Читаем без скачивания Путь обмана - Рейчел Эббот

Слабо улыбнувшись, Элли направилась в сторону палаты и тут застыла.

Странно… Сэм не говорил, что собирается еще раз осмотреть Эбби. Нахмурившись, Элли обернулась к Бренде.

– Не знаешь, что Сэм делает с Эбби? – спросила она, указав на кровать девочки, вокруг которой были задвинуты занавески.

Бренда молча кивнула в сторону кабинета врача, и над картотечными шкафчиками Элли заметила лысину Сэма, разговаривавшего по телефону.

– Мама Эбби вернулась? – выпалила Элли.

– Вроде нет. По крайней мере, я ее не видела.

По коже у Элли пробежали мурашки. Бренде ничего объяснять не понадобилось – она все поняла по взгляду коллеги. Бренда одним пинком распахнула дверь в кабинет и крикнула:

– Сэм! У нас ЧП!

Но Элли уже бежала в палату. Она догадывалась, что произошло. Уже через несколько секунд она очутилась напротив кровати, возле которой дежурила сиделка, и, не сбавляя шага, рявкнула:

– Кто там с Эбби?

Конечно, она понимала, что девушка не виновата. Сиделка, мерившая больному пульс, вздрогнула и подняла глаза.

– Врач. Обследование проводит, уже несколько минут… А что? В чем дело?

Элли и сама не знала. Может, она устроила панику на пустом месте. Но уже через несколько секунд, когда ее догнали Сэм и Бренда, Элли увидела, что они обеспокоены не меньше ее.

– Я сам, – твердо произнес Сэм и отдернул занавеску.

Но было слишком поздно. Полог качнулся с другой стороны, и Элли увидела фигуру в больничной форме, бегущую к ближайшему запасному выходу.

– Элли, сюда! – окликнул Сэм.

Стараясь не напугать других пациентов, Бренда прошептала:

– Сейчас позову охрану…

Но тут над запасным выходом сработала сигнализация, и стало ясно, что уладить дело по-тихому не выйдет. Однако охрана сейчас волновала Элли меньше всего. Она должна была узнать, успел ли неизвестный причинить вред Эбби. Отдернув занавеску, она последовала за Сэмом. Эбби изо всех сил мотала головой и, насколько могла, раскачивалась из стороны в сторону. Она пыталась что-то сказать. Испуганные глаза были широко распахнуты, и Сэм отчаянно пытался заставить девочку лежать смирно.

– Элли, успокой ее. Я должен осмотреть Эбби и убедиться, что ей ничего не сделали.

Элли присела у кровати и погладила девочку по голове, убирая волосы со лба. Но от этого стало только хуже. Эбби отпрянула так резко, будто прикосновение пальцев Элли обожгло ее.

– Тише, тише, – прошептала Элли. – Успокойся. Лежи смирно.

Эбби напряглась и выгнула спину дугой, при этом издавая такие горестные, испуганные стоны, что у Элли по всему телу пробежала дрожь.

– В чем дело? – спросил Сэм.

– Не знаю. Я с ней просто разговариваю, пытаюсь ободрить…

К кровати подбежала чуть запыхавшаяся Бренда.

– Охрана сейчас поднимется, – выговорила она, задергивая за собой занавески. – Боже мой, да что с ней такое? – спросила Бренда, заметив, в каком состоянии Эбби.

– Мне нужен один миллиграмм мидазолама. Девочку необходимо успокоить.

Бренда отправилась за лекарством, а Элли принялась гладить Эбби по руке. Кажется, это не вызывало у девочки негативной реакции. Элли больше не пыталась разговаривать с ней – теперь она просто тихонько напевала.

– Элли, – тихо окликнул Сэм и кивнул в сторону края занавески, на полу возле которого валялась одна из подушек Эбби.

Сэм был потрясен до глубины души, и Элли полностью разделяла его чувства. Все было ясно и без слов. Сэм достал из кармана перчатки и, натянув их, поднял подушку за угол. Между тем вернулась Бренда с успокоительным для Эбби. Переводя взгляд с Сэма на Элли, старшая медсестра озадаченно нахмурила лоб.

– Скажи охранникам, чтобы дежурили у двери, – велел ей Сэм. – И вызови полицию.

Элли старалась не подавать виду, что напугана, иначе ее настроение могло передаться Эбби. Она снова попробовала петь, но вынуждена была замолчать – слишком сильно дрожал голос. Эбби продолжала мотать головой из стороны в сторону, но уже с меньшей силой. Казалось, девочка хотела что-то сказать. Эбби стонала, не в состоянии выговорить ни слова. В чем дело, в физической боли или страхе, пока было не понять. Наконец лекарство оказало благотворное воздействие, но перед тем как заснуть, Эбби сумела-таки выговорить одно слово. И на этот раз Элли явственно его расслышала.

В отделении установилась тревожная, напряженная атмосфера, а треск полицейских раций в коридорах только усиливал подавленность персонала. Элли, Сэм, Бренда и сиделка дали показания, но ничего ценного сообщить не смогли. Кто именно проник в больницу и действительно ли этот человек совершил покушение на Эбби, пока было не ясно. Просматривали записи видеокамеры возле входа в отделение, однако картинка была нечеткой, поэтому решено было отследить маршрут неизвестного по всему зданию.

По результатам осмотров выяснилось, что Эбби не пострадала. Однако не было уверенности, что ее пытались именно задушить, поэтому на всякий случай заменили все, во что можно было подмешать яд, – от кувшина с водой до капельницы. Элли понимала, что коллеги так же, как и она, чувствуют себя виноватыми в недосмотре, однако их совесть не отягощал дополнительный груз.

Кейт Кэмпбелл вернулась в отделение с пакетами. Похоже, решила на радостях пройтись по магазинам. Веселая и ободренная, она сразу полезла в пакет за новой красивой пижамой, которую купила для Эбби. Кейт явно была довольна, что дочка спокойно спит.

Элли оглянулась в сторону поста медсестры и увидела, что Сэм подает ей знаки.

– Извините, Кейт, но с вами хочет поговорить доктор Брэдшоу.

Прежде чем удивленная Кейт стала задавать вопросы, Элли деликатно взяла ее под локоть и повела в сторону кабинета. Когда Сэм объяснил, что случилось и почему в больнице столько полицейских, Кейт побледнела как полотно.

– Да, я заметила их у двери, когда ждала, чтобы меня пропустили, – произнесла она. – Думала, произошла авария, вот и пришли записать показания. Мне и в голову не пришло, что это может иметь какое-то отношение к моей Эбби. Но почему?.. Почему?..

Вразумительного ответа на этот вопрос не смогли дать ни Элли, ни Сэм. Возможно, полиция сумеет разобраться, но уже сейчас Элли было ясно одно: произошедшее напрямую связано или с аварией, или с похищением.

– Как этот человек попал в палату? Посетителей просто так не впускают, а у персонала пропуска, – справедливо заметила Кейт.

– Я разговаривал с охраной, – ответил Сэм. – Посторонние в больницу не входили, всех проверили как полагается. Пропусков тоже никто не терял, так что вся надежда на камеры. Но чьим-то пропуском этот человек определенно воспользовался. Будем надеяться, его удастся вычислить при помощи видеозаписей.

Тут Элли стало нехорошо. Перед глазами все помутилось, точно она смотрела через треснутое стекло. Лицо Сэма разделилось на тысячу фрагментов, а его голос, казалось, доносился издалека. Сейчас не время признаваться, что это она во всем виновата, Кейт и без таких новостей сама не своя. Однако надо срочно поговорить с охраной. К счастью, способность нормально видеть быстро вернулась, да и головокружение прошло. Никто ничего не заметил. Не сводя глаз с ошеломленной Кейт, Сэм рассказывал все, что им было известно.

– Единственная свидетельница – сиделка, наблюдавшая за Эбби. По ее словам, в палату вошел врач и, подойдя к кровати девочки, задернул занавески. Впрочем, сиделка не разглядела, мужчина это был или женщина. На этом человеке была шапочка и форма. Фигуру под ней разглядеть трудно. Вдобавок этот человек мог нарочно напихать чего-нибудь под одежду, чтобы его потом было труднее узнать. Рост высокий – около ста восьмидесяти. Сиделке походка показалась мужской, но, сами понимаете, это еще ничего не значит.

Похоже, случившееся не укладывалось у Кейт в голове. Еще бы, после всего пережитого.

– Но главное, – прибавил Сэм, – с вашей девочкой все в порядке.

Он сидел подавшись вперед и сцепив руки на коленях, в глазах читались тревога и сочувствие.

– Вообще-то у нас отличные новости. Эбби двигалась – по-настоящему! – и даже издавала звуки. Реакции все лучше и лучше.

Лицо Кейт осветилось надеждой, и тут Элли наклонилась к ней и взяла за руку, на какое-то время забыв о собственных проблемах.

– Кейт, Эбби говорила. Она все пыталась произнести какое-то слово, а потом начала засыпать, и тут я разобрала, что она хотела сказать. Эбби звала вас, Кейт. Она сказала «мама». Я точно слышала.

Элли улыбнулась Кейт, но сразу пожалела о своих словах, увидев, как та побледнела. Кейт тяжело откинулась на спинку стула.

– Мы ли не окружали ее любовью? И все равно, даже через столько лет, она хочет видеть свою мать!

Элли присела на корточки рядом с Кейт и взяла ее руки в свои.

– Нет, вы ее мама. Я уверена, Эбби имела в виду именно вас. С чего вы взяли, что она говорила о той женщине?

– Элли, Эбби никогда меня так не называет. Ни разу в жизни не обратилась ко мне «мама». Она вообще это слово не употребляет, потому что так Эбби называла родную мать. А я всегда была только «мамочка» или «мамуся», но сейчас, когда Эбби в беде, она зовет эту кошмарную женщину. После всего, что та сделала с ней и Джессикой.