Бесит! Смотрю на побелевшие костяшки сурового друга, понимаю, что он тоже на взводе. Кажется от напряжения зубы скоро покрошатся не только у меня. Наша попытка хоть как-то успеть — провальный форчекинг. Мы просто не можем успеть за противником и впустую месимся на месте, без возможности забрать шайбу.
— Она звонила мне, — цедит сквозь зубы Федя.
— Поля? — Переспрашиваю для уточнения.
— Юля. Просила съехать с квартиры. Кажется, у неё проблемы с жильём.
— Разберёмся. Нам главное, сейчас успеть забрать Марса. Он, конечно, продержится, но какой ценой?
Не знаю, сколько штрафов прилетит Дрозду за бешеную скорость, но к месту назначения мы буквально прилетаем.
— Смотри, кто-то выходит из дома. Сейчас мы его, — Дрозд резко газует и разворачивает машину так, чтобы мужчина не смог нас быстро обойти и спрятаться в своём авто. — Лови!
Выскакиваю из машины, хватаю русоволосого, высокого, но чересчур худощавого мужика и с маниакальным удовольствием прикладываю его спиной об капот.
— Тихо — тихо, — поднимает он руки. — Я врач. Всего лишь врач, — и я разжимаю хватку.
— Где? — Ору ему в лицо.
— С ума все посходили сегодня, — встаёт передо мной и поправляет одежду. — Если вы о Марселе, — моментально понимает меня он, — то его забрала хозяйка.
— Поля? — Кажется бывшая сегодня не переживёт ночь. Разнесу к херам!
— Не знаю, как её зовут, она не представилась. Рыжая, злая, как и её пёс. Вам всем бы успокоительного.
— Рыжая? — До меня туго доходят слова. Они словно эхом прокатываются по черепушке, но в конце звуки смешиваются, и я ничего не понимаю.
— Глазищи синие такие. С друзьями была, — косится на разминающего кулаки Федю. — Там они уже поговорили, — кивает в сторону дома. — Собаку она забрала. Думал убьёт, но столько нежности в ней было, когда пёс её признал. И храбрая. С подругой раны промывали, мне помогли зашивать лапу. Я ей всё показал и рассказал.
— Юля, — шепчу и бешенство смывает беспокойством за свою бедовую женщину. Вот же сумасшедшая. Сунуться в притон — не самая лучшая идея для маленькой хрупкой девушки.
— Вы это… я сейчас, — обходит нашу машину и заглядывает в салон своего серебристого седана. — Передайте ей, она потеряла, — подходит обратно ко мне и даёт телефон.
Как дурак, стою и пялюсь на гаджет, только сейчас понимая, что до сих пор не отключил авиарежим. С Федей мы встретились в аэропорту и без созвонов, сложно пройти мимо глыбы посреди лилипутов.
— Спасибо, — прочищаю горло и хрипло благодарю.
— Всё же попейте успокоительное, — косится на нас двоих мужчина, представившийся врачом.
Ничего вокруг не слышу и не вижу. Достаю свой телефон и перевожу в нормальный режим. Уведомления приходит одно за другим. Первым делом вижу, что Полина не соврала и прислала ссылку. Трансляция давно прекратилась, и как я понимаю, пёс ушёл с арены на своих четверых. Потому что бывшей совершенно не понравился итог боя, что не помешало ей комментировать, написывать гадости и злорадствовать про «бедную Юленьку», которая не успела и тоже хорошенечко получила по заслугам.
Пропущенные вызовы от самой Юли в бешеном количестве, несколько звонков от отца, его соседки и ещё какие-то сообщения. С ними можно разобраться потом. И от сестры ссылка на интервью. Когда только успела выложить в сеть? Смотря только на одно название, моментально жалею, что не придушил её в номере. Тогда хоть возможность была. Просил же! Нормально просил подождать недельку. Подставила, так подставила.
— Домой? — Спрашивает Дрозд.
— А? — Потерянно озираюсь вокруг.
— Я его отпустил, — ухмыляется друг. — Юля, наверное, сейчас с ума сходит. Ещё и телефон посеяла.
Киваю. Эта женщина с ума меня сведёт! Чего, спрашивается, на месте не сиделось? Куда её понесло? А если бы… Страшно подумать!
Набираю отца. Пусть ночь, но успокоить его стоит. Так и есть, ждёт меня. И оказывается, это они с соседкой подорвали Юлю, когда не смогли до меня дозвониться. Я в это время, скорее всего обменивал билеты и не до телефона было.
Паркуемся во дворе. Света в окнах у Зайчика нет. Неужели спят? Не успеваем попрощаться с Федей, как из нашей парадной выходит бывший Юлин муж.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Жди тут, — прошу друга, а сам выхожу навстречу Диме.
— Бывший, выходящий средь ночи от… не к добру, — тихо ворчит Дрозд и выходит из машины следом за мной.
Дима озирается по сторонам, словно что-то или кого-то высматривает, а потом взглядом натыкается на меня. Даже скрываться не хочу, просто пру в лоб, как таран. Попытка обойти меня обречена на провал, потому что такие финты со мной не проходят, и я подлавливаю его, преграждая дорогу.
— Она у тебя, да? — Наезжает парень.
Для меня он сейчас выглядит, как сопляк. До мужчины не дорос. Мы просто слишком разные, чтобы я смог его понять.
— Мне тоже интересно, где может находиться моя женщина среди ночи? — Смотрит на меня с вызовом, а мне почему-то смешно.
— Твоя, — хмыкает, стараясь меня задеть. — Ты же понимаешь, что она полностью зависит от меня? Я ведь могу и не платить алименты, — нагло улыбается.
— Можешь, — спокойно соглашаюсь. — Можешь совсем о ней забыть и ничего не платить, только скажи, где она может сейчас находиться?
— Так я тебе и сказал, — ежится от порыва холодного ветра.
— Теперь твоя очередь понимать, друг, — зеркалю его ухмылку и опускаю свою руку ему на плечо. Не больно, но чувствительно сжимаю, чтобы показать, кто сильнее и что он отсюда так просто не уйдёт. — Понимаешь?
— Думаешь она останется с тобой после этого? — Оценивает меня взглядом. Да, друг, я тебя ушатаю с одного удара. Можешь не пытаться меня доводить, я уже злой.
— Думаю, с тобой она тоже не останется, — цежу слова. — Как ты планируешь жить на два дома? Или думаешь, что вы все вместе заживёте дружной семьёй? А когда Лиза родит, можно и на нянек не тратиться, да?
— Да, что вы все заладили «когда родит», «когда родит»? Она вообще от меня ушла. Я думал, может Юля знает, где она.
Тишина между нами перекатывается густым грязным месивом. Смотрю на Дрозда. Тот только пожимает плечами. Мол, не знаю, не ведаю и вообще я — одуванчик.
— Лиза беременна, — отпускаю Диму. — Мне Юля сказала, — поясняю, смотря в его удивлённые глаза. Он должен знать. Пусть и от меня. Может быть, тогда хоть что-то до него дойдёт и он протрезвеет от своей напускной значимости. — Что? Она тебе не сказала? Я в какой-то степени даже понимаю её. Видеть, как собственный муж ревнует свою бывшую жену и не даёт ей жизни — то ещё испытание на прочность.
— Я пойду? — Показывает в сторону своей машины, окончательно растерявшийся парень.
— Ключи от квартиры, — протягиваю руку.
— Зачем? — Хмурится, но связку достаёт из кармана.
— Чтобы к Юле, как к себе домой не ходил. Пора бы её отпустить, — он смотрит на меня очень пристально. Изучает каждый миллиметр.
— С дочерью я всё равно буду видеться, — ставит мне условия.
— Тебе никто не запрещает, — пожимаю плечами.
Смотрим друг на друга, словно примеряясь куда лучше ударить. Федя точно не станет вмешиваться, только проконтролирует, чтобы я парня не покалечил. Синяки не в счёт.
— Она скорее всего у своего папы, — говорит после недолгого молчания, вкладывая ключи мне в ладонь, и называет адрес. — Спасибо, — расправляет плечи и идёт к своей машине.
— Кажется, ты снял с него большой груз, — подходит ко мне Федя.
— Кажется, кто-то наконец-то включил мозги, — хмыкаю, не удержавшись от колкости в сторону Димы. — Держи, — отдаю ему ключи от квартиры. — И мне нужна твоя машина.
Федя забирает багаж и идёт ко мне домой, получив ценные указания. Разберётся, надеюсь. До нужного мне адреса доезжаю без проблем, ночные улицы пусты и безлюдны. Сидя в машине, наблюдаю интересную картину. Из парадной выходит знакомый парень, именно с ним Юля встречалась в кафе. Она говорила, что это заказчик, но мне он всё равно жутко не понравился тогда. Как и сейчас, потому что следом за ним, без шапки и в расстёгнутом тонюсеньком пальто, выбегает Юля.
