В кружке пировавших загремели громкие повторения: да обновится... да обновится... да обновится... русский человек!
"Да явится он, дома и во всей Европе, самобытен и самостоятелен! Да ознаменуется новый период русской жизни, период севастопольский, проявлением смиренномудрия, создающего истинную, непризрачную силу! Да воссияет свет русского смысла в начальствующих и начальствуемых, везде и во всем, и да избавит он нас от всякого спотыкания, неизбежного во тьме бессознательного чужелюбия!"
Опять возобновились повторения: да воссияет свет... да воссияет свет... свет... свет!
"Бью вам челом и желаю всякого блага и удовольствия духа!"
Ура, ура, ура, бесконечное, сердечное ура!
После того все разместились и поехали. Мелькнули станции Тосна, Саблино; а между Саблиным и Колпиным поезд стал спускаться с Пулковской возвышенности в Прибалтийскую низменность. Мы вышли на балкон, чтобы увидеть Петербург; тут место открытое, можно видеть далеко. Что же оказалось? Вдали виднелся один туман, висевший над всею видимою Прибалтийскою низменностью; а в конце ее, там, где уже самая нижайшая низменность, где нет материка и один только наносный ил, туман был еще гуще и серо-виднее и заслонял собою Петербург от солнечных лучей. Приехавши в Колпино, мы ощутили уже присутствие петербургского тумана, наполненного сыростью и запахом гнилого погреба. Дорога от Колпина в особенности грустна летом: по обеим сторонам видны одни только тощие кустики, какие-то жалкие недоростки, которые, выказавшись из земли и не находя себе питания ни в почве, ни в воздухе, остаются всегда в своем чахлом положении.
В 5 часов пополудни мы были уже на Петербургской станции. При въезде в Петербург, на расставанье и прощанье, все вспомнили о Москве, оборотились в ту сторону, где она, матушка, стоит, и отдали ей поклон.
После этого умилительного поклона наступила та безмолвная минута, которая украшает собою всякое теплое расставанье. В это время ощущается какая-то тревога в душе каждого, производимая желанием сказать сильное слово на память о разлуке. Такое слово всегда исходит само собою без сочинений, а прямо из тайников душевных.
По миновании красноречивого безмолвия вот что сказали севастопольцы, обращаясь друг к другу:
- Когда-то опять будем все вкупе? Где это будет? Как это будет? Теперь каждый из нас пойдет в свою сторону, по особому пути, как в жизни, так и в службе!
А мы, мирные русские граждане, громко заявляем вам, славные севастопольские всероссийцы, наше единодушное желание направить себя на ваш севастопольский путь, т.е. на путь самозабвения о себе в делах общей пользы, с целью искать на нем истины.
В таком роде были последние, перелетавшие из души в душу слова, закрепляемые прощальным целованием и искренним рукопожатием.
Замечу еще вот что: приехали все, слава Богу, здоровы, никто не простудился - как будто ехал один человек, ежеминутно наблюдавший за собою.
* * *
На другой день многие из господ офицеров удостоили меня своим посещением, а в течение двух-трех дней я имел счастье видеть у себя всех. Как отрадно было встретить П.А. Перелешина и Ф.С. Керна, украшенных Георгиевскими крестами на шее, которые они получили за отражение приступов, командуя отделениями 4 и 5, под личным начальством С.А. Хрулева. Еще отраднее было слышать то, что они сказали, обращаясь к портрету С.А. Хрулева: "Без него мы бы не получили этой награды. Он вел нас к славе. Дай Бог ему здоровья!"
Потом я поехал ко всем героям, видел жилища их, видел их быт, видел вблизи, что это за люди. Вы ждете от меня на это слова - вот оно: в смирении их вознесется рог наш..
Смотрите, как он возносится! Что было в Москве? Славою всех севастопольцев и закавказцев славилась вся Русь, славился наш век.
Много было перечувствовано в Москве, много там было таких минут, в которые просвещались сердца, возвышался дух и обновлялось все грешное существо наше чистотою теплых слез.
Как же определить значение всех московских празднеств?
"И горе было наслажденьем,
Святым остатком прежних дней".
Василий Кокорев
СОДЕРЖАНИЕ
Русское чудо (предисловие)
Посвящение
Экономические провалы. По воспоминаниям с 1837 года.
Вступление
Провал 1
Провал 2
Провал 3
Провал 4
Провал 5
Провал 6
Провал 7
Провал 8
Провал 9
Провал 10
Провал 11
Провал 12
Провал 13
Провал 14
Провал 15
Очерки, дополнения и выводы
Заключение
Послесловие
Взгляд русского на Европейскую торговлю
Мысли по поводу дороговизы на хлеб и мясо
Нужды и потребности
Мысли русского, порожденные речью князя Бисмарка
Путь севастопольцев
ОБЩЕСТВО КУПЦОВ И ПРОМЫШЛЕННИКОВ РОССИИ
Основано в 1992 году потомками российского торгово-промышленного сословия с целью возрождения лучших традиций отечественного предпринимательства и российской деловой культуры.
Содействуя созданию в стране высоконравственного экономического пространства, инициативы Общества купцов и промышленников России направлены на утверждение в стране гражданских прав и свобод, исторической преемственности предпринимательства и создание реального среднего класса.
В своей практической деятельности Общество предлагает всем, кто разделяет цели и задачи организации:
- расширить связи и контакты в предпринимательской сфере;
- получить информацию о недобросовестных партнерах по бизнесу;
- стать участником системы финансовой взаимопомощи (взять кредит, сберечь накопления или инвестировать какой-либо проект);
- включиться в единые экономические правила ведения бизнеса;
- найти семейные корни и восстановить родословную;
- заказать личный или корпоративный герб;
- разместить на своих товарах (только высокого качества) торговую купеческую марку "Во славу Отечества";
- посетить ресторацию "Москва купеческая" с традиционной русской кухней и соответствующим интерьером.
105066, Москва, Токмаков пер., 21.
(095)261-4106,261-5089
E-mail: [email protected]
www.okipr.ru
Серия:
"Экономическая история России"
Василий Александрович Кокорев
Экономические провалы
(по воспоминаниям с 1837 года)
Ответственный за выпуск Лариса Фролова
Редактор Александр Павлов
Художник Леонид Зайцев
Корректор Галина Страхова
Верстка Алексей Гарцев
Бумага офсетная. Гарнитура AcademyC
Формат 60x90/16. Печ. л. 21. Заказ 2600.
Общество купцов и промышленников России
105066, Москва, Токмаков пер., 21
Телефон: (095) 261-4106, 261-5089
Отпечатано с готовых диапозитивов издательства
на ОАО "Тверской полиграфический комбинат"
170024, г. Тверь, пр-т Ленина, 5. Телефон:(0822) 44-42-15
Интернет/Home page - www.tverpk.ru Электронная почта (E-mail) - [email protected]
УДК 338.24.021.8(47+57)(091)
ББК 63.3(2)-2
К 59
Книга издана при содействии Издательского дома "Секрет фирмы"
В.А. Кокорев
К 59
Экономические провалы. - М.: Общество купцов и промышленников России, 2005. - 336 с. (Серия: Экономическая история России).
ISBN 5-98889-002-4
(c) Общество купцов и промышленников России, 2005
Примечания
1
Князь А. Голицын-Прозоровский передавал свое воспоминание о том, как однажды к матушке его приехал прямо из Государственного совета граф Литта и торжественно заявил: La Russie est ruinee (Россия разорена). На вопрос, что это значит, он сообщил, что состоялось решение ввести серебряную единицу (Русский Архив 87 г.).
2
Покойный граф К.Ф. Толь многократно сообщал, что отец его (главноуправляющий путями сообщения) скончался от огорчения после того, как отвергнута была его записка о необходимости иметь сначала только одну железную дорогу от Москвы до Севастополя и о том, что дороги другие, без этой, неминуемо разорят Россию. Граф Толь так и умер, не успев исполнить своего обещания доставить эту записку, в которой знаменитый стратег пророчил, что европейские державы непременно попробуют отнять у нас Севастополь. (Русский Архив 87 г.).
3
Екатерина II говаривала, что Россия должна одевать всю Европу из своего льна. (Русский Архив 87 г.).
4
Покойный директор горного департамента В.К. Рашет, отлично знавший Урал, как Управлявший некогда заводами Демидовых, тотчас после Крымской войны представил ко всем властным лицам проект сооружения Уральской горнозаводской железной дороги с ясными доказательствами необходимости построить эту дорогу прежде других линий, Дабы воспользоваться недрами Уральского хребта для выделки рельсов и прочих принадлежностей железных дорог. Более 15 лет Рашет хлопотал о приведении своей мысли в исполнение, но стену равнодушия пробить не мог и в 70-х годах умер. В.К
5
