– Вольно! – крикнул с порога Рашен и властным движением руки всех усадил по местам. – Господа офицеры, времени в обрез. Взяли терминалы, приготовились слушать.
Командиры, многозначительно переглядываясь, откинули крышки своих мобильных терминалов. Рашен уселся за стол и повернул к себе монитор. Эссекс встал у него за спиной, внимательно разглядывая публику. Боровский прислонился к стене у дверей и сложил руки на груди.
– Готовы? – спросил Рашен. – Смотрите. Оперативная схема ноль один. Все нашли свои места?
– Ого! – не удержавшись, выдохнул кто–то.
На мониторах появилась схема расположения судов группы F в непосредственной близости от Земли. Судя по всему, схему готовили на случай подавления локального конфликта или мятежа на родной планете.
– Секретная разработка нашего штаба, – объяснил Рашен. – Очень неплохо сделано. И Адмиралтейство не в курсе. Как видите, достать нас с поверхности невозможно. Атаковать силами остального земного флота тоже нереально – мы их заметим первыми и успеем перегруппироваться или отойти. Теперь, господа, ставлю задачу. Строевая часть сейчас готовит расписание, вскоре вы его получите. И через пять часов начинаете согласно этому расписанию швартоваться к «Гордону» и снимать с него экипаж… Что?!
– Никак нет, сэр! – сказали в задних рядах.
– Придется, господа, немножко потесниться, – продолжил Рашен. – Иначе никак. Мы могли бы посадить около трехсот человек на ремонтник, там есть пустые склады, но это дурно по отношению к людям.
Зал одобрительно загудел.
– Ничего, поместимся как–нибудь, – выразил общее мнение командир «Фон Рея». – Правда, господа?
– Отлично, – улыбнулся Рашен. – Учтите, с «Гордона» уходят все. Теперь дальше. Эвакуация проводится за час. Затем группа распадается и по одному скрытно уходит на точки, предписанные оперативной схемой ноль один. Там останавливается и ждет дальнейших указаний. По пути в бой ни с кем и ни в коем случае не вступать. Уходить от любого силового контакта. Сохранять радиомолчание. Связь со штабом только в экстренном случае и только через наш бакен. Учтите, меняются все коды. Порядок связи и новую систему шифрации до вас доведет контр–адмирал Эссекс. На время проведения данной операции назначаю его исполняющим обязанности командира группы F. Господин контр–адмирал, вы вступаете в должность немедленно по окончании совещания.
– Есть, – кивнул Эссекс с бесстрастным видом.
– Флагманом на время проведения операции назначаю СБК «Лок фон Рей».
– Мне нельзя, у меня реактор греется, – тут же заявил «Фон Рей».
– Починишь, – сказал Рашен.
– Да он не чинится!
– А ты починишь, – с угрозой в голосе сообщил от дверей Боровский.
Командир «Фон Рея» метнул в сторону Боровского взгляд, полный беспомощной ненависти, повернулся к адмиралу и сделал несчастное лицо.
– Oleg Igorevich! – взмолился он. – Ну за что?! Я же еле ползаю! Охлаждение почти на нуле…
– Очень не хочется? – спросил Рашен вкрадчиво.
– Виноват, – «Фон Рей» потупился и уткнулся в свой терминал.
– Пока все, – сказал Рашен. – Вопросы?
В зале снова начали переглядываться, но обсуждать новости вслух никто не рискнул.
– Вопросов нет, – заключил Рашен. – Эссекс, команду.
– Господа офицеры, – негромко сказал Эссекс.
Командиры с похоронными лицами встали. Особенно расстроенным выглядел «Фон Рей».
Рашен вышел из–за стола и прошелся вдоль первого ряда кресел. Тишина в зале царила гробовая. Никто из офицеров не шелохнулся, только глазами они ели адмирала, и в глазах этих можно было разглядеть все, что угодно, от немого вопроса до глубокой скорби.
– Н–да, – сказал Рашен, оборачиваясь к Эссексу. – Вот это я называю вооруженными силами. Это вам не шайка Рабиновича. И не банда Дяди Гуннара. Это настоящая Attack Force. Принимай группу, Фил.
Эссекс широко улыбнулся.
– Вольно, господа, – разрешил он. – Прошу садиться.
По залу пронесся дружный расслабленный выдох.
– От имени командования группы, – сказал Эссекс, – всем присутствующим объявляю благодарность. В этот нелегкий час вы проявили себя настоящими военными астронавтами. Господа, слово имеет адмирал… Адмирал Рашен.
– Спасибо, Фил, – Рашен кивнул, вид у него был польщенный. – Ну что ж, уважаемые коллеги. Думаю, что своим похвальным единодушием и преданностью интересам группы F вы заслужили некоторые объяснения. Конечно, вы уже заметили, что в оперативной схеме не указано расположение двух кораблей. Это БМК «Джон Гордон» и СБК «Пол Атридес». Все правильно. После того, как группа уходит к Земле, я сажаю на «Гордон» одну свою вахту и увожу его прежним курсом навстречу эскадре Рабиновича. Скажу Бобби пару слов, оставлю ему в подарок «Гордон», а сам вернусь на «Атридесе». Вам спешить некуда, а я пойду самым полным, так что соскучиться вы не успеете. Недельку помозолите землянам глаза, напомните им, с кем имеют дело, а тут и я подойду. Вот, собственно, и все. Да, Педро, что тебя волнует?
– Извините, сэр, – встал Педро. – Мы, конечно, знаем, что вы с Рабиновичем старые друзья, но это еще не повод вам так рисковать. Мы не дети, сэр. Мы отлично понимаем, что вы не вернетесь.
– Да ну? – спросил Рашен, хитро прищурившись.
– Я уважаю ваше мнение, сэр. Но, по–моему, прежде чем спасать наши шеи от петли ценой собственной жизни, вы могли бы спросить и нас, – заявил Педро.
– Вот именно! – заметил «Фон Рей», который явно очень не хотел принимать у себя на борту штаб контр–адмирала Задницы. – Все по красножопым стреляли, все и ответим. Не так, что ли, мужики?
– Так! – нестройным хором поддержали его мужики.
Рашен коротко глянул на Эссекса. Тот гордо выпятил грудь.
– Знай наших! – усмехнулся он.
В зале поднялся многоголосый шум, сопровождающийся вскакиванием с мест и бурной жестикуляцией.
– Все пойдем к Рабиновичу! – выкрикнул «Роканнон». – Пусть только рыпнется!
– Вы что, юноша, уже стрелять научились? – ехидно поинтересовался Рашен. – Облом системы у него, а туда же, как большой. Ну–ка, тихо все! Сели! А ну, сели по местам! Я кому сказал?!
Офицеры слегка поутихли, но смотрели по–прежнему воинственно и явно не собирались бросать адмирала в беде.
Рашен перегнулся через стол и заглянул в монитор.
– Не готово еще, – сказал ему Эссекс.
– И какой урод выдумал эту дальнюю связь! – в сердцах воскликнул Рашен. – Одно расстройство каждый раз…
– Русский ее выдумал, – подал голос Боровский. – Забыл фамилию. Что–то типа Айвенофф. Или Айвен…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
