согласится. Всё просто… Но этот нулевой уровень… За что? Где мои очки характеристик? Или система не засчитала мне убийство светом? Свет солнца — мой, должно же засчитать… Я его создал! Свет был использован как оружие! Где мой килл? Где опыт? Где лут? Да почему ничего не дало!?
— Ау… — Артур потряс меня за плечо, пытаясь изобразить обеспокоенность.
Сказать или не сказать, что я всё еще нулевой? Не скажу, но вернутся к реальности нужно. Я смогу поразмыслить о своём положении позже. Зря вообще в характеристики полез… Ну вот зачем сейчас заглянул?
— Почему оно еще живо? — замотал головой я, наконец выдохнув и указывая на «рыбу».
— Это точно то о чем ты хочешь меня спросить?
— Оно воняет, — ляпнул я первое, что пришло на ум.
— Воняет… — задумчиво произнес Артур. — Рыба жива, потому что нам это выгодно. Посмотри внимательно, — в месте куда указал Артур, рядом с ранением, в мгновение появился аккуратный разрез, из которого проглядывает розовое мясо… Опять… Опять я ничего не увидел. Как он это сделал? Пальцем? Ладонью? Волей? Не понимаю… Разрез на рыбе сначала расползался в разные стороны, но вскоре медленно, едва заметно, начал стягиваться. Теперь понятно, почему он держит рыбу живой.
— Регенерация?
— Хоооо, какие мы слова знаем, — ухмыльнулся охотник. — Мясо, эта рыбка быстро наращивает, с таким питомцем можно до рассвета протянуть. Нужно ему только плавники вовремя отрывать, чтобы не убежала.
— Убежала? Это же рыба…
— Ну да, не убежала. Прям на плавниках, они у неё большущие. Ты бы с крыльями перепутал… Или ты думаешь я за этой рыбиной в озеро нырял? Я же не рыбак. На берегу озера полно таких, — Артур снова взял булькающий котелок в руки. — Даже не будь у рыбки этой… Реграции, то её всё равно имело смысл принести сюда живой. Медленнее тухнуть будет. Тебе нужно поесть.
У меня всё еще нулевой уровень… Да как же его поднять? Неужели я должен был нанести последний удар? Или за местных существ система не выдает опыта? Или кто-то вмешался и забрал мой килл!? Может ли быть такое…? Нет, не думаю.
Как же уровень хочется…
— Ариман, — охотник снова начал меня трясти. — Поешь.
Ариман… Раздражает, что Артур называет меня так. Это не моё имя…
— Я не хочу.
— Всё равно поешь, — Артур без дальнейших слов всучил мне раскаленный котелок. Горячий! Я его выронил, но охотник ловко ухватил котелок у самой земли. — Не устаю тебе поражаться.
— ?
— Какой же ты бездарь, Ариман, — ухмыльнулся охотник. — Почему от тепла не защитился?
Не защитился от тепла? А так можно? И я узнаю об этом только сейчас?
— Если бы я знал, как пользоваться энергией…
— Но ты ведь знаешь! — перебил меня Артур нахмурившись. — Ты можешь создавать капли света. Умений у тебя более чем достаточно. Ты не защитился потому что не думаешь.
— Но…
— Никаких «но»! Я объясню тебе основы, раз ты неспособен понять всё сам. Слушай внимательно, повторять их не буду.
Основы… Сейчас? Да я уже столько времени потратил на освоение воли, и он только сейчас снизошел рассказать мне об основах? А разве раньше он объяснял не основы? С них же начинать нужно! Как много я упустил? Но жаловаться не было смысла. Мне осталось только молчаливо согласится. Мне нужно его выслушать.
Найдя душевное равновесия я кивнул.
— Ты ведь всё еще тянешь волю в виде нитей?
Всё еще? Мне уже не нравится как поставлен его вопрос.
— Да, — неохотно подтвердил я.
— А пробовал вытянуть её в другом виде?
— Из сердца?
— Из сердца, — тяжело вздохнул охотник. — Ты придаешь воле форму нити. На любом этапе.
— Но это ты сказал мне тянуть нитью…
— Сказал, — твердо сказал Артур. — Форма нити самая компактная. В неё трудно уместить много «энергии», поэтому у неё низкая отдача. Начинать с неё было правильно. Ты ведь помнишь, как впервые попробовал вытянуть нить?
Помню, но это было так давно. Тогда я впервые ощутил отдачу. Она ударила мне в сердце и порвала нервы левой руки… Если задуматься, то такой сильной отдачи как тогда я больше не испытывал.
— С твоей расторопность, будь форма объемней, ты бы лишился ладони. Без каких-либо шансов на восстановление.
Что ж, руку я всё же потерял… И не только ладонь. Правда при совершенно других обстоятельствах. Неужели Артур действительно не замечает, что у меня протез?
— Какие еще бывают формы? — стараясь скрыть удовлетворение от моей маленькой победы, спросил я.
— Я говорил, не перебивай, — Артур отвесил мне подзатыльник, несмотря на мою попытку увернуться. — Какой бы из энергий ты не пользовался всегда есть отдача, а отдача бьет обычно по телу, поэтому ученику важно иметь крепкое здоровье, но это ты уже понял… Или должен был понять. С формами сам разберешься. Это не трудно, просто помни об отдаче и не переусердствуй… А как тебе взять в руки этот котелок? Это тоже легко. Тепло — это тоже энергия, на которую можно воздействовать другой энергией. Волей например. Правильно напитав волей свои ладони, ты не получишь ожога от котелка. Ты сможешь оттолкнуть тепло. Если воли будет маловато, то ты будешь ощущать тепло, хоть и меньше, если энергии будут равны, то тепла не почувствуешь, если энергии будет слишком много… Котелок в твоих руках начнет разрушаться… Если котелок не сумеет выдержать воздействие твоей энергии. Воли.
— Звучит сложно.
— Сложно? Ты ведь даже не попробовал, а уже говоришь, что сложно… Знаешь как часто я получал ожоги когда осваивал волю?
— Эм…
— Конечно, ты не можешь этого знать, — нервно ухмыльнулся Артур. — Я ни разу не получил ожога. Даже когда мой отец всучил мне до красна раскаленный кусок метала… Я тогда мигом сообразил, что к чему и не получил увечий! Без каких-либо знаний об энергиях… Поэтому я считаю тебя бездарным. Ведь даже я — обычный человек с легкостью справился с такой задачкой.
— Это не я бездарен, а ты талантлив, «обычный человек»…
— Всё относительно, но уверяю тебя Ариман, я не талантлив, — со всей серьезностью заверил охотник. — Возьмись за котелок и не получи ожога, если хочешь доказать мне, что не бездарь. Теперь ты знаешь, как это сделать. Отговорок больше нет, — но вместо того, чтобы отдать котелок мне, Артур положил его обратно в пламя.
Недолго думая, я обмотал левую руку нитями воли. Это легко. А вот обмотать таким же образом правую у меня не вышло. Хоть протез и казалось не отличался от моей настоящей руки, нити в ней вели себя иначе… Я знаю, что со
