мох, оба предмета с тихим всплеском исчезли под ним. Землянин, наконец, высунул голову из портала, и костюм принялся, как обычно выращивать целый ворох необходимого оборудования.
На экране забрала тем временем побежали цифры, показывающие, на сколько метров вглубь болота погрузились разведчики. Глубина погружения перевалила уже за сотню метров и продолжала увеличиваться.
— Мерзкая вещь — болото! — подумал Сергей.
Хорошо, что портал оказался очень дружелюбным по отношению к нему, и позволял длительное время находиться в своём створе, а иначе — тут бы его и выбросило в это болото. Конечно, он бы сразу поднялся на антигравах, обратно в портал, но вот так без защитного высокотехнологичного обмундирования и сразу в трясину — это верная смерть.
Никитин мысленно поблагодарил портал за заботу о нём и неожиданно для себя уловил ответную тёплую ментальную волну.
— Так вы получается живое существо?
— Да — получил он мысленный ответ на свой вопрос.
— Однако!
Но от дальнейшего диалога это странное существо отказалось, не став больше отвечать на его вопросы.
Никитин вновь вернулся к наблюдению за разведчиками и показаниями приборов. На глубине в триста метров оба разведчика, наконец, достигли дна и зарылись, глубоко, в ил. Где и начали свою трансформацию.
Несколько минут спустя разведчики поднялись к поверхности и, пробив мох, начали быстро набирать высоту. Судя по переданным снимкам ничего особенного здесь тоже не было — на сотни километров от портала тянулось всё-то же унылое болото. Тоска.
Пока разведчики выходили на орбиту планеты, землянин со скуки сканировал болото. К его удивлению подо мхами, судя по показанию аппаратуры, отмечалось наличие живых существ, чья длина временами достигала десяти метров.
Всё это немного заинтересовало его, и пока разведчики продолжали сканирование планеты он, вытащив малый разведчик, кинул его в болото. Минут за двадцать быстрых перемещаясь под тощей фиолетовых мхов аппарат, передал множество снимков обитателей этого мира. Мерзкие право, говоря создания — особенно многометровые змеи-многоножки которые скользили в водной толще.
На некоторых снимках бесстрастная камера зафиксировала, как они нападали на свою добычу. Закручиваясь вокруг неё и сразу начиная поглощать добычу всей поверхностью своего тела.
С орбиты разведчики передавали унылые картинки поверхности — всё тоже бесконечное болото. Только в нескольких местах толщу мхов рассекали невысокие, безжизненные горные хребты.
Ничего интересного здесь не было, и землянин дал команду зондам возвращаться обратно. Портал как ни странно в этом мире не высказывал своего неудовольствия от того что он был открыт столь длительное время. Втащив в портал всех разведчиков с собранными образцами, он дал команду на возвращение. Падение.
Мир Сольто.
В мире Сольто был уже вечер. После его появления из зеркала портала и синхронизации времени, выяснилось, что они отсутствовали почти три часа. Причём по показаниям приборов в том мире они провели сорок минут локального времени.
Поход в третий портал, таким образом, сдвигался на другой день и Никитина сразу же отправился к себе домой.
День одиннадцатый.
Из записок Сергея Никитина.
Мир Сольто.
Жалко конечно, что моё тело нельзя довести до БВУ (биоформы высокого уровня) всё упирается в тот энергокаркас, который мы получаем изначально, а он напрямую связан с развитием Матрицы, когда мы приходим в этот мир.
Слабый энергокаркас налагает серьёзные ограничении на работу с энергией, а вот здешняя раса может работать со значительно большими энергиями, чем земляне. Мой нынешний потолок как телекинетика килограмм от силы, а трёхлетний мальчуган по моей просьбе спокойно поднял меня в воздух. Причём это его не очень сильно напрягло, взрослые могут спокойно поднимать под тонну и более веса.
Если я бы начал оперировать с такой мощной энергией… то сожжёт-с! Обидно!
Сама процедура модернизации моей биоформы будет проводиться в два этапа. Первый — увеличение возможностей собственно тела, потом мозг и небольшая коррекция энергокаркаса.
* * *
Этот день у него был свободен от работы и посвящен процедурам по модификации своей биоформы. Предварительные обследования показали, что его мозг был ранее форсирован, здесь явно чувствовалась рука Хранитель. Ну, так кто бы сомневался, эйдетическая память, и другие умения у него вдруг обнаружились только после его вмешательства.
Специалисты центра рассчитывали разбудить некоторые латентные зоны его мозга, что бы облегчить и расширить каналы связи с его подсознанием и улучшить распараллеливание процессов обработки информации его мозгом.
Это были самые сложные и времяёмкие процедуры, все, что было связано с усовершенствованием его тела, было значительно проще. Например, такая прозаическая вещь как наращивание его мышечного каркаса, так что его тело стало значительно сильнее и гибче, заняло всего три часа.
Первое что удивило Никитина так это то, что в этом центре было многолюдно. После поражающих своей безлюдностью медицинских учреждений, где ему пришлось побывать, такое вот обилие народа. Это наводило на мысль что эта операция весьма востребованная в данном обществе. Что впрочем, и не удивительно.
По пути в нужный сектор Никитину попадались практически все возраста и едва ходящих детей и даже, попались несколько стариков. Которые впрочем, весьма бодро передвигались.
Что было несколько странно, имея в своём арсенале такие вещи как регенераторы, обитатели этого мира могли поддерживать себя в молодом возрасте вплоть до конечной остановки их программы в этом мире.
Сергей даже адресовал запрос по этому поводу. На что ему ответили, что это их личный выбор. Большинство просто хотело получить определённый опыт пребывания в такого рода пожилой биоформе — например писатели, художники и другие маргинальные личности.
Но как только это им надоедало, или происходило резкое ухудшение здоровья, то пациент проходил, омолаживающие процедуры и быстро возвращался в оптимальный возраст.
Обычно выбирался интервал от полового созревания до сорока биологических лет. Верхнюю границу активного возраста обычно выбирали политики и руководящие работники, а у основной массы населения, наиболее востребованной вилкой возраста, был промежуток от двадцати пяти до тридцати лет. Всего на планете действовало двести таких центров, пропускной способностью от пятисот до тысячи пациентов в день.
Вот в одном из таких немногочисленных центров, он сейчас и находился. Обогнув большую зону, где играли дети, он перешёл на платформу, которая доставила его в другой корпус как раз здесь и производились такого рода операции.
Здесь проводились необходимые изменения с организмом реципиента в интересах силовых структур и ВКС.
— Добрый день! Я Колип. — приветствовал его мужчина лет тридцати, но судя по всему его возраст, был гораздо больше.
Никитин слегка поклонился и в свою очередь представился.
— Я буду проводить все необходимые обследования и улучшения
