…В Югославию нас просто кадрили. В Чечне… (Обращается к другим.) Там у нас Смит был, помнишь? Который в Анголе был. Он говорит: ребята, вот, сразу десятка «грин» каждому. Арендуем вам дома, живете. Вы не будете воевать вообще, только тренировать.
— Но зовут-то, как правило, не воевать, на конкретную операцию?
(Человека, который вступает в беседу, идентифицировать мы не смогли, хотя в том, что работает он в «Атолле», сомнений нет. За неимением более точного имени, будем называть его «снайпер».)
Снайпер:
— Ну… Говорят: месяц отработаете. А чего там делать? Куда хочешь могут поставить. Нам-то разницы никакой нет — караван сопроводить, взорвать чего-нибудь… Но это чисто делается, если заработать денег, когда вообще ничего не будет.
— А у тебя в Чечне какие задачи были?
— Снайпером.
— Сколько? (Имеется в виду сколько убитых. — А.Х.)
— Шесть… Хитрое дело. Одного вообще за…бись… За коровой. Корова идет так, а смотрю, у коровы что-то ног до х… . А он за коровой идет, наблюдатель. Две пустил туда, и все…
Они перебегали к нам много раз. У всех паспорта. «Я заложник!» Раздеваешь — все плечо синее. «Я с Кизляра, водитель „КамАЗа“. — „Много вас там?“ — „Кого?“ — „Заложников“. — „Не знаю, не знаю, я тут три дня просидел, ничего не помню“. Ну, пи…дить его не стали. Два раза напильником по зубам — все сказал. Я не верю, что раньше в гестапо Зоя Космодемьянская молчала. Х…йня! Любого за десять минут! Раз в коленку выстрелил, в другую…
* * *
Это не пустая бравада. Когда я показывал видеозапись профессионалам, людям, проведшим в «горячих точках» не один день, мнение их было единым: говорит человек бывалый. Действительно снайпер.
А чтобы все сомнения развеялись, проведу небольшую экскурсию. Вот каким вооружением и оборудованием располагает «Атолл». В процессе съемки свои «орудия производства» они демонстрируют подробно.
Стеклорезы. (Соколов: «Только в кино можно увидеть. Это стеклорезы, которые вскрывают любое стекло… У нас же программа есть „Медведь“.)
Полуавтомат. (Андрей Смирнов, сотрудник «Атолла»: «Останавливает любую машину на полном ходу. Несется, высаживаешь рожок, она останавливается».)
Нечто напоминающее оружие из повести Конан Дойла «Знак четырех»: длинная трубка, из которой плевался стрелами дикарь Тонга. Атолловцы называют это «дартсом». (Соколов: «Эта штука прошибает человека насквозь».)
Аналогичные «дартсы» для подводного боя.
Подводное и альпинистское снаряжение.
Опять же бьющая стрелами пневматическая винтовка с оптическим прицелом. (Смирнов: «Раны очень плохо заживают. Ее ещё во время Первой мировой запретили». Соколов: «И невозможно идентифицировать — наконечник, он и есть наконечник». Снайпер: «Тефлоновое покрытие — отпечатки пальцев не остаются».)
Гидравлический домкрат для выдавливания металлических дверей вместе с коробкой. (Смирнов: «Ни тебе кувалды, и усилий никаких».)
Ножи для метания. Тесаки. (Соколов: «У нас товарищ — он сейчас вышел, не хочет сниматься — просто за долю секунды отрезал голову под основание, без усилий. Один петух стал х…ми мериться, говорит: вы мне не нравитесь, чего-то вы молчите. Тот говорит: я не молчу. Х…як — и отрезал голову, показал его друзьям, те замолчали».)
Арбалеты. (Смирнов: «Прошибает нормально. Если надо куда-то пролезть, чтобы было неслышно…»)
Пистолет, стреляющий пулями со снотворным. (Соколов: «Абсолютно бесшумная вещь, прицел точный. И нельзя идентифицировать оружие, что очень важно».)
«Тревожные» рюкзаки. (Соколов: «Абсолютно все, что надо, здесь есть. Через десять минут — надел, пошел».)
Светошок. (Смирнов: «Вся эта штука заполнена вольфрамовой нитью. В спецподразделениях используется, называется „Заря“. Включать не буду — камера не выдержит… Была ситуация — захват заложников. Человек был вооружен, а его надо было вывести на переговоры… Человек больше не видел суток двое. У него потом глаза посмотрели — на роговицах пятно белое осталось».)
Бронежилеты. Надувные лодки. Особые жилеты для спецопераций. Таблетки, убивающие бактерий в воде. Компактные палатки. Примусы с сухим топливом. Солнечные очки со встроенной видеокамерой.
Фонарь-полумиллионник. (Соколов: «Засадили из такого одного человека без единого выстрела. Было задание. Человек шел на „мерседесе“ на больших скоростях, три машины сопровождения. Нельзя было разводить шум. В темное время он несется, скорость — километров 130. По лобовому стеклу — ба-бам. Когда открыли „мерседес“, там было чахохбили. Весь эскорт улетел, без одного выстрела, без риска».)
Теперь вам понятно, для каких «конкретных операций» собирал информацию «Атолл». Вот одна из них.
(Надеюсь, Генеральная прокуратура, куда после выхода материала я передам эту кассету, выяснит, что же за человек был ликвидирован атолловцами. Благо нераскрытых убийств в стране — полным-полно.)
Грешным делом, в прежних своих материалах я высказывал предположение, что Березовский создал «Атолл», остро нуждаясь в разного рода информации, ибо знать о людях то, что они сами хотели бы позабыть, — мечта любого политического интригана. Компромат — оружие ХХ века.
Так-то оно так, да не совсем…
Интервьюер:
— Сереж, нет такой опасности, что служба будет выполнять не охранные задачи, а атакующие? Все эти поездки в Чечню, в Сербию…
Соколов:
— Все зависит от направления коллективной идеи, от внутренних задач. Никто не может обязать одного человека убить другого. А вообще два этих понятия — как атаковать и защищать, — они неразрывны. Защищая человека, ты нападаешь на бандита, убиваешь его. Нельзя заниматься чистой защитой или чистым нападением.
(…) Воевать не количеством нужно, а качеством. Вот наша группа способна захватить любой город за считанные часы.
— Сколько вас человек?
— Немного. Меньше тридцати.
— Вы что, круче «Альфы»?
— Как тут мериться!
Снайпер:
— Кто на что научился. Их что учат? Самолет, корабль, дом. Все, п..ц. А в лес их выкини, они стоят, лапки скрючив.
Оставим критику в адрес «Альфы» — самого профессионального спецподразделения страны — на совести атолловцев.
В конце концов свое мастерство «Альфа» доказывала не раз. «Атолла» в деле мы ещё не видели. Или видели, но просто не знали, что это «Атолл»?
Соколов:
— Самое главное — это метода. Метода создания бойцов такого рода. Мы именно создали методу. Это оборудование есть во всем мире, а как с ним работать — это ноу-хау. У нас есть специальные группы, комплексы. У нас все бойцы прошли подводное, горное, летное (обучение. — А.Х.)… Как угнать самолет-вертолет, как пользоваться дартсами, ножами, рогатками.
Кто это может? К нам приходили многие. Мы смотрели, как тренируется «Вега», как тренируется «Альфа». Все тренируются, как, наверное, Смерш ещё делал.
(…) Вот говорят: «девятка» (имеются в виду ветераны Девятого управления КГБ или Федеральной службы охраны. — А.Х.), е… в рот, всех защитим. Человек, который сам никогда не организовывал убийства, не знает механизм диверсии, он вообще не способен что-то сделать. Можно тренироваться, драться, стрелять, но когда в первый раз тебя п…нут, пуля пролетела, ты не знаешь, какая будет реакция.
И по идее такая группа, как наша, должна работать на одного человека. И человек должен реально представлять интересы страны. Не свои личные интересы, а интересы страны.
* * *
Такой человек есть, и вы его знаете. Правда, человек этот от «Атолла» отрекается наотрез. «Все утверждения, касающиеся меня, являются абсолютной ложью», — заявляет он.
Что ж, это абсолютно в стиле Березовского. Люди для него — лишь подсобный материал. Ступеньки, по которым он поднимается наверх.
«Как в „Атолле“ восприняли то, что Березовский вас, по сути, сдал?» — спросили корреспонденты «Комсомолки» у Соколова.
