расстроен, то ли решил довериться другу.
– Я – вождь! – с важностью изрек Сергей. Вот теперь самое время добавить себе веса и уравнять статусы. – Под моей рукой сто воев!
Подханок оживился. Он тоже молодой, и под ним тоже примерно сотня.
– Твой отец…
– Мой отец мертв! – отрезал Сергей. – Но если что – хакан Олег заплатит за меня выкуп! За всех нас! Верни нам оружие! Клянусь своей славой и богом моим Перуном – мы не обратим его против тебя, если ты сам не пожелаешь!
Машег вскинулся, набрал воздуха… Но все-таки промолчал. Вот это правильно.
И клятва правильная. «Не обратим оружия против тебя». То есть касается только самого подханка. Но тот услышал то, что хотел услышать.
– Я тебе верю, – сказал цапон. – Оружие вам вернут.
– И коней! – добавил Сергей.
– И коней. Мое имя – Месигей, и я четвертый сын большого хана Гацы, повелителя тысяч!
С такой важностью сообщил, будто он и есть большой хан. Хотя четвертый – это тоже неплохо. У иного хана сыновья исчисляются десятками. Правда, в зачет идут только те, которых признал папа.
– Я – Вартислав, – сообщил в ответ Сергей. – Он, – кивок на Машега, – благородный Машег бар Захариах из рода Рузиев…
– А я Гачей, – опередив Сергея, представился «свой» печенег. – Дайте мне моего коня и лук.
Нет, Месигей Сергею уже нравился. Им вернули всё. Коней, оружие, даже кошели с монетами. Но когда Сергей увидел всю команду Месигея целиком, то понял причину его «великодушия». Шестьдесят девять всадников. И, судя по вооружению, больше половины – новички. Три элитных воина, таких, как они трое, усиливали отряд процентов на двадцать. Хотя наличие мозгов у младшего хана несомненно. Поскольку оценивал он Сергея с Машегом не по возрасту, а по уровню вооружения.
Место Сергею в конном строю Месигей указал рядом с собой. Место почетное… И контролируемое.
– Могу я узнать, что плохого сделали вам воротолмат? – спросил Сергей.
– Можешь, – кивнул печенег. – Они убили моих людей.
Сработало!
– Почему?
– Какая разница! – раздраженно бросил подханок. – Они это сделали, и они умрут!
Логично.
– А я бы их сначала порасспросил, – задумчиво проговорил Сергей. – Это бывает весело.
Месигей поглядел на него с интересом.
– Верно. Я об этом не подумал. – И через минуту: – Твой хузарин хорошо стреляет?
– Хорошо стреляю я, – сообщил Сергей. – Машег стреляет великолепно.
– А твой второй человек?
– Гачей? Он тоже с луком неплох, – не кривя душой, сообщил Сергей. – Иначе зачем бы мне брать его на службу?
Они выехали на взгорок. Отличный вид на лагерь воротолмат. И неплохая позиция для атаки. Но не лучшая.
– Если бы со мной были мои люди, я бы отправил десятка два вон в ту лощинку, – сказал он.
– Зачем?
– Когда воротолмат побегут, часть из них может спешиться и укрыться в камышах. Тогда добраться до них будет трудновато. Камыш еще молодой, не поджечь.
Печенег глянул сердито:
– Сразу видно: ты чужой в степи. Пожар погубит всех!
– Кто говорит о пожаре? – пожал плечами Сергей. – Ветра нет. Берег глинистый, река неширокая, трава сырая. Даже если и упадет немного искр, пожар не начнется.
– Все равно нельзя, – буркнул печенег. – Закон запрещает.
– Закон нужно чтить, – согласился Сергей. – Пошлешь людей в лощинку?
– Твоих людей здесь нет, – сказал печенег. – А моих слишком мало, чтобы делить. Но достаточно, чтобы убивать. – Оглянулся на своих, поднял, взмахнул вынутым из налуча луком: – Воины! Пусть ваши стрелы затмят небо!!!
И, поднявшись на стременах, пустил стрелу первым.
Будь Сергей на месте подханка, непременно погнал бы «союзников» впереди. Надо полагать, жажда славы притупила разум.
Стрелы небо не затмили. Хотя урожай собрали приличный. Был бы больше, если бы подханок не заорал на всю степь.
Цапон понеслись к вражескому лагерю, стреляя на скаку.
Сергей попусту метать стрелы не стал. Выпустил одну, подбив натягивающего тетиву копченого. С места он тоже не сдвинулся. Оглянулся на своих. Те вели себя правильно. Машег пустил пару стрел, не больше, а Гачей вообще ни разу не выстрелил. Вероятно, рассудил так же, как и Сергей. Чем больше цапон ляжет, тем лучше.
Хотя внезапность налета сделала свое. Минимум треть воротолмат полегла в первую минуту боя. И только половина оставшихся сумела вскочить в седла. Ну как в седла. Большая часть охлюпкой. Кони-то на выпасе. Степняки, понятно, могут воевать и на неоседланных. Но стрелять и рубить без стремян – неудобно.
Цапон азартно носились по лагерю, стреляя конных и рубя пеших. Сомнений в том, кто победит, у Сергея не было.
Он даже пожалел, что не присоединился к общему порыву. Еще решит подханок, что они струсили.
И тут часть воротолмат, примерно дюжина, решив, что битва проиграна, ринулась на прорыв. И у них получилось. Вырвались практически без потерь, приколов копьями нескольких цапон.
– На перехват! – крикнул Сергей, пиная степного коника в круглые бока.
Гачей тоже сорвался с места.
А вот Машег – нет. Хузарин поднялся на стременах и принялся метать стрелы. И в считаные секунды сбил четверых.
Семеро оставшихся осадили коней, завертели головами, выискивая противника… Увидели Сергея с Гачеем, летящих к ним явно не дорогу спросить, и галопом рванули навстречу.
Ну раз враг больше не убегает, можно и подождать. Сергей жестко осадил обиженно захрапевшего коня и принялся пускать стрелу за стрелой. За те пять-шесть секунд, которые потребовались воротолмат, чтобы доскакать до него, он успел выстрелить семь раз и сбить троих. Этого хватило, потому что до него доскакал один. Еще двоих подбил Машег, а предпоследнего зарубил Гачей. А вот этот последний, ловко увернувшийся от стрелы, едва не насадил Сергея на копье. Будь под Сергеем обученный конь, он бы просто ушел с линии атаки, но этот оказался необученным. Зато агрессивным. Проигнорировал указания всадника, встал на дыбы и встретил противника встречным ударом копыта.
Сергей успел соскользнуть с его крупа за миг до того, как сломалось воткнувшееся в конскую шею копье.
Степняк же не только усидел в седле, но и успел выхватить саблю и рубануть Сергея.
Парировать древком лука Сергей счел кощунством. Нырнул под удар, подставив кольчужную спину (скрежетнуло знатно, но и только), а правой рукой воткнул стрелу снизу в конский бок. Хотел в ногу всадника, но не попал.
Конь печенега отреагировал ожидаемо. Подпрыгнул, шарахнулся, смазав следующий удар. Третьего не вышло. Налетевший сзади Гачей махнул саблей, голова в блестящем стальном шлеме спрыгнула с плеч, покатилась по земле. Гачей, свесившись с седла, подхватил ее за косу и радостно заорал, раскручивая над головой.
Сергей стер со щеки брызги крови, вытер ладонь о
