— Вроде пока ничего, — попыталась улыбнуться Мэй. — А как у вас?
— Да лучше всех, — ответил мужчина. — Рассказывай, что-то не ладится? Я же вижу ты сама не своя.
— Хорошо же ты меня изучил, — вздохнула Мэй. — У меня не вышло отказаться от работы, — поделилась она. — Маринелла подписала контракт, еще до похищения ну или пропажи и мне пришлось его выполнять.
— Детка, у тебя же амнезия, — вздохнул Пол. — Не помню, не знаю, что было за то не отвечаю.
— Не прокатило, — вздохнула Мэй. — Там неустойка в полсотни, так что пришлось сниматься.
— И как? — заинтересовался Пол.
— Вроде получилось, — вздохнула Мэй. — Но там полно тех кто знал Маринеллу. Понимаешь, они говорят, что я другой стала, что играю по-другому.
— Амнезия, — напомнил Пол.
— Я на нее постоянно и ссылаюсь, но мне все равно страшно. И потом через пару месяцев "Саманта" выйдет на экраны, понимаешь?
— "Саманта", говоришь, надо будет посмотреть, — улыбнулся Пол. — Ну а если серьезно, то все идет хорошо. Тебя проверили, я узнавал. Между прочим, в Агентстве тоже проверяли, они теперь с полицией тесно контактируют. Проверку ты прошла, никаких сомнений в том что ты Маринелла Феерия ни у кого нет. Глубокая потеря памяти, а у тебя она именно такая, любого меняет очень сильно. По сути, это перерождение, так что ничего не бойся. Можешь ссылаться на труды психологов по этому вопросу, я тебе на почту сброшу пару книг.
— Спасибо, — вздохнула Мэй. — Мне так надо было хоть с кем-то об этом поговорить.
— А чего не позвонила? — улыбнулся Пол.
— Но это же не крайний случай, — смутилась Мэй.
— Тут ты права, не крайний, — согласился Пол. — Кстати, я чего звоню, нам с Марком тут пришла в голову замечательная идея, как тебе вернуть своему Лоренсо его формулу и не засветиться при этом.
— Вот как? — удивилась Мэй. — И какая же?
— Простая, как все гениальное, — улыбнулся Пол. — Слушай.
Лоренсо Кен родился и вырос в Кувере, он уезжал оттуда только на время учебы в институте, но по его окончании вернулся. Сколько Лоренсо себя помнил, он всегда что-то изобретал. В детстве это была переделка игрушек, правда родители почему-то считали, что он их не переделывает, а ломает. В более старшем возрасте Лоренсо пытался что-то делать сам. Лет в двенадцать он изобрел моноцикл — одноколесный мотоцикл и ужасно расстроился, узнав, что подобное уже изобретено до него. А когда в школе начались занятия по химии, Лоренсо просто заболел. Заболела голова и у его родителей, потому что эксперименты сына частенько заканчивались взрывами или химическими ожогами. Но Лоренсо рос, росло и его мастерство. Взрывов и прочих неприятностей избегать, конечно, не получалось, но зато результатов стало больше. Когда родители умерли, Лоренсо остался жить в доме со своей младшей сестрой Софией и ее семьей. Сам он так и не женился, но в принципе его все устраивало. Так продолжалось то того злосчастного пожара у него в подвале, когда помимо самого Лоренсо, он дыма и реактивов пострадали еще и Сильвио, его племянник и подружка мальчика, Мэй. Тогда они крупно поругались с сестрой, и та попросту выставила его из дома, заявив, что в его возрасте давно уже пора иметь свое жилье. В Кувере деваться Лоренсо было некуда, кроме Софии у него никого не было, и тогда он решил поехать в Тауэр. Тут Лоренсо довольно быстро снял малюсенькую квартирку и устроился почти по специальности на завод, производящий лекарства. Вообще-то он по образованию был инженер- химик, но так как работать по специальности ему не довелось, то на завод его взяли простым лаборантом. Целыми днями Лоренсо следил за тем чтобы к резервуарах было достаточно нужного сырья, ну и проводил пробы на выходе.
Сначала Лоренсо сильно обижался на сестру, но потом все же решил что как старший должен пойти на примирение первым. Тогда-то он и сообщил сестре о том где он и как, а сестра рассказала ему новости, от которых Лоренсо долго не мог придти в себя. Сестра рассказала, что та самая девочка, подруга его племянника, оказалась шпионкой, охотившейся за его формулой, той самой что погибла при пожаротушении. Лоренсо сначала разозлился, ну а потом поостыл и стал вспоминать. Он хорошо помнил испуганные глаза Мэй, когда она спрашивала, неужели все погибло. И про лекарство. Он то думал, что девочка действительно сочувствует, а выходит, она переживала из-за своего задания. Не стыковывалось у Лоренсо только одно, если Мэй была шпионкой Агентства, то почему они же ее и арестовали. Он возвращался к этим мыслям снова и снова, но ответа не находил. Сестра пролить свет на эту загадку тоже не смогла. Пару месяцев назад София рассказала, что Мэй снова ищут и снова Агентство. Это все запутывало окончательно. Может быть, она не выполнила задание и прячется? Но какой в этом смысл? Формула действительно погибла, не расстреляют же ее за это.
Этим летним пасмурным днем, Лоренсо как всегда по окончании смены шел домой. Он попрощался с коллегами и свернул на свою улицу. Идти было не близко, но зато через парк, а парк напоминал Лоренсо о доме.
— Лоренсо, — окликнул мужчину женский голос. Мужчина обернулся. Женщина стояла у дерева, невысокая, явно горожанка, в большой широкополой шляпе, закрывавшей лицо А еще у нее был такой врез на комбинезоне, что будь она даже без шляпки, лицо Лоренсо вряд ли бы запомнил, хотя большие синие глаза в память врезались.
— Вы не уделите мне несколько минут, мистер Кен? — проворковала женщина.
— Я? — удивился Лоренсо.
— Вы, — улыбнулась женщина. — Прошу вас, всего пару минут.
— Конечно. Чем могу помочь?
— Пройдемся? — предложила женщина.
— Давайте.
Женщина взяла Лоренсо под руку и повела в глубь парка, туда, где было совсем безлюдно.
— А куда мы идем? — наконец решился спросить мужчина.
— Туда где мы сможем поговорить без свидетелей, — улыбнулась девушка. Лоренсо показалось, что он уже видел ее, но где вспомнить он не смог.
— Здесь, наверное, уже можно, — незнакомка подняла поля шляпы и внимательно посмотрела Лоренсо в глаза.
Лоренсо очень старался не подавать виду, но ему вдруг стало страшновато. Зачем она завела его в дебри? Что ей надо? Может это одна из тех сумасшедших, о которых рассказывали на заводе, богатые дамочки, любящие совокупляться с незнакомыми мужчинами. Да нет, она вроде на такую не похоже.
— Я хочу вернуть вам это, — женщина достала из сумочки толстый блокнот.
— Что это? — Лоренсо автоматически открыл протянутую ему толстую тетрадь, и у него перехватило дыхание, в блокноте, аккуратно были записаны его пропавшие формулы.
— Я заламинировала, чтобы они больше от реагентов не погибли, — улыбнулась женщина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
