как будто кто-то умер. Если ты опять грызёшь себя из-за Рангейд, то на самом деле хватит, сколько можно, сейчас у нас другая задача, надо на ней сосредоточиться.
— Нет. Вернее да. Вернее нет. Короче. Насчёт Рангейд ты меня не переубедил, в этом только моя вина, но сейчас появилась новая проблема. — И я рассказал, о том что узнал из записей Лифендура.
— Н-да… Вот это ты конечно новость сообщил…
— Что думаешь? — Может мне Окто поможет разобраться с этим.
— Да что тут думать? Если капитан ковчега не соврал, а ты думаешь, что это невозможно, то надо лететь в твою галактику и спасать её.
Такой мысли мне не приходило, а ведь он прав…
— Точно, я с тобой согласен. Но как это сделать?
— Так ведь вы же сюда как-то смогли добраться. Значит и обратно сможем. На ковчеге есть двигатели способные это сделать. Он большой, людей вмещает много, оружие мы вам установим, данные передадим. Опыт по борьбе с таким врагом уже есть, значит всё получится.
— Значит надо будет с этим разобраться.
— Да. А что там дальше? Что Лифендур говорит про эту планету.
— Сейчас включу. — Я отключил пластинки наушников и перемотал запись на нужное место.
— День сто девяносто девятый. Прошлая попытка с планетой Ёгл, не увенчалась успехом. Там имелся только один пост с оружием, но подземелье, где находился его источник питания полностью завалило. Мы пытались пробиться и в итоге это нам удалось, но всё оборудование было уничтожено и наши учёные не смогли его восстановить. Теперь нас ждёт Хав. Как говорит карта, это планета-океан. На ней имеется несколько небольших островов, где Альвы и установили оружие. Надеюсь нам повезёт. Я всё больше и больше отчаиваюсь. Мне приходится уговаривать людей, что это миссия самое важное, что мы могли бы сделать за нашу жизнь. Однако большинство недовольно, они прилетели сюда не за этим, они хотели новой счастливой жизни в неизведанных регионах космоса, и я их могу понять. Теперь моя уверенность окрепла. Не надо было врать на счёт этого полёта. Пусть бы началась паника, зато люди бы знали что делать и чего ожидать. Теперь же мне приходится работать и с пассажирами и с экипажем, ведь те тоже начинают бунтовать. Но я всё обвиняю наше начальство, а сам не лучше. Когда мы смогли словить Хейдвальда, не надо было его тогда пытать, если бы я показал ему доказательства, то наверняка бы он согласился мне помочь.
Слушая рассуждения Лифендура на этой записи, во мне начала появляться жалость к нему. Ведь он летел сюда ради поиска оружия Альвов, его цель заключалась в спасении родины, но сперва ковчег врезался в часть тела зверя, потом я сбежал, дальше появились новые бунтовщики, а он всего лишь человек. Стоп, отдёрнул я себя, этот "всего лишь человек" сперва врал тебе насчёт миссии, а потом и вообще пытал, как его можно после такого жалеть?
— День двести десятый. На ковчеге произошёл очередной бунт, хорошо, что пока небольшой. С помощью верных мне солдат, лидеры беспорядков схвачены и посажены в тюрьму. Отряд высадился на планету, они нашли небывалых размеров вход в пещеру, возможно это вход в нужное нам подземелье.
— День двести одиннадцатый. Опять всё пошло не плану. Это оказалось не месторасположение оружия. Там живёт зверь. Основная его часть, так сказать, мозговой центр. Он атаковал разведчиков, но они смогли отбиться и вернуться, оставив часть отряда, чтобы те искали оружие. Я начинаю планировать атаку чтобы его сдержать и дождаться результата от оставшихся на поверхности. Учёные говорят, что это самец, и он готовится лететь к самке, что поедает нашу галактику.
Мы с Окто переглянулись. Зверь там? На планете медуз?
— День двести тринадцатый. Что-то не так. Разведчики прилетевшие с планеты начали вести себя странно. Сперва перестали разговаривать, после у них изменилась походка, а потом один из них напал на гражданского. Теперь, спустя день, таких шатунов, как я их назвал, почти весь ковчег, почти все солдаты заразились, а вместе с ними и пассажиры.
— День двести пятнадцатый. Оказалось что часть людей смогли укрыться, они связались со мной и другими уцелевшими по внутренней связи. Учёные, изучив одного из убитых, выяснили что случилось, это зверь. Он каким-то образом смог собой заразить разведчиков, а они принесли это на борт. Также стало ясно, что таким образом наш враг питается, и остальные заражённые из-за этого пытаются распространить своего захватчика дальше, на новых людей. Мы пытаемся понять как спасти жертв зверя, но пока результатов нет.
— День двести двадцатый. Это конец. Заражённые смогли прорваться через баррикады, выстроенные нами в коридорах, перед ходовым мостиком. Нам пришлось стрелять по своим же людям, ибо учёные так и не смогли понять как их освободить. Теперь они это точно не выяснят. Ведь их уже заразили. Я закрылся в своей каюте, и слышу как в дверь лупят кулаками и иногда звучат выстрелы.
На этом запись оборвалась. Видимо захваченные зверем смогли пробиться к нему и тоже заразить. Доказательством тому была моя драка с Лифендуром. Но самое главное я понял про какие ошибки он говорил. Не скрывать от своих людей наличие угрозы. Да, эти люди могут из-за этого создать новые проблемы, но если скрыть опасность, после вылезет гораздо больше неприятных ситуаций.
— Итак. На планете зверь. — Проговорил Окто. — Это осложняет задачу.
— Да. Нам понадобится подкрепление. Свяжись с флагманом, чтобы они отправили запрос на "Сиги" а сами отправлялись обратно, нам нужно подкрепление. А мы пока высадимся по этим координатам. Там возможно находятся разведчики.
— Хорошо, но мы уже входим в атмосферу. Когда высадимся, помех не будет, свяжусь.
— Хорошо. — Ответил я и уставился в иллюминатор, смотря на поднимающиеся языки пламени на внешней обшивке, правда тут же гаснущие под действием защитного поля.
***
Приземлившись в нужном нам месте, мы вышли из бота и увидели не очень приятную картину. Рядом с нашим транспортом стоял ещё один, принадлежащий разведчикам, правда его повредило выстрелами, а рядом лежало несколько тел. Увидев мёртвых бойцов, я понял что их уже не спасти, ибо рядом с их головами песок намок от червяка зверя, и глянул по сторонам. Мы стояли на побережье острова. За нами бились о песок волны местного океана, а впереди располагалась пещера, поросшая невысокими растениями с маленькими листьями. Проверив с помощью устройства на скафандре местный воздух, понял что он пригоден для дыхания, но всё-таки имеет много вредных для людей примесей, значит слишком долго без шлема здесь лучше
