Рокси рассмеялась:
— У нее энергии хватит на них двоих.
Ник кивнул, проводив взглядом пробежавшую мимо Изабель.
— Ты даже не знаешь, сколько у нее этой энергии.
Рокси огляделась, и Ник, поймав ее одобрительный взгляд, внезапно почувствовал, что не зря столько часов провел, циклюя старые деревянные полы и обдирая потрескавшиеся пластиковые панели со стен.
— Я рада, что ты спас эту красоту. — Рокси подошла к окну. — Тут стояла твоя кровать?
— Да. Где-то здесь. — Он смотрел, как она улыбается, и золотистый свет старинной люстры струился по ее гладкой коже, поблескивал на ее золотистых кудряшках, высвечивал ложбинку на груди.
По прошествии всех этих лет ее улыбка все еще туманила ему голову, от этой улыбки сердце замирало в груди, эта улыбка приковывала его к месту.
— Ты снилась мне, Тремейн. Каждую ночь.
Она медленно повернулась к нему лицом:
— Что ты сказал?
Ник покраснел. Проклятие, он не собирался произносить это вслух.
— Я сказал, что ты мне снилась, когда я спал здесь, в этой комнате. И продолжаешь сниться.
Рокси всплеснула руками:
— Ник, я не сон. Я… я много всего сделала в жизни неправильно, включая замужество. — Она поморщилась. — Я осознала, что вышла замуж за Брайана просто, чтобы сбежать от матери, а это был не самый достойный поступок.
— Я знаю твою мать и прекрасно понимаю, почему ты так поступила.
Рокси неуверенно улыбнулась:
— Это только начало. Я вспыльчивая, с трудом запоминаю имена, терпеть не могу мыть посуду, и единственное, что, как я выяснила, у меня неплохо получается, — это задавать неподходящие вопросы в неподходящее время.
— Я бы не согласился с тем, что последний пункт из перечисленных относится к недостаткам. — Ник рассмеялся. — Рокси, я тоже вспыльчивый и бываю раздражительным. Мы все не идеальны. Я не знаю, почему ты должна быть исключением.
Она прикусила губу, и вид ее жемчужно-белых зубов, прикусивших полную нижнюю губу, стал последней каплей, переполнившей чашу. Он окончательно утратил над собой контроль.
Он сделал три шага и, схватив ее в объятия, поцеловал. Он целовал ее, чтобы сбежать от оглушительного и внезапного как гром с ясного неба осознания того, что перестраивая этот дом, жил тайной надеждой на то, что однажды она войдет в эту дверь. Он целовал ее потому, что, как это было всегда, он не мог быть с ней и не целовать ее.
Он провел ладонями, по ее спине, бедрам, накрыл ее ягодицы обеими руками.
Черт, она была так сексуальна. Им было так хорошо вместе.
Рокси застонала, и он скользнул ладонью под ее шелковую блузку, и накрыл рукой, ее грудь. Он прикоснулся к ее соску, и тот ожил под его прикосновением.
Рокси посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц. Тело ее изнывало от желания.
— Ник… Я хочу видеть второй этаж.
Он смотрел ей прямо в глаза.
— Правда?
Он подхватил ее на руки и быстро стал подниматься по лестнице.
Рокси обхватила его за шею.
Она прижалась губами к его уху и прошептала:
— Я хочу этого, Ник. Я хочу тебя.
Он улыбнулся.
— Вот это, Рокси Тремейи, самая приятная вещь из всего, что ты мне сказала.
Рокси крепче обняла его за шею, и вот внезапно она оказалась в его спальне.
Она сбросила блузку, и белоснежный шелк плавно опустился на пол. Ник гладил ее, и целовал, и пробовал на вкус, и все это время шептал самые нежные слова ей на ухо.
Она помогла Нику снять рубашку и застонала, когда увидела, что ширинка на его джинсах застегивается на пуговицы.
Он засмеялся, когда она набросилась на него, затем скинул джинсы, обнял Рокси за талию и опрокинул на спину.
Она прижала ладонь к его груди и, задыхаясь, произнесла:
— Ник, нам нужно… Я не взяла…
— Нам нужен кондом:
Она кивнула:
— И побыстрее!
Ник потянулся к тумбочке возле кровати.
— Ага! — Он вытащил серебристый пакетик с таким видом, словно только что единолично выиграл мировой кубок.
— Есть! — Она выхватила у него из рук пакетик и шаловливо улыбнулась. Со встрепанными волосами, с улыбкой на припухших от его поцелуев губах, она уселась на колени. Он зачарованно смотрел, как она поднесла пакетик к губам, прикусила кончик белыми зубами и надорвана.
Каждая клеточка в его теле напряглась до предела. Рокси улыбнулась, серебристая упаковка поблескивала у нее между зубами.
— Обана!
Она прикрыла рот и закашлялась. Улыбка куда-то исчезла: губы ее приоткрылись, глаза широко распахнулись. Ник изумленно смотрел, как Рокси прижала руку к горлу. И странный судорожный всхлип сорвался с ее приоткрытых губ. Рокси задыхалась. Он стукнул ее по спине. Тоненькая полоска серебристой обертки выпала из ее рта на пол, и Рокси судорожно глотнула воздух, кашляя и брызгая слюной.
Измученная приступом, Рокси упала ему на грудь, закрыв ладонью глаза.
Почувствовав, что она дрожит, Ник крепче прижал ее к себе. Может, она плачет? Может, он обидел ее, когда…
Она согнулась пополам, давясь от смеха. Она даже говорить не могла.
Ник посмотрел на нее и тоже засмеялся.
Насмеявшись вдоволь, она вытерла глаза и, продолжая всхлипывать от смеха, сказала:
— Я готова поспорить, что этот случай первый в истории, когда женщина, пытаясь соблазнить мужчину, подавилась упаковкой от кондома.
Он убрал волосы с ее лба, и шелковистые прядки прилипли к его пальцам.
— Это ерунда.
Рокси улыбнулась и закинула руку за голову, обнажив грудь.
— Я все испортила, да?
Он взял ее руку и положил на свой все еще твердый член.
Глаза ее расширились.
— Ого! — удивленно сказала она, и лицо ее просветлело.
Глава 22
Ник гладил ее гладкую кожу, ее полную грудь, ее плоский живот, изящный изгиб ее бедер. Она вздыхала и прижималась к нему, она хотела его не меньше, чем он ее.
Она была такой чувственной — отзывалась на каждое его прикосновение, прижималась к нему и открывалась ему навстречу, даже не осознавая, что делает.
Он приподнялся над ней, потерся бедрами о ее бедра, еще сильнее ее возбуждая.
С тихим стоном она прижалась к нему. Он чувствовал, как сильно она хочет его, чувствовал вкус возбуждения, целуя ее. Она закинула руки ему за шею, проникнув языком в его рот, побуждая его к действию настойчивыми движениями бедер.
Как ему хотелось просто взять и войти в нее, в ее разгоряченную плоть, но Ник слишком долго ждал этого момента, слишком долго мечтал об этом.
Он нежно разжал ее руки, тихонько покусывая мочку ее уха. Рокси едва не вскрикнула от наслаждения. Затем он скользнул вниз, к ее округлой груди, взял губами сосок и втянул его в рот. Она сдавленно вскрикивала, уткнувшись головой ему в плечо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
