так крепко вцепились друг в друга.
Они тягали волосы друг у друга, путая в них пальцы. Трогали и касались там, где раньше и подумать не смели. А оказавшись в кровати и вовсе озверели, ставя засосы и кусаясь до крови. Всё происходило резко, страстно пылко, но в тоже время нежно, мягко и осторожно. Одним слово, происходило что-то немыслимое…
Стоны пронзали стены комнаты, а с первыми толчками вовсе перешли в крики. Благо комната оказалась звукоизоляционной и пожилая пара внизу, что недавно вернулась из кофе и укладывалась спать, даже не подозревала о пожаре, что горел между молодыми.
Пот, стон и крик – всё слилось воедино, приводя к фейерверку наслаждения. Вспышка ослепила их, срывая невидимую пружину. Долгожданная разрядка настигла обоих, отдаваясь долгожданной тишиной в голове. Все мысли покинули их, оставляя глупые довольные улыбки на лицах. Армэль тихо наклонился, целуя розовую щёку и откидывая предмет контрацепции в неизвестном направлении.
Пара взялась за руки, снова отправившись в душ, где смыли лишь малую часть свидетелей их страсти. Засосы и укусы всё так же ярко зияли на телах. И пока они мылись, то целовали каждый из них, извиняясь за боль причинённую в порыве их общего пожара.
Закончив с этим, наша пара снова вернулась в кровать. Армэль прибирался, а Аврора тихо наблюдала за парнем, не сводя взора с голого торса, волевого разворота плеч и линии ключиц, где зияли её метки. Она была собой довольна, потому тихо мурлыкала себе под нос, нежась голышом в кровати. Теперь никакие мысли не беспокоили её. Было видно, что парень в порядке и давно взял себя в руки.
Армэль тоже любовался ей исподтишка. Его взор мимолётом зацепил странный порез на щеке и на боку, но он не стал зацикливаться на нём. Юноша списал всё на страсть, которая недавно пронеслась между ними. Всё-таки они оставили друг на друге много отметин, каждую из которых он лично расцеловал в ванной.
Завершив быструю уборку, Армэль лёг рядом с девушкой, прижимая ближе и целуя в лоб. Это вызвало смешок со стороны Авроры, которая также легко чмокнула парня в губы. Они лежали не разрывая объятий, наслаждаясь приятной истомой и друг другом. Вместе им было нереально хорошо…
– Не думал, что дочь таких милых людей, такая страстная кусака! – протянул Армэль, довольно ухмыляясь и не отрывая взора от любимых голубых озёр.
– Приёмная дочь, если быть точнее! – парировала Аврора, хихикая. – Тем более ты покусал меня не меньше, вампиришка!
– Приёмная? – тут же последовал вопрос от юноши.
– Да, а ты не знал? – изогнула бровь девушка, переворачиваясь на живот в тёплом кольце рук.
– Нет. – протянул Армэль, прикрывая одеялом сверкающий зад голубоглазой. – Дядя Вари и Лиля всегда отзывались о тебе как о родной.
– Так и есть. – начала Аврора, укладываясь на руках парня поудобнее. – С первого дня, когда они меня забрали из детского дома в России и увезли сюда, я не знала горя. Меня впервые по-настоящему любили. Я впервые получила родительское внимание.
– А как ты попала туда? – продолжал любопытствовать юноша, который совсем ничего не знал о прошлом своей девушки.
– Нууу… – неуверенно протянула девушка, но всё же решилась, продолжая. – До семи лет меня воспитывал дедушка. Он был лесником. Мы жили в деревне, однако он часто уходил в избу в чаще леса. Проводил там время, ухаживал за домом построенным вместе с покойной бабушкой, делал запасы на зиму. У него были определённые даты, когда он пропадал там сутками. Я сидела дома в деревне, перебирала травы и играла с местными ребятишками. Всё было хорошо, пока в один день он не задержался без предупреждения. Я не могла найти себе места пока…
– Пока что? – с замиранием сердца слушал Армэль, гладя Аврору по волосам и проводя пальцами по своим отметинам.
– Пока ко мне не пришли люди из опеки с оповещением о его смерти. Мне даже не дали увидеть его в последний раз, запихнув в машину… – прорычала последние слова девушка, смахивая непрошенные слёзы. Армэль прижал её к себе ближе, а Аврора продолжала. – Меня отправили в детский дом, где я жила год. Через год меня удочерили местные миллиардеры. Я прожила у них два года.
– Почему только два? – удивился парень такой странности.
– В элитной школе, которой я училась, произошёл инцидент с моим участием. Возможно это было плохо с моей стороны, но я обидела одного пацана и мой напарник, с которым я это делала, донёс на меня директору. Родители немедля отправили меня в детский дом, где меня удочерили Варин и Лилия, дав новое имя – Аврора. – пояснила Де Пайва, пряча лицо на тёплой груди Армэля.
– А как звали раньше? – спросил Локонте, опуская вопросы о сути плохого деяния девушки.
– Лилит. – равнодушно ответила Аврора. – Но зови меня Авророй. Я отказалась от имени, чтобы забыть о прошлом.
– В этом мы с тобой похожи. – мягко протянул Армэль, целуя девушку в шею и щёку. Та ответила на это улыбкой. – Я отказался от имени, состояния и семьи, чтобы доказать всему миру свою полезность. Но не смог даже Нику уберечь от опасности. Будь ближе, я не хочу и тебя потерять, любовь моя…
– Я всегда буду рядом… – прошептала в самые губы парня девушка.
Не сдержавшись, они снова начали целоваться и изучать тела друг друга повторно, но дальше прилюдий не дошло. Оба слишком устали от всего происходящего. Последние дни слишком вымотали их…
Так. Лёжа рядом и не разрывая объятий, они уснули. Их дыхание выровнялось, а сердца забились ровнее, пуская сознание и душу в мир прекрасного Морфея…
*******
В таком прекрасном настроении Аврора просыпалась последний раз тогда, когда переехала во Францию вместе с новыми родителями. Всё тело ломило от удовольствия и ей оставалось только довольно потягиваться, как кошечка, радуясь утреннему солнышку. Косточки нежно хрустели, а счастливые голубые глаза с удовлетворённым прищуром оглядывали своего мужчину. Тот самозабвенно сопел, сверкая бледными мускулами в свете солнца.
Де Пайва улыбнулась этой прекрасной картине, нежно вытащила пушинку из спутанных чёрных волос парня и всё же поднялась. Тихо, словно мышка, она нацепила домашнюю одежду и вышла из комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь. Армэль даже не шелохнулся, продолжая спать.
Тем временем Аврора спустилась на кухню, где уже во всю хозяйничала ранняя пташка Лилия Аркадьевна. Она задумчиво листала страницы своей записной книжки, время от времени что-то помешивая на плите. Девушка даже удивилась, ведь блюда из этой тетради её приёмная мать готовила только по особенным случаям.
– Давно я уже не видела этой тетради… – в слух протянула Де Пайва, беря с сушки свою кружку.
– О, Авророчка! Доброго утречка! – тепло улыбнулась женщина, беря какую-то приправу из стопки на столе.
– Доброе… – прозевала
