жертвы с собой полная сума. Замок Герцога все еще освещался, более того, огни зажигались и в верхнем городе, прибежище умельцев и мастеров, пользующихся покровительством владыки. Это плохо, если Герцог решил поставить всех на уши, Харм ей спасибо не скажет. Отмахнувшись от дурных мыслей, воровка умело поднырнула в узкую щель под водоотводом и оказалась в крошечном затхлом помещении, тускло освещаемом белесой плесенью. В стене виднелась еле заметная дверца, вся заляпанная грязью. Простучав условный сигнал, она замерла в напряженном ожидании. Лиана знала, что часовому нужно время, чтобы добраться до одной из скрытых смотровых ниш и незаметно взглянуть на гостя, поэтому девушка вновь оголила запястье, выставляя клеймо на показ. Щелкнул замок и дверь отворилась. Проныра жестом пригласил Лиану войти.
— Ну как? - озабоченно спросил худой, коренастый парень, цепким взглядом оценивая пухлую суму. — Удалось?
— Не знаю, но это была чертова Бездна, — устало выдохнула Лиана, кладя руку на плечо Проныры. Юный воришка один из немногих, с кем Лиана могла себе позволить хотя бы на секунду расслабиться. Юнец был влюблен в нее без оглядки, и обычно хватало лишь томного взгляда, чтобы тот согласился на любую авантюру. — Последнее слово все равно за Хармом, а там как карта ляжет, ты же знаешь. Может вспылить.
— Да прибудет с тобой Свет. Удачи, — смущенно пробормотал Проныра, опуская взгляд, но вдруг встрепенулся и продолжил. — Может мне тебя проводить, а? Желтый подменит, не проблема!
— Как хочешь, — улыбнулась Лиана, поправляя перевязь сумы. — Догоняй.
Проныра догнал ее на полпути и пристроился рядом, безмолвно следуя за ней по пятам. Лиана очень не хотела себе в этом признаваться, но была благодарна мальчишке за его молчаливую поддержку. Жизненный опыт выживания в трущобах подсказывал ей, что привязанность губит людей. Делает их слабыми и уязвимыми, а ей необходимо быть сильной, иначе ее крохотная искра исчезнет во мраке, растворится без следа. Харм встретил гостью тяжелым молчанием и это пугало. Глава Воровской Гильдии был не в духе. Восседая на импровизированном троне глубоко в катакомбах под городом, Дариус Харм холодным взглядом осматривал свою соратницу. Лиана собралась с духом и уже готова была начать заранее придуманную речь, когда в тронную комнату ворвался гонец, и, припав на одно колено, как на духу изрек последние вести. Герцог рвал и метал, поднимая на ноги всех своих бойцов, стража Иммерии искала худощавого убийцу.
— Убийцу? — зловещим тоном переспросил Харм, переводя взгляд на гонца. — Мне не послышалось? В замке произошло убийство?
— Д-да, милорд, — поспешно ответил гонец, не смея поднять взор. — Отравлен сам Прелат, почетный гость Герцога. Его покои ограблены, свидетели указывают на низкорослого худощавого человека в плаще.
Прелат? Десница самого Императора?! Не может быть, в покоях никого не было! Сердце девушки забилось так часто, что норовило выпрыгнуть из груди. Кто поверит простой сироте? Воровке без рода и племени. На такую как она можно повесить что угодно, а Герцог не станет церемониться и разнесет в щепки весь город, лишь бы не попасть под карающий перст Императора. О Владыке Иммерии ходили разные слухи и небылицы. Люди молвили, что ему подвластен сам Свет, что он избранный пророк, готовый провести свой народ сквозь Тьму к лучшему миру. Но слухи на то и слухи, чтобы приукрашивать и извращать правду, Лиана не верила людям на слово. Здесь его сиятельство никто не видел, разве что сам Герцог, но эта птица не ее полета. Сейчас Лину волновали более насущные проблемы.
— Твоих рук дело? — мрачно вымолвил вожак, переводя взгляд на девушку и неопределенно кивая куда-то вверх. — Отвечай, падаль.
— Я не убийца, милорд, — дрожащим от волнения голосом ответила Лиана, тревожно прихватывая одной рукой суму. — Я честный вор, следую учению и выполняю Вашу волю.
— Не верю в совпадения, — произнес Харм, раздраженно отпуская гонца прочь. — Сдох не какой-то там лизоблюд, а сам Прелат! В то время как ты чистила его хоромы, даже не думай мне врать. Баулг проспорил свой клинок, ставя на то, что ты не выйдешь оттуда живой. Но вот ты здесь, и принесла на хвосте неприятности.
— Я…
— Довольно болтовни, что с уловом? — рыкнул Харм.
Лиана поспешно открыла суму, и, опустившись на колени, торопливо начала выкладывать содержимое. От золота и красивых безделушек проку было мало, ценный металл обесценился с приходом трудных времен. Может быть в столице, где о Тварях только слышали, дела обстояли иначе, но у них на окраине в цене было все, необходимое для выживания. Перед Хармом один за другим появлялись щедрые подарки, вожак даже наклонился вперед, чтобы поближе разглядеть добычу. Необычный амулет Здоровья в виде шнурка с пучком зеленых перьев, изящная золотая фигурка для игры в “Четыре Руки”, явно эльфийской работы, курительная трубка, Чертеж с изображением сложного механического устройства, бронзовый браслет в виде змеи, небольшой деревянный цилиндр, украшенный искусной резьбой…
— Богато, — мрачно констатировал лидер, кивая в сторону добычи. — Что внутри?
Лиана осторожно раскрыла цилиндр, освободив скрученный желтоватый лист, тут же развернувшийся в ее руках.
— Магический Свиток “Большого Огня”, милорд… Редкого качества. Надеюсь, этого хватит, чтобы...
— Хватило бы, только ты умудрилась разворошить осиное гнездо! Игра не стоила свеч.
— Милорд! Срочные новости! — запыхавшийся гонец ворвался в тронную комнату, падая ниц. — Войска в трущобах! Ловят всех! Кто сопротивляется – убивают на месте! За любую весть об убийце Герцог дарует свою милость!
— Вот об этом я и говорил, — прошипел Дариус, поднимаясь с трона и срываясь на крик. — Видишь, что ты наделала, сучья сыть?! Этот недоносок перевернет здесь все вверх дном! Милость, твою мать!
Милость Герцога была явлением крайне редким и представляла собой индульгенцию жителям трущоб с последующим допуском к верхнему городу, где у человека появлялся шанс на какую-никакую жизнь. Лиана почти физически ощущала на себе взгляды всех присутствующих. Из подающей надежды воровки она в одночасье превратилась в лакомую добычу, которой суждено оказаться в лапах Герцога.
— Ты сама вырыла себе могилу, — сплюнул Харм, подавая знак своим соглядатаям. — Никакие перспективы не стоят того, что стража сделает с трущобами, МОИМИ трущобами! Взять ее, но не убивать и не калечить. Герцог наверняка захочет поиграть с ней лично.
Лиана напряглась, отчаянно ища путь к отступлению, но ухмыляющиеся согильдийцы перекрыли все выходы. Обнажить кинжал?
