— Мне кажется, что когда я узнаю, кто хозяин этой машины — я узнаю, какую-то важную тайну. Не смейся, мне правда так кажется, — я посмотрела на смеющегося Ромку и продолжила. — Есть какая-то тайна, и я хочу ее разгадать.
— Таких, как ты я еще не видел, Аня. Иногда тебя невозможно понять, — улыбнулся парень. — Приехали.
Мы попрощались и я вышла из машины. Подъезд встретил меня темнотой. Какой гад опять лампочки выкрутил? Может, это бизнес какой? А что выкручивают в подъездах лампочки, а потом продают. Мда, бред какой-то.
Мамы, как обычно не оказалось дома. Я уже начинаю скучать по ней. На работе она проводит больше времени, чем дома.
У меня было странное настроение, поэтому я решила позвонить Карише. Она ведь умная, она поможет разобраться. Только ее телефон был, увы и ах, вне зоны действия сети. Где же она, в бункере что ли? Тогда я решила позвонить Максу на домашний телефон, в надежде, что подруга еще там. Но как назло не могла вспомнить номер. Пришлось доставать записную книжку и искать его там.
Пролистав несколько страниц, я нашла то, что искала. Только это оказался не номер Кролина. Это был мобильный телефон Борюськина. Когда я порвала с прошлым — удалила все номера, которые с ним связывали. А вот в записной книжке они остались.
Вот кто мне сейчас расскажет о владельце желтой машины! Борюськин же гонщик — он должен знать своего соперника.
Дрожащими пальцами я тыкала в экран телефона. Ошиблась. Когда я сосредоточилась и смогла набрать номер, затаила дыхание и стала слушать гудки. Сейчас я узнаю правду.
Трубку молодой человек брать не хотел, но я была настойчивой девочкой и повторила набор. Через шесть пронзительно длинных гудков на том конце провода ответили на вызов:
— Алло. Кто это?
Глава девятнадцатая. Преследование
На миг я замерла: уж слишком этот грубоватый и резкий голос со знакомым тембром саданул по нервам. Всего три слова: 'Алло. Кто это?'- выбили меня из равновесия. Сама не знаю почему, но я могла поклясться, что этот голос принадлежит моему парню, то есть Роме. Только почему он такой злой? Никогда не слышала, чтобы он разговаривал таким тоном.
Только это все не самое главное. Первый вопрос, который крутился у меня в голове — почему он взял трубку вместо Борюськина? И он ли это вообще? Но именно в этот момент я решила прислушаться к своему внутреннему голосу, который всегда пыталась заткнуть. Видимо зря.
— Рома? — пролепетала я.
— Вы ошиблись, это не Рома, — после некоторого раздумья ответил тот же злой и нервный голос.
— А можно Борюсь… Ваню?
— Одну минутку.
Я с замиранием сердца слушала тишину, а потом непонятный шорох. В голове с невероятной скоростью проносились мысли, но я так и не успела разобрать, о чем они там разговаривают. Попробуй-ка, разбери, когда они кричат в один голос.
Почему-то именно сейчас мне показалось, что все слова и оскорбления, адресованные Кариной Роме были чистейшей правдой, а я такая дура не видела очевидных вещей. Мне даже кажется, как на моем лбу каленым железом выжигают обидное обзывательство — 'ослица'.
— Слушаю, — через полминуты на том конце послышался голос Вани, ну или Борюськина.
— Привет. Это Аня.
— Какая Аня? — видимо мы слишком долго не общались, раз парень забыл мой голос.
— Каренина.
— Какая-какая? Эта та, которая под поезд легла? Не хрена себе!
— Ты что обкурился? — закричала я в бешенстве. Вся эта ситуация меня выбесила окончательно и попадись мне сейчас кто-нибудь под горячую руку — будет ему плохо!
— Нюр, это ты? — насторожился Ванька. — А сразу не могла сказать? Мы бы не теряли так много времени.
Мда, наверное, надо было сразу Нюрой представиться. Только одно дело, когда тебя так называет человек, с которым ты видишься раз в несколько лет, а другое самой себя так называть. Нет, я бы не смогла! У моей бабушки в деревне есть закадычная подруга-соседка. И зовут ее именно Нюра. Представив себя на завалинке в платке и без зубов — я содрогнулась.
— У меня к тебе очень важное дело! Ты просто обязан мне помочь.
— Что случилось? Помогу, чем смогу.
— Ты же всех на автодроме знаешь? — начала я, потому что в лоб спрашивать опасалась.
— Ну вроде всех. А что такое? — с великим подозрением в голосе спросил парень.
— Мне нужно знать. Очень нужно! Вань, пожалуйста, скажи, чья желтая машина?
— Желтая? Нюр, ты представляешь, сколько желтых машин на…
— Которая не вышла на старт, — перебила я молодого человека, в нетерпении.
Стоило мне только произнести последнее слово, как связь оборвалась. Я в недоумении слушала частые гудки и не могла понять, в чем дело. Он знает, чья она и поэтому сбросил? Или помехи на линии? Обычно я не бываю такая подозрительная, потому что привыкла верить людям, но сейчас я не верила в последний вариант. Слишком уж странно это все.
Я попробовала еще раз набрать номер Борюськина, но первые два раза никто не брал трубку, а потом абонент оказался выключен. Это сделало меня еще более подозрительной. Карину бы сейчас сюда — она бы быстро во всем разобралась. Интересно, а почему так? Потому что она умная, а я не совсем? Или потому что я плохо разбираюсь в людях? Наверное, и, правда, плохо.
Борюськину я пробовала дозвониться весь вечер, но результат был один и тот же — телефон выключен. Странно ведь это все. И я никак не могла придумать, почему парень себя так повел. Неужели я спросила что-то не то? Но я ведь поинтересовалась, кто владелец желтой машины. Может, это такой секрет среди гонщиков? Хотя в это я очень сомневаюсь. Общение с Петькой не прошло для меня даром — о гонках я знала практически все. Да и познакомилась со многими интересными людьми. И не знаю, к счастью это или, к сожалению, но большая часть из них была именно гонщиками.
Полистав записную книжку, я надеялась найти еще чей-нибудь полезный телефон, но меня ждала неудача. Я не всегда номера из телефонной книжки переношу в записную. Номер Борюськина почему-то оказался исключением.
Был, конечно, еще один вариант, но его я отвергла сразу же, потому что последствия могли быть устрашающими. Неизвестно, как Латухин отреагирует на внезапный звонок. Потом я не смогу ему доказать, что звоню не потому что чувства вновь проснулись, а лишь из праздного интереса. А потом отбивайся от него по новой. Ведь именно сейчас он затих и перестал меня преследовать и признаваться в любви. Думаю, что его признаний я уже не переживу. Хватит с меня озабоченного Артема и загадочного Ромы.
Подруге я додумалась позвонить на следующий день. Надеюсь, что она вчера решила переночевать у Макса. Обычно с субботы на воскресенье она всегда так делает. И этот раз исключением не стал.
