями («живой вес»), готовы сопротивляться внезапному давлению штормов и землетрясений («динамический вес») и скрытым опасностям (температурному расширению или осадке), так и структуры должны выдерживать статические и динамические нагрузки: нужды сотрудников, желания собственников и руководителей, требования рынка, атаки быстрых и агрессивных конкурентов, технологические улучшения и глобальные экономические сдвиги. Они должны минимизировать «мертвый вес» (бюрократия и деятельность, направленная внутрь) и максимизировать корпоративную готовность откликаться на живые нужды и требования клиентов, собирая необходимые для этого ресурсы.
Архитектура стабильности и архитектура измененийВ какой еще области, кроме архитектуры, имеется такой опыт безопасного передвижения стен? Архитекторы часто сталкиваются с перестройкой, а не с новым строительством. Инерция и тенденция к сохранению стабильности для них не барьеры, а инструменты, с которыми надо работать. Когда речь идет об организационном планировании, полезно думать, что у компании две архитектуры, каждая из которых необходима для существования другой.
Первая – архитектура стабильности, она представлена высокой пирамидальной иерархией и узкоопределенными работами. Ее роль – справляться с мертвыми и живыми нагрузками на бизнес. Когда же на бизнес начинают воздействовать динамические или медленно-активные силы типа дерегуляции или глобализации, стабильность становится более дефектом, чем достоинством, и вторая архитектура – архитектура изменений – должна быть приведена в действие. Чаще всего переключение от одной к другой вызывается раздражающим кризисом, а не плавным процессом управления адаптацией. Некоторые компании настолько хорошо организованы, что систематически отказываются от старых путей и принимают новые. Большинство же компаний воспринимают изменения как процесс резкого передвижения от одной архитектуры стабильности к другой. Иногда это эффективно, особенно когда основные изменения прогнозировались или спланированы заранее.
Это похоже на подход японцев к храму в Ise. Построенный в VIII в., храм на протяжении всей своей истории разбирался каждые 20 лет и строился из новых материалов на примыкающем месте. Нынешняя часовня – это точная копия оригинала без износа и дыр тысячелетнего использования. Необходимо систематически «передумывать» наиболее общие оргструктуры, ибо время не менее важно, чем торф, дерн. Хорошая архитектура – для зданий или организаций – требует смеси краткосрочной стабильности с долгосрочной адаптацией. Часто используемый подход к реорганизации «давайте перерисуем схемы и вернемся к своему обычному бизнесу» мало что дает.
Много полезной критики компаний исходит от индивидуалов с научными наклонностями: психологов, антропологов, специалистов в области информационных систем и компьютерных сетей, они добавляют важные пропущенные места к пониманию корпоративной организации, но, к сожалению, их диагнозы строже их рецептов. Инструменты важны, но иногда слишком много внимания уделяется новой технологии, а не человеческим изменениям, которые необходимы для ее внедрения.
Речь идет не о простом движении от одной узкой перспективы – механического инжиниринга к другой – гуманистической психологии, а скорее о новой дисциплине, связанной как с новыми структурными формами, так и с новыми стройматериалами.
Где мрамор нужен, где пластмассаДревнеегипетские здания были много больше древнегреческих – у греков не было гранита, а был лишь слабый мрамор. Потом римляне придумали арку, позволяющую проектировать более массивные конструкции, к тому же для арки годилась общедоступная речная глина. Романская архитектура хорошо работала в Южной Европе, где яркий солнечный свет, проникающий через крошечные окошки, был достаточен. Но в Северной Европе лето короче и погода хуже, здания в романском стиле там просто темны внутри. Большие же окна, вырезанные в арочных зданиях, привели к опасным структурным слабостям.
Видение полной света церкви привело некоего аббата в XII в. к изобретению парящих опор – готики. Парящие опоры обеспечили поддержку весу кафедральной крыши. Это даже позволило уменьшить количество дорогого камня, нужного для строительства. Создавалось впечатление, что скелет подвешен вне тела, но эта неуклюжесть более чем компенсировалась высокими стенами из окрашенного стекла, которые стали возможными, потому что стены церкви более не несли нагрузку от крыши. Эти соборы прекрасны внутри и массивны снаружи.
Массовое производство железа и стали в XIX в. сделало возможной конструкцию Эйфелевой башни. Не надо забывать и о том, что большинство материалов изменяет форму под давлением. Почти все материалы эластичны, но до определенных пределов – дальше пластическое разрушение. Стекло, которое крепче стали по части напряжений и сжатия, бесполезно для большинства строительных целей – оно хрупко. Принимаются во внимание цена материала, его гармония с местом. Но в основе – крепость, эластичность, пластичность и хрупкость. Есть много техник: бетон можно взять армированный (материалы усиливают друг друга), можно применить композитные материалы – тот же бетон (команда – эквивалент композита), дифференцировать нагрузко-несущие и прочие материалы.
Оргструктуры развивались, как и стройматериалы, от патриархальных форм через функциональные и дивизиональные конфигурации к глобальным матрицам и другим гибридам, каждый из которых, как и архитектурные стили, решал проблемы, поставленные предшественниками. Мощная комбинация новых строительных блоков («укрепленные» работы, композитные команды и «нагруженные» менеджеры) и технологий (новые, поддержанные компьютерами информационные и телекоммуникационные технологии) сделала возможными новые формы организации. История компании – это детальная дорожная карта ее успехов и неудач.
